Пощечина
Шрифт:
Щеглов. Делаешь успехи. Рад за тебя.
Алексей. Нравится? Да? (Неожиданно.) Отец! У меня к тебе один вопрос. Почему ты так настроен против Ларисы? У нее ко мне нет никаких претензий. Она вполне современный человек.
Щеглов. Я просто предостерегаю тебя, так сказать, "сигнализирую", а там решай сам. Ты не боишься и ей жизнь искалечить и себе?
Алексей. Все-таки - что тебе не нравится в наших отношениях? У нее характер легкий. И это мне не мешает.
Щеглов. Ты собираешься сделать ее подругой жизни? Спутницей!
Алексей.
Щеглов. Поверь, я не собираюсь вмешиваться в твою личную жизнь, хотя, пока мы живем под одной крышей, нет ничего удивительного в том, что я небезразличен к твоим делам. Нам с мамой кажутся твои отношения с Ларисой, ну, как бы тебе сказать... слишком примитивными.
Щеглова (подходит к сыну, дает ему стакан молока, гладит голову). Я еще могу понять порывы страсти, увлечение, когда человек теряет голову, делает глупости, ломает жизнь наперекор всему... но лягушечьи отношения?.. Если нет настоящей любви, то зачем тогда?.. Грустно все это!
Алексей (немного иронически осматривает родителей, фотографирует их). Ладно... Все будет о'кей!
Щеглов. Пока о'кей, а потом гуд-бай!
Щеглова. Алеша! Разве ваша поездка на юг не напоминала свадебное путешествие?
Алексей. Мама, сколько можно говорить об этом? Просто я был в командировке от журнала, а она от киностудии. Я снимал, она снималась. Как поехали, так и приехали. Ничего не изменилось.
Щеглов. Она всерьез решила стать актрисой?
Алексей. Она получила роль в новом фильме. Она хорошенькая и, наверно, не без способностей, раз на ней остановились.
Щеглов. Но ведь она, кажется, училась в педагогическом?
Алексей. Взяла академический отпуск.
Щеглов. Может быть, ей действительно лучше стать актрисой?
Алексей. Время покажет. Может быть...
Щеглова. Только бы это не привело к несчастному браку. Лариса даже не представляет себе семейную жизнь. У нее нет на чувства терпимости, ни чувства долга. Что она ищет в жизни? Только поклонения, ничего не предлагая взамен миловидного личика и стройной фигурки?
Щеглов. Это тоже немало!
Щеглова. Ваня, я серьезно говорю. А быть актрисой - трудиться надо, а у нее, может, и есть способности, но она не трудолюбива. А потом - сниматься в кино можно без всякого образования. Даже грудные дети могут сниматься.
Щеглов. Собаки тоже... Вот Джульбарс был прекрасным артистом.
Щеглова. Я тебя прошу, Ваня! Раз в жизни поговори серьезно со своим сыном!
Щеглов. Алексей, когда ты наконец сбреешь бороду?
Алексей. Папа, что это ты вдруг, ни с того ни с сего о моей бороде вспомнил?
Щеглова. Не идет она тебе. Ты похож на семинариста из Загорска.
Алексей. А почему не твой любимый Тургенев, папа? Или на Фридриха
Щеглова. Их отношения далеко зашли.
Щеглов. А он их не скрывает.
Щеглова. Чем все это кончится?
Щеглов. Что ты имеешь в виду? Их отношения?
Щеглова. Нет, сейчас уже о другом. Я сейчас уже о Скуратове. Сколько ты для него сделал! Выдвигал его, доверял ему, называл своей правой рукой.
Щеглов. Ну, обманулся. Обманулся.
Щеглова. И все это в канун твоего юбилея!..
Щеглов. Все! Чем кончится, тем кончится! Дай выпить, что ли? Поднесешь?
Щеглова. Поднесу. (Хочет уйти.)
Щеглов (ловит ее за руку). Оля! Я тебя очень люблю!
Щеглова. Главное - не падать духом. Вот ты падаешь дутом, а у меня все валится из рук. (Заплакала.)
Входит Алексей.
Алексей. Отец! Странное явление!
Щеглов. Что такое?
Алексей. Твой Аркадий Сергеевич Скуратов собственной персоной. Какой-то у него вид побитый. Как будто первый раз в дом приходит. Просит узнать, примешь ли ты его.
Щеглов (жене). Кто его звал?
Щеглова. Поговори с ним, может быть, что-нибудь прояснится.
Щеглов. И так все яснее ясного.
В комнату входит Скуратов.
Затемнение
Из затемнения луч на Скуратова и Щеглова.
Свет. Клиника. Разговор среди врачей.
Костромин. Серафима Петровна, я хочу с вами посоветоваться.
Огуренкова. Я вас слушаю.
Костромин. У нас в третьем отделении лежит некая Павлова... Она дочка большого чиновника из министерства какой-то промышленности. Они просят, чтобы оперировал только сам Щеглов.
Подходит доктор Забродина.
Забродина. Добрый день. Ну так что?
Огуренкова. Что?
Забродина. Ну на картину-то вы пойдете?
Костромин. Какую картину?
Забродина. Давно висит объявление. Местком подал коллективную заявку на художественный фильм "Анатомия любви". Костромина, конечно, записываю.
Костромин. Я уже видел.
Забродина. Ну и как?
Костромин. Любовь есть, анатомии нет.
Огуренкова. А меня запишите обязательно. Нужно быть в курсе!
Забродина. Записываю. Вы сегодня прелестно выглядите, Серафима Петровна! (Вошедшему Бабаяну, прикуривая.) Благодарю вас.
Забродина уходит. Бабаян садится в кресло.
Костромин. Они просят, чтобы оперировал только сам Щеглов. А к нему теперь не подступись - не так воспримет. Прямо не знаю: как быть?
Огуренкова (замечает Бабаяна). Надо это дело пустить по официальным каналам. Подготовьте медицинское заключение и направление... а там посмотрим... (Уходит.)
Костромин (подходит к Бабаяну). Говорят, у Ивана Ивановича с Аркадием Сергеевичем произошел крупный разговор. Ты не знаешь, в связи с чем? Странно, Иван Иванович всегда его так поддерживал, а тут - на тебе...