Попала!
Шрифт:
– Они сами заводятся.
– Жаль. – Взгляд снова остановился на моих губах. Пальцы парень погрузил в мою шевелюру, перебирая пряди. Потом обнял и притянул к себе, начиная новый поцелуй. Я не вырывалась. Вместо этого сама запустила руки в его волосы – вот не думала, что они такие шелковистые! – и стала отвечать, как умела. Кажется, ему нравилось. Рука сползла мне на поясницу, оттуда на бедро. Я настолько увлеклась происходящим, что не сразу заметила, что он тихо комкает рубашку, собирая ее в складки и поднимая выше и выше. Вот хитрец!
С сожалением оторвалась от его губ и уперлась руками в грудь.
– Мариэ… не
Я и сама не рвалась уходить. Только было чувство, что останься я здесь еще хоть на немного, и остановить падающую лавину будет уже невозможно. Хоть это и сон, но тут все столь странное, что кто знает, к чему это приведет в реальности?
Сползла с кровати.
Не. Хочу. Уходить.
Пошла…
На следующее утро К-2 совершенно неожиданно сообщил мне, что сегодня собирается сходить на центральный рынок, посмотреть новинки – вчера туда должны были доставить очередное издание какого-то журнала. Как интересно – тут уже есть периодика?
Так не нужно ли мне тоже что-нибудь в районе того рынка? – поинтересовался Корэнус.
Угу! Еще как нужно – помойка на Дубовой улице. Если дойти с профессором до рынка вместе и потом либо договориться встретиться через какое-то время, либо, если запомню дорогу, вернуться к вечеру самой, можно покопаться в мусоре, проверить гипотезу насчет постоянного портала между мирами. Про то, как хочется заглянуть в знакомую арку, я умолчала. Нечего мне там делать!
Сказав, что пойду с ним, рванула наверх, в свою комнату – собираться. На тему того, как изобразить прыщи, я помозговала еще вчера. Аккуратные маленькие пятнышки свекольного сока, поверх некоторых из них бережно ставились сметанные точечки. После тренировки на тыльной стороне кисти я научилась добиваться удивительно отталкивающего эффекта. Села перед зеркалом. Рисую. Пять на правой щеке, шесть на левой. Еще несколько на лбу, подбородке и две асимметричные болячки на носу. Оторвавшись от рассматривания частностей, обозрела лицо в целом. Мама! – сама б от такого шарахнулась. Выглядело отвратно до жути. Целоваться с такой пакостью? Ни-ни!
Корэнус вытаращил глаза. Я объяснила, что хочу походить по городу, но не желаю привлекать мужского внимания. К-2 закатил глаза и сказал, что проводил бы меня, куда я скажу. Я ответила, что не хочу тратить его время, а теперь свекла все равно не отмоется, так надо это использовать.
Удивительно. Я думала, что профессор попросит меня держаться сзади, на расстоянии. Но он спокойно предложил идти рядом. Потрясающий человек! Вернусь в Москву – на все лекции Куксина ходить буду. И на спецкурс в придачу.
Идти до рынка оказалось вовсе не так далеко, как мне показалось в прошлый раз. Всего четыре улицы. Правда, длинных и извилистых. Но, запомнив названия и уловив общее направление, вернуться я бы смогла. Попрощалась с К-2 – тот сказал, что еще зайдет в гости к архивариусу. Так что, если я управлюсь за три часа, он будет ждать меня на этом самом месте. Ага, их три часа – это почти четыре наших. Должна управиться.
Поиски Дубовой улицы заняли почти час. Как-то я не рассчитала, нанося боевую раскраску, что шарахаться будут не только мужики. Так что стоило мне к кому-нибудь обернуться, чтобы спросить: «А где тут…» – как потенциальный собеседник оказывался на противоположном тротуаре ко мне спиной.
В итоге вышла на нее сама, ориентируясь на ракурс, с которого видела гавань, корабли, замок и горы за ними. И пошла наверх, туда, откуда все началось. Вот развилка, где я пряталась первой ночью, вон подворотня, ведущая во двор Арвиса. Теперь надо было смотреть внимательно, чтобы не пропустить щель между домами, откуда я вышла на улицу. Вроде как она должна быть слева.
Я нашла тот двор, но кучи мусора в нем уже не было. На земле осталось только влажное пятно, источающее неприятный кислый запах. Увы. Надо было подумать раньше. И, если сверху ничего больше не падает, значит, сейчас проход точно закрыт.
Подобрав в углу камень размером с кулак, стала подкидывать его вертикально, медленно перемещаясь по следу от свалки. Ничего. Только сама себе чуть голову не проломила. Так что прыгать с крыши и пробовать не стану.
Тени сдвинулись вправо. Пожалуй, пора заканчивать стучать головой о стену и возвращаться назад. Этот путь закрыт. Надо искать другой.
Выйдя на улицу, пошла вниз. Я не собиралась заходить в арку, ведущую в знакомый двор. Даже мысли не было. Точнее, была, но совсем другая. Что надо поживее пройти мимо, а то вдруг столкнемся с Арвисом нос к носу? То-то сюрприз будет! И вот я уже почему-то стою внутри, держась двумя руками за прутья решетки, и разглядываю окна. Вон то, в мансарде – его. Открыто. Легкая занавеска полощется на ветру.
Женский стон из верхнего окна вырвал меня из созерцательно-мечтательного состояния. Потом еще один, громче первого, и еще…
– Аа-а, аа-а, ахх… – спутать это с чем-либо иным было невозможно.
Я застыла на месте, добела сжав кулаки. Не может быть! Этой ночью он целовал меня, а сейчас… сейчас другая стонет в его объятиях, бесстыдно заявляя всему миру о своем наслаждении. А он! Как он мог? «Судьба… сводит с ума… не хочу отпускать…» И я, лопоухая чебурашка, все это слушала и верила! Да, Джонни Депп и впрямь отдыхает. А эту, там, наверху, у нас бы с руками оторвали – порнофильмы озвучивать.
– А-а-а-а! – раздалось из окна.
Хватит! Зачем я это слушаю?! Повернулась и бросилась прочь, куда подальше, чувствуя, как по щекам бегут слезы. И, не успев пробежать и нескольких шагов, врезалась в какого-то прохожего.
– Осторожнее! Смотрите, куда идете! – И тут же, совсем другим тоном: – Мариэ?! Это ты? Что с тобой? Ты заболела? Почему ты плачешь? Сейчас, потерпи, я помогу…
И, подхватив меня на руки, бегом потащил в тот самый двор, откуда я рванула три секунды назад. Калитка в решетке растворилась, как по волшебству. Арвис со мной на руках в несколько шагов оказался у двери. Я попробовала освободиться:
– Арвис! Пусти, все в порядке! Уже в порядке!
Он даже не удивился, что я понимаю его и говорю сама. Просто прижал к себе еще крепче.
– Ты заболела. Я помогу, не бойся. Я умею.
Пока вспоминала, как будут на аризентском свекла и сметана, мы оказались на верхней площадке лестницы. И тут из-за двери раздался очередной агонизирующий вопль. От неожиданности Арвис чуть меня не уронил. Потом, что-то сообразив, заглянул мне в лицо:
– Ты шла ко мне, услышала это и подумала… ох, Мариэ! – открыл пинком дверь и рявкнул: – Тиабр, паршивец, вон!