Помолвка
Шрифт:
— Почему? — спросил он тихо.
— Потому что светское общество, да будет это вам известно, есть общество, где процветает осторожный адюльтер и рождается масса внебрачных детей. А теперь, если вы позволите мне, мистер Росс, я пойду дальше.
Онемев от изумления, он смотрел, как она удаляется. В этот момент что-то прожужжало возле его уха и ударилось в дерн примерно в ярде or ног Джорджианы. Она услышала звук удара, обернулась и вопросительно посмотрела на него. Ник тоже повернулся и посмотрел в направлении Трешфилд-хауса.
Вначале он ничего не увидел, но, приглядевшись повнимательнее,
— Что она там делает? — Джорджиана судорожно начала искать очки в карманах фартука.
Ник покачал головой:
— Я не знаю.
Поперек одной руки Августы лежал какой-то длинный и тонкий предмет. Свободную руку она сперва зачем-то поднесла ко рту и затем приложила ее к странному предмету. Поставила его вертикально и стала манипулировать с его концом. Потом достала длинный стержень и засунула его в первый предмет. Джорджиана уже вытаскивала очки из кармана, но опустила их, когда он выругался.
— Черт возьми, — сказал Ник. — У нее мушкет. — Он схватил Джорджиану за руку. — Скорее, бежим!
Не дождавшись ее согласия, он потащил Джорджиану за собой к деревьям. Раздался еще один выстрел. Пуля со свистом настигла их и вонзилась в землю возле ног Джорджианы. Она вскрикнула, Ник дернул ее за руку, и она оказалась впереди него.
— Бегите! — крикнул он. — Она не станет целиться в меня.
Он замедлил шаг и бежал следом за ней, пока они не достигли ряда буков. Затем он выскочил вперед, схватил ее за руку и затащил за самое толстое дерево, которое увидел. Пропито еще полминуты, прежде чем следующая пуля пробила дерн, не долетев нескольких ярдов до деревьев. Прижав Джорджиану к дереву своим телом, Ник вытянул шею и посмотрел на дом. Он ощущал тепло тела Джорджианы. Она тяжело дышала, и каждый вздох заставлял ее прижиматься к его груди и бедрам.
Издалека он с трудом различил леди Августу на крыше. Она положила мушкет, поднесла руку к полю шляпы, чтобы заслонить глаза от солнца, и посмотрела в сторону деревьев. Затем покачала головой, сунула в шелковый мешок предмет, который мог быть пороховницей, подняла мушкет, взяла ридикюль, шелковую сумку и исчезла. Он продолжал смотреть на дом, ожидая, что леди Августа появится на портике и бросится за ними в погоню.
— Мистер Росс?
— Да.
— Она ушла. Теперь вы можете меня отпустить.
Ник снова ощутил ритмичные движения ее груди и почувствовал, что его тело реагирует на это ощущение. Она пошевелилась, видимо ожидая, что он отойдет в сторону, но он не двигался. Вид ее влажной кожи и нежно выступающих грудей опьянил его.
Как его может волновать женщина в платье, которое закрывает все ее тело? Неожиданное возбуждение, которое он пытался подавить в Египетском крыле, вернулось к нему с новой силой. Пуля из мушкета могла убить ее раньше, — чем он впервые прикоснулся к ней. Без сомнения он испытал бы тогда такую адскую муку, что даже сейчас ему невыносимо было думать о ней.
— Она чуть не убила вас, — прошептал он.
Джорджиана смотрела на него широко открытыми глазами. Лицо ее горело, руки дрожали, когда она подняла
— Теперь все кончилось.
— Я так не думаю, Джордж, милый. По-моему, все только начинается. — Он не стал ждать ее ответа и. наклонившись, поцеловал ее в губы.
8
Она никогда не подходила так близко к мужчине, разве что когда танцевала, но она быстро поняла, что прикосновение руки в перчатке к ее бальному платью не идет ни в какое сравнение с прикосновением мужских губ к ее губам. Губы его были нежными и в то же время достаточно сильными, чтобы разомкнуть ее уста. У нее вырвался короткий приглушенный крик, когда она почувствовала, что его язык медленно проникает в ее рот.
Джорджиане показалось, что ее охватил огонь. Его тело прильнуло к ее телу. Это прикосновение заставило ее забыть о всех правилах хорошего тона, она открыта рот пошире, чтобы ее губы крепче прижались к нему. Ее руки перестали давить на его плечи, а опустились к поясу и обхватили его.
Юбки Джорджианы смялись, и впервые она ощущала прикосновение мужских бедер к своим, это ощущение врезалось в ее сознание, и она вдруг отчетливо поняла, что уже никогда не сможет забыть этого чувства.
Горячая волна возбуждения обожгла ее, когда он принялся жадно целовать ее в губы. Страсть придала ей смелости. Она обвила его руками и прижалась к нему еще сильнее, пытаясь удовлетворить незнакомое безудержное желание. Потом она сунула руки ему под жилет и провела ими по его ребрам.
Неожиданно он поднял голову, так что губы их теперь едва касались.
— О Боже, нет.
Эти слова смутили ее, но она уловила страдание в его голосе. Она вспомнила лорда Силверстона, и ее охватил страх.
— Что случилось?
Он закрыл глаза и оперся о дерево. Джорджиана вытащила руки из-под его жилета и положила сверху ему на грудь. В голове ее промелькнула странная мысль: ее руки вдруг показались ей очень маленькими по сравнению с его телом.
— Что случилось? — повторила она, боясь, что он нашел ее непривлекательной.
Росс сморщился, словно ее голос причинил ему боль. Не отвечая, он отшатнулся от нее, прошел несколько шагов и остановился, не поворачиваясь.
— Я должен найти леди Августу, — сказал он резким голосом.
Смущенная, Джорджиана, боясь спросить, почему он ее поцеловал, и еще больше — почему перестал целовать, ухватилась за эту тему.
— В этом нет необходимости. Леди Августа всегда промахивается.
Ник резко повернулся к ней:
— Всегда промахивается? Вы хотите сказать, что она уже делала это раньше?
— Разумеется. Но не часто. Изредка. Не беспокойтесь. Стрелок из нее никудышный.
— Черт возьми! Вы хотите сказать, что Трешфилд позволяет ей носиться с мушкетом и стрелять в людей?
— Только в тех, кого она считает шпионами. — «Он совсем забыл о поцелуе. Я никогда не забуду о нем». Ник зашагал к дому.
— Я заберу у нее этот мушкет.
— Вы не должны этого делать.
— Я сам знаю, что мне делать.
Джорджиана догнала его и схватила за локоть, но отдернула руку, когда он остановился и внимательно посмотрел на нее.