Пора предательства
Шрифт:
И усилия его увенчались успехом. Изогнув кисть, он не увидел — почувствовал — как острие зацепилось за скользящий изогнутый стальной прут. Ловя ртом воздух, он двигал мечом во все стороны, на пределе сил и длины рук. Наконец засов лязгнул и поддался.
По сравнению со всем этим втянуть наверх Дорвен оказалось почти легко.
Когда Дьюранд прижал трепещущую девушку к груди, она посмотрела на него снизу вверх.
— Знаешь, что я тебе скажу? Эти Гермундовы веселые девицы никогда тут не плавали. И мне все равно, что там рассказывают глупые скальды.
Мокрый
— До святилища путь неблизок — и извилист, — пробормотал он. Голова снова была полна воспоминаний о жарком безмолвии зала, о том, как угрюмо восседал на отцовском троне Радомор, о запертой в своей башне Альвен. Все это ждало их за дверью.
Однако Дьюранд заставил себя повернуть ручку — и шагнул в проход, где звенело эхо громких голосов. Где-то невдалеке скрипнула по камню скамья. В герцогском замке еще оставались люди. А он так надеялся, что это проклятое место могли забросить.
— Иди за мной, — прошептал Дьюранд и торопливо повел Дорвен во мгле замка, стараясь поскорее убраться подальше от темного зала. Сверху раздавался какой-то стук и скрежет. Дьюранд с беспокойство подумал о том, что за ними на полу остаются мокрые следы и лужицы.
— Большая часть войска Радомора наверняка на улицах, но кто-то в замке все же еще остался, — заключила Дорвен. Дьюранд крепко сжимал в кулаке меч, зная: за каждым поворотом они могут наткнуться на стражу или бог весть на что еще.
Они брели, хромая, скользя и дрожа от холода, вниз, в глубины замка, пока — казалось, прошло сто лет — Дьюранд не наткнулся на узкий проход, что вел меж камней фундамента к крохотному коридору наружу. В последний раз, когда Дьюранд проходил этим коридором, у маленькой дверцы стоял часовой, пытавшийся выманить у вздумавшего дать деру новичка несколько пенни. Однако теперь сырой коридор был пуст, а когда Дьюранд взглянул на руки, крови на них не оказалось.
— Здесь я убил человека, — проговорил он.
— Открывай, — только и ответила Дорвен.
Они незваными гостями вышли в холодный переулок, небо над которым застилали стаи птиц-падальщиков. Дьюранд и Дорвен крались между стеной замка и оградой, задержавшись лишь на миг, чтобы выглянуть из-за угла замка и глянуть на цель своего пути. Верховное святилище Ферангора парило над городом — все серое, от самого основания и до высоких шпилей, что терялись сейчас в завесе черных крыльев. Западные врата здания — две двери, подобные огромным боевым кораблям — стояли в обрамлении каменных королей и Небесных Сил.
Сейчас Дьюранда мало волновала красота этого древнего храма; он думал лишь о расстоянии. Его отделяло от здания пятьдесят шагов — пятьдесят шагов по открытому двору в самом сердце вражеской цитадели.
— Ну вот мы и пришли, — проговорила Дорвен. — Теперь бы только…
Дьюранд нацелился на вход между древними королями. Какое бы смятение ни царило в самом замке, у входа в твердыню Радомора
Однако не успел он сделать и двадцати шагов, как сзади раздался какой-то сдавленный вскрик: то бросилась вслед за ним Дорвен. Она судорожно показывала на темный вход в крепость.
— Я не… — начал было Дьюранд и замолчал, услышав исходящий из темного входа рокот. Дорвен услышала его первой, но Дьюранду был отлично знаком этот звук: по лестнице спускался отряд воинов в полном вооружении.
Злополучные лазутчики замерли прямо посреди двора. В первый миг Дьюранд был твердо уверен, что погубил их обоих, но потом заметил крошечное, ничтожнейшее укрытие: в тени у ног каменных королей, что охраняли врата.
— Бежим! — отчаянно шепнул он в ту самую минуту, как заскрипели, отворяясь, двери замка.
Они очертя голову, рискуя переломать все кости, метнулись к святилищу. Дьюранд знал: двери у них за спиной уже открываются. Он нырнул в тень, толкая Дорвен перед собой, и оба скорчились на камнях у подножия королей в нескольких шагах от величественных ступеней главного входа. Дьюранд со всех сил сдерживался, чтобы не завыть от боли.
— Замри, — шепнула Дорвен. — И не забывай дышать.
Совет был мудр: вооруженные воины уже шагали по двору, а клочок тени, в котором прятались незванные гости, был совсем крошечным. Отряд проходил буквально в нескольких шагах от них. Однако Дьюранд вдруг осознал: а ведь это не просто несколько растяп, припозднившихся к битве. Меж двумя шеренгами суровых бойцов он разглядел зеленые крылья мантии, развевающейся так широко, точно владелец ее собирался взмыть прямо в небо над городом. То шел сам Радомор Ирлакский!
На один ошеломляющий миг Дьюранд вдруг понял, что может одним ударом меча покончить с осадой. Ведь у него в руке был меч, пронесенный им через все это утомительное странствие по цитадели. Телохранители Радомора не ожидают обнаружить вооруженного врага в самом центре крепости. Но слишком уж их много. Любое движение привлечет внимание всего отряда — со всеми сразу ему не справиться. А Дорвен? Что тогда станется с ней?
И он не стал нападать. Ждал, дрожа в тени каменных изваяний пред входом в святилище — такой же холодный, как они сами, мысленно подсчитывая телохранителей Радомора. Дорвен накрыла ладонью руку возлюбленного, словно прочитав его бессвязные мысли.
Радомор проходил уже совсем рядом, как вдруг с высокого крыльца святилища — в двух шагах от каменных королей — раздался надтреснутый голос.
— Ваше величество! — позвал он. И в ту же минуту все ряды стражи Радомора ощетинились обнаженными клинками.
Сам Радомор в ответ лишь чуть заметно повернул лысую голову.
— Даже не пытайся контролировать меня и в этом, колдун.
Глаза его сверкали, как черное стекло в горниле.
— О, ваше величество, как можно! Я лишь слегка удивлен тем, что вы сами идете в бой, — продолжал голос, явно принадлежавший одному из льстивых чернецов-Грачей. Дьюранд слышал, как зашелестели на ступенях длинные рукава чернеца — так низко он поклонился. — Ведь на то нет никакой необходимости.