Пономарь
Шрифт:
У Елизаветы Игнатьевны появились смутные подозрения. Она резко встала и пошла искать врача. Перехватив спешащую куда-то медицинскую сестру, женщина потребовала провести ее к врачу.
Врач, молодая сварливая, попыталась с ходу избавиться от докучливой пациентки, но Дарофеева вцепилась в нее бульдожьей хваткой, и той ничего не оставалось делать, как вызвать заведующего.
Когда пришел Лев Семенович, Елизавета Игнатьевна набросилась на него:
– Что это у меня такое?
Она обнажила руки с
– Следы нестерильных инъекций… – Ляпнула врачиха. Заведующий чуть не испепелил ее взглядом.
– Не надо так на нее глядеть! Я и сама могла догадаться, что это такое. Вы объясните мне, откуда они взялись? Это мой муж виноват?
Лев Семенович пришел в замешательство от такой постановки вопроса. Дарофеева истрактовала его молчание по-своему:
– И он заплатил вам, чтобы вы тут меня уморили! Думаете, я не знаю, чем у вас тут занимаются! Залечиваете здоровых людей так, что они становятся невменяемыми!
Опешив от таких обвинений, заведующий неожиданно тихо произнес:
– Замолчите, пожалуйста.
– По какому праву?!.. – Начала Елизавета Игнатьевна и осеклась.
– Если бы вы поговорили с нашими пациентами, вы бы убедились, что никого, по вашему выражению, мы тут не “залечиваем”. К нам приходят добровольно, чтобы снять абстинентный синдром. Который, как я вижу, имеется и у вас.
– Вот-вот! Откуда он у меня взялся? Откуда эти ужасные следы?!
Потупившись, Лев Семенович обдумывал, что бы сказать. Перед уходом Дарофеев попросил его клятвенно пообещать, что Лиза не узнает правду. Хотя бы до выписки. За это время острота ситуации, надеялся Игорь Сергеевич, спадет и будет можно что-нибудь придумать.
С другой стороны, думая, что в непонятностях ее нынешнего положения повинен муж, Дарофеева может совершить непредсказуемые поступки. А скандала с побегом пациента лучше избежать.
– Почему вы что-то от меня скрываете? Вы же врач, вы обязаны рассказать мне всю правду!
Решившись, заведующий обратился к врачихе:
– Оставьте нас, пожалуйста.
– Но она агрессивна! – Возразила женщина.
– Не беспокойтесь. Покиньте нас, пожалуйста.
– Как хотите. Но я, как лечащий врач, обязана знать!..
– Если это будет необходимо, я вам это тоже сообщу. Недовольная, она удалилась, чуть не хлопнув дверью. Заглядывая в глаза Дарофеевой, Лев Семенович доверительно произнес:
– Если я вам поклянусь, что ваш муж ни в чем перед вами не виноват, вы поверите мне?
– Хорошо, Задумалась Елизавета Игнатьевна:
– Что же тогда со мной произошло?
– Поверьте, это будет для вас нелегко выслушать...
– Говорите правду, доктор, я вынесу все!
Врач припомнил о рассказанной Игорем попытке самоубийства и провел рукой по волосам, пытаясь оттянуть неприятный момент.
Наконец, решив рассказать часть
– Вы попали в очень неприятную ситуацию... Видите ли, ваш Игорь очень известный человек. Неудивительно, что у него иногда бывают неприятности из-за завистников.
– Он никогда ничего такого мне не рассказывал!.. – Уверенно возразила Дарофеева.
– Поверьте, он лишь щадил ваши нервы. Но сейчас у Игоря были действительно очень крупные... Э-э-э... Как это сейчас называется? Наезды.
– У него все в порядке? – Забыв про обвинения, забеспокоилась Лиза.
– Да-да... Теперь – да. Милиция с ними разобралась.
– Милиция?!
– Видите ли, к Игорю пришли вымогатели. Их сейчас модно называть рэкетиры.
– Но он, конечно, не поддался! – Гордо сказала женщина.
– Да. Не поддался... В этом-то и была вся беда... Милиция не смогла вовремя обезвредить преступников и... Короче, они похитили вас.
– Что?! Похитили? Но... Я этого не помню!
– В том-то все и дело. Они держали вас под наркотиками. Вы спали все эти дни. Пока, с помощью Игоря, вас не освободили.
– Значит, я спала... – Задумалась Дарофеева:
– Это все ставит на свои места! Но постойте, почему мне об этом не рассказал сам Игорь?
– Он очень добрый человек. Он не хотел вас травмировать... И, кроме того... Нежелательно, чтобы об этом знали остальные пациенты и персонал. Это может отрицательно сказаться на эффективности лечения. А вы, я вас очень уважаю… Но вы могли бы случайно проговориться...
– Постойте, но я тогда не понимаю, откуда я знаю, что у меня отравление именно наркотиками? И почему, если я спала, я знаю, что сегодня среда?
– Видите ли... Это трудно объяснить так, с ходу... Во сне человек все равно как-то воспринимает окружающий мир. И вполне естественно, что бандиты, которые вас окружали, говорили о днях недели, о наркотиках... А ваш спящий мозг воспринял эту информацию. Это, на мой взгляд, единственное разумное объяснение. – Заведующий в упор посмотрел на женщину. Казалось, она была удовлетворена объяснениями.
“Ну, гипнотизер, – Думал врач, – Столько накладок в одном внушении! Хорошо еще, что выпутался... Дарофееву это обойдется в лишнюю сотню...”
– Хорошо, а могу я узнать, как вы будете меня лечить?
На эти вопросы Лев Семенович отвечать умел. Он расписал прелести гемосорбции, очистки крови от продуктов разложения наркотиков в организме, физиотерапии, механотерапии, гидротерапии. Дойдя до описания достижений современной фармакологии, он обнаружил, что ужин для пациентов уже кончается и, под этим предлогом, выпроводил Елизавету Игнатьевну.
Глава 16