Порочный праздник

Райз Тиффани

Он повернулся в дверях и сделал это так быстро, будто надеялся, что она его остановит.

– Да, Кловер? – спросил он игриво хриплым голосом.

– Должна спросить тебя кое о чем необычном.

– Ты же знаешь мою дочь. Я умею справляться со странностями. Выкладывай.

– Ты… ты бы… ты бы не хотел быть моим Свеном на этой неделе?

Глава 2

Эрик удивленно, слегка ошарашено посмотрел на Кловер, которая смущенно посмотрела на него в ответ.

У нее на щеках появился румянец, чего он раньше не видел. Этот румянец ей очень шел. Немного цвета на бледных щечках. Он уже не раз задумывался, как заставить ее румяниться или краснеть, но о таком способе и не помышлял. А следовало бы.

– Ты предлагаешь заплатить мне, чтобы я спал с тобой? – спросил он. – Я надеюсь, это так. Это было моей фантазией всю жизнь. Я могу пойти в бар, а ты войдешь и выберешь меня. И можно не использовать настоящие деньги. Я принимаю фишки из «Монополии»…

– Это не то, о чем я прошу.

– Облом, – сказал он. Так и было. Он уже целый год вынашивал то, что запал на босса своей дочери, с тех самых пор, как познакомился с Кловер в первый рабочий день дочери. Он ничего не говорил о своих чувствах. Рути была нужна работа и постоянное женское присутствие в жизни больше, чем ему была нужна девушка. Но этот факт лишь не позволял ему пригласить Кловер на свидание, но не удерживал его чувства.

– Вот в чем дело, – начала она. – Мне просто нужен парень, который мог бы сыграть моего бойфренда на День Благодарения. И все. Тот, кто сможет помочь мне отразить все вопросы моей семьи о том, почему я еще не замужем, когда я выйду замуж и когда у меня будут дети…

– А нельзя сказать, чтобы они не лезли не в свое дело?

– Ты говоришь, как Рути. Помогает, когда она просит тебя не лезть не в свое дело?

– Ну… нет.

– Понимаешь теперь мою проблему? Все было бы намного проще, если бы на День Благодарения у меня была бы пара. Я знаю, что на этой неделе ты будешь один. Рути мне сказала. Я предлагаю бесплатную еду, и ты не будешь один в этот день. Интересует?

– Ммм…

– Ммм?

– Мне вроде как нравится быть одному, – объяснил он. – День Благодарения не такой уж большой праздник в моей семье. Моя бабушка всегда называла День Благодарения «За что именно я должна быть благодарна? За день».

– Да, ты не можешь винить ее за это. Так тебе нравится бесплатная еда?

– Обычно я не прочь, но и сбиваться с пути не хочется.

– Хорошо, – сказала она. – Просто решила, что стоит спросить.

– Подожди. Ты так быстро сдалась? Меня это задевает.

– Я не собираюсь убеждать тебя делать то, что ты не хочешь, – ответила Кловер.

– Почему нет?

– Потому что нет означает нет.

– Я не сказал нет.

– Значит да?

– Я и этого не говорил. Продолжай. Я бизнесмен. Давай поторгуемся.

Кловер нервно рассмеялась, почти захихикала. Она села за стол, а он на стол рядом.

– Ты хорошенькая, когда смеешься, – заметил он. – И когда не смеешься тоже.

– Ты милый, – сказала она. – Мне кажется, что не стоило это затевать. Просто у меня

была минутная слабость, а твоя дочь меня поддержала.

– Она оставила свой телефон здесь специально, да? – спросил Эрик.

– Я уверена в этом на девяносто девять процентов.

Черт побери, она была прекрасна, когда краснела. Неважно по какому поводу. Голубые глаза, светлые волосы и естественная красота женщины, слишком занятой, чтобы беспокоиться о большом количестве макияжа. Хотя она всегда пользовалась блеском для губ. Бледно-розовый цвет, который делал ее похожей на модель из шестидесятых. Цвет жевательной резинки, который хотелось целовать. Хотел бы он знать ее вкус.

– Эта девчонка меня однажды прикончит, клянусь.

– Она просто беспокоилась обо мне, – сказала Кловер. – Это так мило.

– А я не привык к тому, что моя дочь бывает милой. Я больше привык к тому, что она красит стены и потолок своей комнаты в черный, стрижет бывшего зека, чтобы он набил ей тату и выбрасывает за дверь соседского кота.

– Она выбросила соседского кота?

– Да, сказала, что он ее осуждает.

– Я думаю, она просто хочет поддерживать свою репутацию.

– Это работает, – согласился он. – Так тебе точно нужен парень на неделю? Так все плохо с семьей?

Девушка тяжело вздохнула и присела.

– Трудно, – ответила она. – Они меня любят, но слышать весь их бред от этого не легче. Им кажется, что они говорят: «Мы тебя любим и хотим, чтобы ты была счастлива», но я слышу «Ты неадекватна, ты сплошное разочарование, и ты не сделала того, что должна, чтобы сделать нас счастливыми». Они так часто задевают меня по поводу замужества, что я даже боюсь просто с кем-то встречаться, потому что не знаю, делаю ли это для их счастья или своего. Я даже почти зарегистрировалась в Тиндере раз десять в прошлом году, но столько же раз и удаляла его с телефона.

– Ой, я лучше дам обет безбрачия, чем зарегистрируюсь в Тиндере. И я даже не католик.

– Не делай этого. Пустая трата времени.

Он улыбнулся ей и пожал плечами.

– Думаешь, я милый? – спросил он.

– Ты горячий, – ответила она. – Как водитель экспресс-доставки.

– Горячо.

– Уже дымит.

– Весело, – сказал он. – Почему мы не флиртовали раньше?

– Потому что твоя дочь на меня работает, а я не хотела ставить ее в неловкое положение.

– О, да. Ее. Дети – помеха для утех. Так я назову свою книгу по воспитанию, если напишу такую когда-нибудь.

– Все так плохо?

– Я люблю своего ребенка, но, черт возьми, она все усложняет. Не думаю, что я думал бы о том, чтобы пригласить тебя на свидание, если бы она была нормальным ребенком. Но эта работа была чудом, в котором мы нуждались. Я не думал, что кто-нибудь даст ей шанс после случая с амбаром.

– Дети совершают глупые ошибки, – сказала она. – Со всеми это случалось.

– В пятнадцать я стащил у отца пару баксов, «позаимствовал» машину без разрешения и въехал в кусты соседей. Я не занимался экотерроризмом, чтобы защитить фермерство.