Попугай
Шрифт:
– Что будешь пить? – спросил Андрей.
– Бокал белого вина. Говорят, Кипр славится своими винами.
– Не знаю насчет вин, – признался Андрей. – А вот коньяк мы успели с Михаилом полюбить. Миша, заказывай, а то я о винах знаю только то, что они из винограда.
Михаил сделал заказ подошедшему официанту.
– A glass of “Aphrodite” for this Aphrodite, and another Ouzo [10] .
Лариса с удивлением посмотрела на Михаила.
– Вы
10
Бокал «Афродиты» для этой Афродиты и еще Узо.
Андрей рассмеялся.
– Лариса, перед тобой настоящий попугай.
– В каком смысле? – не поняла Лариса.
– Ну, переводчик, – пояснил Андрей.
– А почему ты его так обозвал – попугай?
– А он сам мне рассказывал… еще когда мы работали в Африке, что попугай – это их фирменный символ. Типа бренда. Так ведь, Миша?
– Все правильно, – подтвердил Михаил. – В романе Флобера «Саламбо» даже описаны переводчики в древнем Карфагене с татуировками попугая на теле.
– Ну вот. Так что, Лариса, перед тобой профессиональный попугай и одновременно мой друг и партнер – подтвердил Андрей, улыбаясь. – Кстати, как по-английски «будь здоров»?
– Cheers! – ответил Михаил.
– Как сыр, что ли? – засомневался Андрей.
– Не совсем. Cheese – сыр, а cheers – будь здоров. Усек разницу?
– Чиаз! – поднял свой бокал с джином Андрей.
Все трое чокнулись. Андрей, сделав несколько глотков, отложил свой бокал, достал Rothmans и закурил. Лариса достала из своей сумочки Virginia Slims. Андрей протянул зажженную зажигалку. Образ деловой женщины, можно сказать, был завершен. Трудно представить себе бизнес леди без элегантно зажатой между указательным и средним пальцем сигареты.
– Приятное вино, – сказала Лариса. – Не такая кислятина, какая у нас продается.
– Наверно потому, что это не сухое вино, а полусладкое, – пояснил Михаил. – Да и сорт винограда, из которого его производят, скорее всего, у нас не выращивается.
– Так что тебя привело на этот прекрасный остров? – спросил Андрей.
Лариса еще раз слегка, чисто по-женски, затянулась, слегка прищуривая один из своих прекрасных светло-голубых глаз.
– Ты знаешь, Андрей, Сережку то моего… похищали. Потребовали 50 000 баксов, – призналась Лариса.
– Та ты что! – удивленно воскликнул Андрей. – В милицию заявляла?
– Ты что, Андрей, забыл где живешь? Небось менты сами все это и придумали.
Только сейчас они называют себя «серьезные люди», а серьезные люди это те, кто обычно не останавливается ни перед чем. Бандюки, другими словами.
– Так ты что, отдала им 50 штук баксов?
– А куда было деваться? Они бы не отстали. Они сказали, что если я не отдам 50 штук зеленых, то они пришлют мне имиджмейкеров.
– Кого? –
– Имиджмейкеров. Сволочи. У них не дрогнет рука поднять руку на женщину. Куда подевались поручики Ржевские? Уж они бы не посмели обидеть женщину. Я вот что подумала… Хочу открыть здесь оффшорку…, а потом и Сережку отправить куда-нибудь.
– Куда?
– Хочу в Штаты отправить.
– Самого, что ли?
– Пока самого. Пусть выучит язык. Потом оплачу ему колледж. Не хочу дрожать каждый день и думать, когда еще нашим защитникам ментам вздумается подоить меня…И за Сережку боюсь.
– Дааа… наехали, значит, на тебя, – подытожил Андрей.
– А на вас еще нет?
– А что с нас возьмешь?
– Не скажи. Сегодня мест в самолете не было. Если так и дальше пойдет, то ждите гостей.
– Тьфу ты, накаркаешь еще.
– Каркай не каркай – а это система, – заключила Лариса, приложившись к бокалу.
– Ну что, еще по одной? – предложил Андрей.
– Теперь я угощаю, – предложила Лариса. – Здесь баксы принимают?
– Нет. Их вам надо обменять в банке на местные лиры, – подсказал Михаил.
– Что, не берут баксы? – удивилась Лариса, округлив глаза. – Поверить не могу. У нас только покажи баксы… маму родную продадут.
– Это одно из преимуществ – побыть некоторое время колонией Англии, – пошутил Михаил. – Так что здесь могут повязать за незаконную валютную операцию. Как у нас раньше в Союзе.
– Кстати, о валюте и операциях. Михаил, вы не могли бы помочь мне зарегистрировать оффшорку и открыть счет в банке? – спросила Лариса.
– Я, честно говоря, ни разу этим не занимался.
– Ну, ты же не бросишь на произвол судьбы беспомощных соотечественников, взявших на себя труд по вывозу валюты из страны? – пошутил Андрей.
– Можно попробовать, – неуверенно согласился Михаил.
– Я бы, естественно, хотела, чтобы это было сугубо конфиденциально… Вы же понимаете…
– Об этом не беспокойся, Лариса, – заверил Андрей. – Миша даст тебе торжественную клятву попугая, а я могу добавить слово танкиста.
– Я хотела бы прямо сейчас съездить в какой-нибудь банк и обменять некоторую сумму на местную валюту. Если вы не возражаете… А попозже мы могли бы где-нибудь поужинать.
– Нет проблем, – ответил Михаил. – Давайте поедем. Андрей, ты с нами?
– Я думаю, это было бы безжалостно бросить меня здесь одного, – сказал Андрей, поднимаясь.
– Вы подождете меня? Я только переоденусь и возьму сумку, – попросила Лариса.
– Мы будем ждать тебя в вестибюле, – сказал Андрей.
Ни Андрей, ни Михаил никогда в жизни не видели полмиллиона долларов наличными, а тем более, не в кино, а воочию, и не в руках каких-то мафиози, а в изящных ручках женщины, похожей на Эммануэль.