Попугай
Шрифт:
– Он решил, что раз мы в костюмах, тогда как все приезжие ходят в шортах и кроссовках, не хотим ни девочек, ни золота, значит мы из КГБ, – объяснил Михаил.
– Ну это надо же… такое извращенное представление о нашей великой стране и ее народе… Аналитик хренов – возмущался Андрей.
Константину перезвонил в тот же вечер и сообщил, что на этой неделе у архиепископа все расписано, и он сможет принять их только в следующий вторник. Михаилу ничего не оставалось, как согласиться. Когда он повесил трубку, Андрей с нетерпением
– Ну что?
– На этой неделе у архиепископа все расписано. Только в следующий вторник.
– Тогда следующим рейсом мы не летим в Ростов? – уточнил Андрей.
– Ты же сам сказал – надо съездить к архиепископу.
– Ну да. Ну ты что, согласился?
– А что мне оставалось? Отказываться неудобно.
– Еще целую неделю торчать здесь, – заскулил Андрей. – Чем мы будем заниматься? Купаться в море еще холодно.
– Давай погуляем по Ларнаке, – предложил Михаил.
– Та что тут смотреть?
– Зря ты так. Здесь ведь родился Зенон.
– Что за Зенон? Небось опять какой-то известный еврей?
– Зенон – это тот, кто считается родоначальником стоиков.
– А ты откуда знаешь об этом Зеноне?
– Как откуда? У нас была философия в институте. Я сдавал экзамен.
– Боже мой! С кем я связался? Жена – психолог, партнер – философ. Только философов мне еще не хватало. И что, ты до сих пор помнишь об этом Зеноне?
– Немного. Помню, что он покончил жизнь самоубийством.
– Вот-вот, это похоже на философов. И что ты предлагаешь? Пойти и посмотреть, где он это сделал?
– Думаю, у нас это не получится, потому, что школу стоиков он основал уже в Греции.
– Да, школа может любого довести до самоубийства. Так это школа его так достала, что ли?
– Не знаю. Возможно, отказ от удовольствий.
– А что, он отказывал себе в удовольствиях?
– Это и было краеугольным камнем его учения.
– Зря. Наверняка это его и погубило. Какая – то неправильная философия, не наша.
– Почему? Мы же говорим, что надо стоически переносить трудности, не скулить, не жаловаться. Это все они и проповедовали.
– Ааа…, тогда это другое дело. Но все равно, без джина и тоника как-то плохо переносить трудности. Моя философия – не уклоняться ни от трудностей, ни от джина с тоником. Я за то, чтобы переносить трудности с большим стаканом джина с тоником и обязательно со льдом.
– Может быть, они бы так и делали, но, насколько мне известно, британцы начали употреблять джин с тоником только в 18 веке в Индии, как профилактику от малярии, а Зенон жил где-то в 4-ом веке до нашей эры.
– Ладно, бог с ним с этим несчастным философом. Жаль, что он не счел возможным получать удовольствие от некоторых так называемых вредных привычек. Что, больше этот городок ничем не прославился? Нечего посмотреть туристу?
– А вот рекламный буклет по Кипру. Можно почитать, что еще интересного
– Почитай, почитай. Там ведь на английском.
Михаил углубился в чтение рекламного буклета.
– О! – воскликнул он через пару минут. – Оказывается, Ларнака переводится с греческого, как «саркофаг».
– Саркофаг… это что, гроб, что ли?
– Гроб для богатых и знатных.
– Боже мой! Куда мы попали? А там случайно не написано, почему это местечко назвали «гроб»? А то мне что-то не по себе.
– Сейчас посмотрим… Аа…, короче…, где-то здесь находится гроб Лазаря.
– Еще один известный еврей? – спросил Андрей.
– Сейчас почитаю. …Лазарь – это дружбан самого Иисуса Христа.
– Круто. Так этот дружбан Иисуса что, где-то здесь обитал?
– Да, он здесь жил. Тут написано, что Иисус воскресил его, когда тот умер, причем уже через 4 дня. Поэтому его зовут «четырехдневный».
– Кого?
– Лазаря.
– Кликуха что ли?
– Я бы сказал прозвище.
– Бедняга. Всего 4 дня прожил. Совсем младенец, – с сожалением прокомментировал Андрей. – И что, за 4 дня они уже успели подружиться?
Михаил продолжал внимательно вчитываться в статью в брошюре.
– Та нет. Он не 4 дня прожил, – добавил Михаил.
– Ты же сам только что сказал, что Иисус воскресил его через 4 дня, – несколько удивленно переспросил Андрей.
– Все правильно. Но через 4 дня не после того, как он родился и умер, а через 4 дня после того, как умер.
– Труп что ли?
– Ну да. Причем уже разлагающийся.
– Фу, перестань… Все, хватит. Здесь нечего смотреть: один самоубийца, другой – разложившийся труп, которого почему то воскресает сам Иисус. Что-то тут нечисто. Впрочем, один еврей спасает другого, или друг спасает друга – этому можно только позавидовать. Все-таки, попробуй, найти что-нибудь без четырехдневных ужастиков.
– Ну, давай поедем куда-нибудь, – предложил Михаил.
– Куда?
– Давай посмотрим… Вот! Нашел. Полуостров Акамас. Заповедник. Бухточки, в которых морские черепахи откладывают яйца.
– Это как раз то, что нужно. Давай лучше съездим, посмотрим на яйца, – с энтузиазмом согласился Андрей.
В то утро, когда прилетал их чартер из Ростова, Андрей проснулся в плохом настроении. Он встал с кровати и молча направился в ванную.
Михаил встал, одернул штору и его взору представился восхитительный вид на Средиземное море и пальмы. Но настроение было тоже никудышным. Задержка на острове явно не пошла никому из друзей на пользу.
Вскоре Андрей вышел из ванной выбритый и немного посвежевший. Видя настроение друга, Михаил попытался как-то отвлечь его от мыслей о необходимости вынужденной задержки на острове.