Порочный праздник

Перевод: endeavour3

Сверка: Amelie_Holman

Бета-коррект: ildru, Султана

Редактор: Amelie_Holman

Оформление: Eva_Ber

Это было лучшее из электронных писем. Это было худшее из электронных писем. И Кловер получила оба с интервалом в две минуты.

Ее

внутренний маятник равновесия закачался так быстро, когда она стала проверять почту, что ей пришлось положить голову на стол и дышать, превозмогая головокружение. И именно в такой странной позе – руки на столе, голова на руках, капюшон на голове – Кловер обнаружила ее помощница.

– Эм, Кло? Ты в порядке?

– О, в полном. Спасибо, что спросила.

– Ты уверена?

– Уверена, что уверена.

– Ты уверена, что уверена, что точно уверена?

– Нет.

– Я так не думала.

Кловер поднялась и посмотрела на Рути, свою семнадцатилетнюю ассистентку, которая смотрела на нее в ожидании объяснений.

– Твои волосы сегодня более фиолетовые, чем обычно? Или это свет так падает?

– Да. Я покрасила их вчера.

– Отлично выглядит.

– Спасибо.

Кловер снова опустила голову на стол.

– Кловер?

– Что?

– Клоув?

– Что?

– Кло?

– Что, Рути? – Кловер снова поднялась.

– Ты стонала. Ты знаешь об этом?

– Я стонала?

– Да. И это был нехороший стон.

Кловер прищурила глаза.

– А что ты знаешь о хороших стонах? – поинтересовалась Кловер.

– Ничего. Я ничего не знаю о хороших стонах. В любом случае это то, что мы говорим папочке. Не так ли?

– Точно. Папочка. Твой отец. О, Боже. Мой отец…

И снова она упала на стол головой, в этот раз совершенно не желая ее поднимать, пока не наступит конец света и с его приходом не решатся все проблемы Кловер.

– Кло, в чем дело? Говори, или я не уйду.

– Тебе придется, а то на самолет опоздаешь.

– Я лечу в Лос-Анджелес. Поверь мне, я туда не очень тороплюсь.

Кловер медленно поднялась и откинулась на спинку стула. Повсюду был беспорядок, но это был приятный беспорядок. У нее над столом стояли цветы, на столе орхидеи, а лимонное дерево стало таким большим, что просто нависало над столом, отчего весь офис выглядел как книга Доктора Сьюза. Ей здесь нравилось. Она обожала это место. Возможно, она здесь останется. Навсегда.

– Дом моих родителей продан, а в доме моей сестры муравьи, и их нужно травить. А в доме моего брата до сих пор ремонт, который продолжается с прошлого Дня Благодарения.

– Хорошо для твоих родителей. Плохо для твоих сестры и брата.

– К тому же, «Пасифик Норсвест Гарден Саплай» подняли свое предложение до пяти миллионов.

Глаза Рути стали такими же большими, как и лимоны на дереве Кловер.

– Пять миллионов долларов за это место?

– И за расположение в Портленде.

– Это все… Ух. Но я не улавливаю связи с продажей

дома, муравьями, предложением о выкупе и… этим. – Рути шлепнулась на стол Кловер, затем встала.

– Предложение о выкупе отличное, прекрасное, замечательное, – сказала Кловер. – И мне до понедельника нужно решить – принимать его или нет.

– Завтра понедельник.

– До следующего понедельника после Дня Благодарения. А с домом родителей и домом Келли, где травят муравьев, и домом Хантера, который ремонтируется… Мы знаем, что это значит.

– Знаем?

– Это значит, что мне повезло, и я буду устраивать День Благодарения у себя дома. К слову, они даже не спросили, хочу ли я его устраивать. Нет, они сказали, чтобы я просто ждала их на празднике. Поэтому на неделе, когда мне нужно решать, продавать ли компанию, на которую я потратила пять лет своей жизни, я буду принимать у себя свою семью, и… о, Боже, Рути, убей меня. Пожалуйста.

Голова снова упала на стол, и они решили провести остаток жизни вместе.

– Тебе дать влажные салфетки с лавандой? – поинтересовалась Рути.

– Да, пожалуйста.

Рути выдавила спрей на салфетку и дала Кловер. Та прижала салфетку к лицу и глубоко задышала.

– Помогает? Тебе спокойнее? – спросила Рути

– А посильнее у тебя ничего нет? Хлороформ, например?

– Ну, я могла бы зажечь благовония, – предложила Рути. – Или можно выйти и поискать тисовое дерево.

– Тисовые деревья здесь не растут. И они высоко токсичны, и потом, что мы с ним будем делать? – спросила Кловер, прищурив глаза за салфетку. – Ты же не хочешь кого-нибудь отравить?

– Деревья – древние священные живые существа, а тисовые деревья – символ перерождения. Мы должны встать напротив него и попросить у Матушки Природы ее мудрости.

– У меня тут есть лимонное дерево. – Кловер указала на дерево у себя над головой. – Для Матушки этого недостаточно?

– Фруктовые деревья – символ фертильности. Если помолиться возле него, то можно забеременеть. Или, что хуже, я могу забеременеть.

– Ну, хорошо, давай без лимонного дерева. Хотя, если я буду беременна, моя семья замолчит.

– Твоя семья хочет, чтобы ты забеременела?

– Они хотят, чтобы я была счастлива. Это ужасно.

– Да, это звучит абсолютно ужасно, – сказала Рути со свойственной ей юношеской болью. – Забей.

– Ну, это не так. Хотя, это так. Мой брат приедет на День Благодарения и привезет свою жену Лизу и троих детей. Моя сестра приедет со своим красивым мужем и четырьмя детьми. Мама и папа приедут и станут плакать от радости, потому что все их дети и внуки собрались под одной крышей. И там буду я. Одна. В доме. Тридцатилетняя. Без мужа. Без парня. Без детей. Я уже давно не была на свидании. И они снова и снова будут повторять мне, что я не становлюсь моложе, что если я когда-то и буду счастлива так же, как счастливы они со своей семьей, то мне нужно двигаться. А я буду сидеть и слушать все это. И…