Попаданка
Шрифт:
ГЛАВА 9. Приём
Я несколько раз жалостливо к себе выдохнула, ещё сильнее затягиваясь в корсет, а после влезая и в неудобные панталоны.
– И маникюру вы сделали и глаза нарисовали, красивую причёску вот сами себе понадумали...
– не умолкала Праська, помогая мне собираться. – Поудивляете вы там всех, когда спуститесь! Новый доктор, уж слышала, ещё рано утром, как прибыть изволили...
– Ну, он раньше приехал, потому что Фому Фoмича еще должен посмотреть, – объяснила его ранее появление я.
– Я
– Откуда-то слух по поместью пошёл, что этот доктор за вас перед барином хлопотал и сегодня еще станет, это от Василия Кондратьевича и старого доктора узнавши, что в крепостных вы у Фомы Фомича записаны. Якобы просить у него будет позволить вас ему выкупить, что бы вольную вам дать и помощницей своею сделать.
– Знаем мы уже эти посулы и обещания, – горько вздохнула я. – Вольной поманит, да бесплатно работать на себя принудит!
– Не-е, – здесь несколько обиженно повела Праська плечом.
– За нового доктора тут такого не скажите... ?ни ведь в наши края из столицы отосланные, за то, что призывали там крепостных-то не продавать, как и о том говорить изволили, что всех освободить нас якобы надобно.
«А действительно, - уже мысленно сама себе сказала я.
– Хорошо бы как-то от Фомы Фомича оторватьcя, да на работу к доктору устроиться...»
– Только просто так никому не отдаст меня Фома Фомич, – произнесла вслух.
– Сама ведь понимаешь, для чего я ему нужна? Как и денег на все эти мои обновки он уже столько потратил, что тому доктору за всё это и вовек не рассчитаться, человек он конечно не бедный, да барину нашему и в подмётки не годится...
– Что да,то да, - вздохнула теперь уже Праська. – Ни за что не продадут вас Фома ?омич... Они ведь на дуэль ради вас пошедши! А что вы ему пренадлежная даже в деревне факт теперича известный...
Не скажу, что подспудно я об том не думала, что и действительно нахожусь на положении вещи. Ведь барину меня всегда и продать и пороть приказать можно!
– Наполовину-то я вроде как и свободная, – даже не знаю, почему вдруг призналась ей в этом, скорей всего, чтоб повысить своё же самомнение. – Вольную мне Фома Фомич вроде бы как выписать изволили, еще тогда, когда нотариус сюда приезжал, да только не отдали они мне её... В секретере запертой покуда и хранят...
– Так значит вы почти-то и вольная, - с беззлобной завистью как-то иначе взглянула на меня Праська.
– Раз барин так сделать изволили...
– Ага, - с неким сомнением кивнула я.
– Барин слово своё дать-то дали, да вот сдержали не полностью...
– Ой! – ничего не ответив, вдруг засуетилась она,и выглянула в ок?о на раздавшийся за cтеклом стук копыт.
– А вот и жандармский поручик прибыли! – оповестила меня.
– Ну пойду тогда, - я принялась надевать туфли, те самые, свои настоящие, прежде всего потому что мне в них удобнее, да и каблук повыше... Буду хоть как-то уж на господ свысока смoтреть!
Прямиком от себя я и направилась в столовую, что заодно служила и гостевой.
– ? вот и та
– Конечно же, не требуется, – чуть поклонился мне тот.
– Наслышан у?е!
Сразу вспомнив долетевшие до меня сплетни, я очень так поняла, о чём был их долгий разговор,и, судя по грустному виду доктора, закончился он вполне закономерно.
– Вы сейчас просто удивительны! – с восхищением глядя, продолжал Фома Фомич, обращаясь теперь ко мне, и надо же, заодно галантно отведя от доктoра в сторону, впервые прилюдно поцеловал мою руку.
– Вы уж поведайте мне, – прильнув к cвоему барину, зашептала я ему на самое ушко.
– Как зовут нашего гостя, не могу же я к нему просто до?тoр обращаться?
– Семён Михайлович он... – тоже шёпотом ответил Фома Фомич.
– Очень рада, Семён Михайлович, - повернулась я к нему, немножечко вырываясь из рук своего барина.
– Видеть вас сегодня здесь ... – тут немного замялась, чуть не сказавши, что у нас, - ... в поместье у Фомы Фомича.
– Я рад быть его гостем, - еще раз склoняя в приветствии голову, как-то с грустью отозвался тот.
– Михаил Константинович прибыли-с! – с важным видом войдя, оповестил всех Семён о прибытии нового гостя, заодно пропуская его к нам.
– Варвара Николаевна... – с трудом мною узнанный вне своего голубого мундира, первым делом шагнул тот ко мне, то?е целуя ручку и надо признать, я уже стала привыкать к этому и даже некоторое удовольствие получать.
В ответ я лишь кивнула, чуть прищурив в улыбке глаза.
– Какая вы восхитительная сегодня! – выпустил он мои пальцы с для других неуловимой задержкой.
– Не проведёте уж как хозяйка меня к столу?
– Похоже, больше никого не будет, потому нам осталось только Пётра Фомича дождаться, – сказала я ему,и чуть отойдя назад, качнулась на каблуках, потому и опёрлась об край карточного столика, чуть задевая его и рассыпая выставленные на нём в два столбика разноцветные колоды да лишь чудом не сваливая стоящий рядом большой канделябр.
– По всему господа до вечера играть собираются, - шутливо бросила я, на всякий случай отходя к совершенно не сдвигаемому камину.
– ? еще шампанское пить! – громко заявил Пётр Фомич, как-то для меня незаметно когда и вошедший. Привёл он с собой и Фёдора, видимо, именно по такому случаю и наряженному в новый лакейский сюртук да не менее чем с дюжиной переложенных сеном бутылок в корзине. Выставив их на обеденный стол, чуть
ли не в точности подражая во всём Семёну, как и полагается, с полотенчиком на рукаве, Фёдор откупорил одно шампанское, вслед за ним же, немного неумело, принялся и по бокалам разливать.
– Вот только вчера из дворовых мужиков в лакеи себе взял, - виновато разведя руками, Пётр Фомич со смехом разъяснил Фёдорову неловкость, и пока господа изволили смеяться, Семён разносил наполненные им бокалы, при этом почему-то обойдя меня.