Попутчики

Кивинов Андрей Владимирович

– Послушайте, мы секта…

Далее Кивинов уловил слово, которое нормальный человек выговорить просто не смог бы. Что-то начинающееся на «бр».

– Я не знаю, что вы там за «бр», – ответил Витя, – но что такое нарушение порядка, я знаю хорошо. Вы тут прописаны?

– Нет, но нам разрешили пользоваться квартирой хозяева.

– Да ну? И в жилконторе отметка есть?

– Нет.

Витя внимательно осмотрел страждущих и остановил свой взгляд на одном, несколько не вписывающемся в коллектив, верующем. Вместо

белого балахона на нём был надет обычный совдеповский пиджачок, а из-под рваных брюк выглядывали грязные пятки. Тот опасливо озирался на участкового, что-то бормотал себе под нос в такт остальным, хватал рукой с подноса рис и быстро засовывал в рот.

Витя подошёл к нему, оценил пиджачок и, похлопав «бра» по спине, произнёс:

– Вставай, бабуин, потом доешь. Мужичок неохотно поднялся.

– Документы?

– Дома забыл.

– Ясно, тогда на выход.

– А за что? Вы не имеете права!

– Тебе наши права объяснить? Пошёл к дверям, папуас! Мужчина недовольно вышел из комнаты.

– Так, граждане «бр». Ровно через три часа я вернусь, и если вы тут ещё будете находиться, то всей компанией отправитесь на пятнадцать суток. Не фиг тут поклоны отбивать, пора дворы мести.

Прицепив верующего в пиджаке к себе наручниками, Витя вышел из квартиры.

– Ты чересчур, по-моему, – сказал Кивинов. – Хотят люди молиться – ради бога. Не наркоту же они там варят.

– Ничего, пускай на соседней территории молятся, а мне тут сект всяких не надо. Сегодня не варят, а завтра заварят. Видал, у них там отрава какая-то дымит? Может, это гашиш. Ну, а ты, Гондурас, чего тут забыл?

– Я молюсь, я «бр»…

– Костюмчик у тебя не форменный. Простыней, что ли, не хватило?

Мужик не ответил.

Вечером, спустя пару часов Сафонов, встретив в коридоре Кивинова, сказал:

– Знаешь, что это за приятель в пиджаке, ну, которого из квартиры мы притащили?

– Ну?

– Беглый «химик» из Краснодара. Он, паразит, к этим «бр»

Пристроился. У них, говорит, хоть рису во время молитв пожрать на халяву можно. Да и искать среди них не будут. Орёл. Но у меня не забалуешь. Я ихнего брата даже среди обезьян в Африке узнаю. Профессионал.

Глава 8

Через пару дней, договорившись со следователем прокуратуры, занимавшимся убийством Полозкова, Кивинов забрал из ИВС Макса, прицепил его наручниками к своей руке, посадил в отделенческий «Жигулёнок» и отправился на поиски гаража. Сердобойцев недовольно ворчал, предвидя неопределённость маршрута.

– Давай к Балтийскому, – скомандовал Кивинов. Машина вырулила на пыльную улочку. В этом районе располагались заводские и фабричные корпуса, жилых домов почти не было. Официально район был объявлен зоной, не пригодной для жилья из-за антисанитарных условий и загрязнённости воздуха, но

даже из тех редких домишек, что ещё оставались, никто выезжать не хотел. Куда же поедешь? Не на вокзал же.

Мимо проскочило какое-то депо, потом куча песка, в которой, как муравьи, копошились детишки. Пыль поднималась с дороги и, как роса, оседала на дома, деревья, людей. Вскоре машина выехала к вокзалу.

– Куда дальше? – спросил Сердобойцев.

– На Митрофаньевское, направо. Ты ничего там не сочинил? – обратился к Максу Кивинов. – Не хочется время зря терять.

– Точно тут выскочил. А вот куда дальше – не помню.

– Вспоминай, времени у нас немного, а бензин вообще на вес золота.

– Мне, что ли, это надо? Я вам и так помогаю.

– Это правильно, надеюсь, ты не собираешься линять по дороге? Не советую.

Максим смотрел по сторонам.

– Во, точно тут ехали – кладбище проезжали. Тогда хоть и темно было, но кресты я рассмотрел.

– Отлично, я вижу, наркотики не лишили тебя остатков разума и памяти.

– Здесь – налево, но куда дальше – не помню.

– Давай, Олег, рули куда-нибудь, может, повезёт, найдём.

Машина выехала на грунтовую дорогу и, подпрыгнув на ухабе, сбавила скорость.

– Чёрт, подвеска полетит, – ворчал Сердобойцев. – И что тебе в кабинете не сидится? Вечно заносит куда-то к чёрту на рога.

– Твоё дело педали жать и баранку крутить. Давай, прибавь лучше.

– Ага, сейчас, а машину ты чинить будешь? Если эту угробим, пешком бегать будете, понял? Командуй, куда дальше.

Кивинов посмотрел на Макса.

– Ну? Не помнишь?

Макс покачал головой.

– Бардак. Центр города, а как пустыня, ни домов, ни знаков. Олег, тут где-то гаражи должны быть или сараи…

– Сразу бы спросил. Есть тут, но я туда не поеду – машину только угроблю. Хочешь – иди пешком.

– Далеко?

– Да нет, километра не будет. Я вас высажу где-нибудь, а там пройдёте.

– А что там за гаражи?

– Без понятия. Они, по-моему, ещё с войны стоят. Может, раньше там люди жили. Сейчас брошены. Всё, приехали. С вами идти?

– Пошли, поможешь.

Все трое вылезли из «Жигулей».

– Вот, прямо по дороге. Тут только на грузовике можно. Представляю, что здесь осенью творится, когда дожди идут.

По краям дороги валялись груды лома, шпалы, бетонные плиты, арматура. Между плит кое-где уже пророс иван-чай. Место абсолютно заброшенное. Кивинов впервые попал сюда. Такое впечатление, будто ты оказался в глухой деревне, где не знают, что такое дороги, машины, телефон. Только дымящиеся трубы завода за леском напоминали, что они находятся почти в центре города-гиганта. Какой-то замогильной мрачностью веяло от этих мест, груд ржавеющего железа, развалившихся деревянных бараков.

Кивинов достал рисунок Макса.