Попаданцы

Малютин Виктор

А пока она копала новое поле, задумав севооборот. Приходится работать лопатой, плуг ещё не придумали в те времена. Огород у неё всем на загляденье, капуста такая, что душа радуется, да и свекла уродила. Выкопала она и погреб, перекрыв его, как землянку, а три наката тонкими стволами деревьев. Новый топор, добытый в бою, оказался не в пример лучше прежнего, как раз по её руке.

А на следующий год, аккурат после ярмарки, герцог устроил смотр своим баронам. Антонина без доспехов вовсе, едва прикупила какой-то щит, пешком, с самодельным копьём. Впечатление грустное, так что герцог попенял, что пора бы и обзавестись доспехами

и лошадью. Только какая лошадка согласится везти такое тело? Купила Антонина бычка, откормила его, да приучила возить на себе груз, вот он и таскал её куда требовалось.

Деньги у крестьян теперь есть, поля приносят хороший урожай, пришлось тратиться на кольчугу. Кузнец едва дара речи не лишился, но изготовил короткую кольчугу, а на следующий смотр Антонина выглядела уже вполне прилично. По совету старосты, назвалась она Антоном, имя странное для этих мест, так и человек необычный. Топор, кинжал, копьё, кольчуга, теперь Антонина выглядела вполне прилично, зато возвышалась над всеми на две головы.

А тут и война случилась, ну как война, битва между королями. Смешно сказать, но в те времена и это было серьёзным делом. Народу набраломь по сотне с обеих сторон, для того времени уже немало. Враги имели преимущество в коннице и решили смять противника. Но тут вперёд выехала Антонина на быке и лошадки врага засомневались. Бык грозно замычал, а ещё Тонька отвесилаа ему щелбанов по ушам, что приводило быка в ярость и тот ринулся на врага.

За ним устремилось и остальное войско, а там бык стал орудовать рогами, опрокидывая лошадей. Антонина насадила на копьё первого всадника, выбив его из седла и взялась за топор. Ну и что, кольчуга или шлем, от таких ударов ломались руки и рёбра, а по голове просто лишало сознания врага.

— Хватит! — остановил её герцог. — А то в плен некого будет брать.

Пленные, это доход короля и герцогов, а Тоньке позволили взять пару лошадей, которых ранил бык, и обчистить убитых ею врагов. Денег пока немного, зато приличное оружие, даже меч попался среди трофеев. Копья с хорошими наконечниками и доспехи. Она бы всё продала, но герцог намекнул, что пора бы обзавестись хоть парой спутников, вооружённых и конных.

Радости ей с этого немного, но собрала два комплекта с поверженных врагов и упаковала, навьючив на лошадок. Остальное продала, даже меч, который ей вовсе ни к чему. Заодно, заказала кузнецу копьё для себя, которое устроило бы её вполне. С широким наконечником, треугольной формы и с поперечиной, заострённой на концах. Работа непростая, но кузнец опытный.

— Кого посоветуешь? — спросила она у старосты, когда вернулась домой.

— Есть пара молодых парней, — задумался тот, но надо их учить.

Про воинское обучение Антонина узнала во время смотров. Баба она неглупая и организовала парням тренировочный уголок, где те осваивали работу с копьём верхом и в пешем строю. А тем временем занялась давно задуманным делом, постройкой жилья для крестьян, пришлось нанять каменщика, который и подсказал ей, что строить надо сразу замок, где жильё для крестьян сразу будет и стенами замка. На это ушёл не один год, уйма денег, зато теперь её маленький замок вмещал всю деревню со скотом и припасами.

На рыцарский он не тянул, зато стал хорошим укреплением, даже небольшой донжон построили. Через пять лет снова случилась битва между королями, и тут Антонину ранила вражеская стрела, неприятно, в плечо, пришлось снимать

с себя одежду, и тут стало ясно, что она баба.

— Убью, если разболтаешь, — сунула она под нос лекарю свой увесистый кулак.

Но какими-то путями герцог узнал об этом. Он заявился к ней в замок и потребовал объяснений.

— Ты женщина? — прямо спросил он с глазу на глаз.

— Да уж не мужчина, так что с того? — Антонина решила ничего не скрывать, взять её живой никому не удастся. — Если не устраиваю, я уйду и живите, как хотите.

— Ты мой лучший воин, хотя с мечом совсем не умеешь обращаться, но как ты живёшь без мужа, это непорядок.

— Ты что ли возьмёшь меня в жёны? — усмехнулась она. — Меня все мужики боятся.

— Это вызов? — мужская гордость герцога не позволяла отступить.

Он женат, но кто что скажет в то время. Вызов он принял и всё получилось. Крупным женщинам не нужно больших мужчин, а герцог оказался на высоте. Так и стал иногда заезжать в гости, а Антонина неожиданно понесла. Скрывать это непросто, но у герцога был вариант. В лесной чаще стоял одинокий дом, в котором жила старуха, лечившая порой от хворей. Её считали колдуньей, побаивались и не часто докучали. Там и родила Антонина сыночка, славного крепыша, в котором души не чаяла, подарок неожиданный, ей уже сорок.

Всем объявили, что барон отбыл с паломничеством в Святую Землю. Но Антонина не вернулась вовсе, однажды, прогуливаясь по лесу с сыночком, она попала в плотный туман. Когда он рассеялся, Тонька вдруг поняла, что она дома. В небе летел самолёт, и по его курсу она догадалась, куда идти.

Вышла к своему дому уже в сумерках никто и не заметил. Дом не в запустении, огород даже не зарос и яблоки уже падают с деревьев. Утром она собрала их, нарезала и затопила печь, надо сделать пастилу.

— Тонька, ты где шлялась? — притащилась соседка, завидев дым из трубы. — Ну ясно, раз с дитём вернулась, то рожать убегала. От народа правды не скроешь, — тараторила баба. — А что за мужик нашёлся такой смелый?

— Да уж нашёлся, не чета нашим, — Тоньке нечего скрывать, но где была, этого она никому не расскажет.

— Ишь ты, прямо баронесса, откопала где-то своего барона!

— Бери выше, герцога, — смутилась Антонина. — Только тебе какая печаль, я какой была, такой и осталась.

— Не скажи, — соседка пристально всматривалась в Тоньку, — вроде и постарела. А вроде и расцвела, по тебе не угадаешь.

Оно и правда, беременность сказалась на Тоньке положительно, так что на сорок она никак не выглядела. Теперь работы много, надо запасы на зиму сделать, да огород посмотреть, что там есть. Оказалось, что капуста очень даже ничего, пора и убрать в погреб, да засолить на зиму полную кадку, свекла с морковью уже стрелки на семена выкинули, но не все, хватит чего собрать, зато картошка уродилась на славу.

Забот меньше не стало, копать, убирать, заготавливать на зиму, но она привычная, только вот сынок на руках, но он маме не мешал, поест себе и играет. Так и втянулась Тонька в прежнюю жизнь, только огород теперь сажает такой большой, что все соседи удивляются, да ещё стала овёс сеять, уж больно привыкла к овсяной каше. Не хлопья магазинные, а настоящая овсяная каша.

А деревенские бабы в шутку зовут её баронесса, даже не подозревая, насколько это верно. А сына записала Иваном Харальдовичем, но кому это нужно, чужое отчество, тем более герцога из прошлого.