Шрифт:
Джалил Мамедгулузаде
Посевной доктор
Года два тому назад я ездил в деревню Пир-Саггыз в гости к Гасан-беку. Был последний месяц весны. Дни стояли погожие, от частых дождей трава поднялась выше колен. Хорошо взошли и хлеба. Но самое большое счастье заключалось в том, что вок-руг деревни Пир-Саггыз не было обнаружено никаких следов саранчи.
Однако, как известно, земледельца вечно преследуют какие-нибудь невзгоды и очень редко бывает так, чтобы его хозяйству не угрожало то или иное бедствие.
Гостил я у Гасан-бека недели
Об этом бедствии крестьяне сообщили в город, и вот на дру-гой день после моего приезда было получено сообщение, что сюда едет ученый агроном, или "посевной доктор", как его на-зывали крестьяне.
Принять доктора было негде, поэтому было решено, что он будет устроен у Гасан-бека.
Доктор, рыжебородый мужчина, приехал в автомобиле с двумя уездными работниками и остановился у Гасан-бека. По-знакомившись с нами, приехавшие после легкого завтрака по-ехали вместе с крестьянами осматривать посевы.
Гасан-бек занялся приготовлениями к обеду. Прежде всего зарезали барана, но я не заметил, откуда и кто его приволок. Затем послали человека в соседнюю армянскую деревню за ви-ном. Наблюдая со стороны за этими приготовлениями, я в душе одобрял эти хлопоты. По той причине, что никакую заботу о людях науки нельзя считать лишней, особенно когда речь идет о науке, приносящей пользу сельскому населению.
Прошло немногим более двух часов, а на веранде Гасан-бека гостей ожидал уже накрытый обеденный стол.
Издали донесся гудок автомобиля, и мы поняли, что гости едут. Через несколько минут "безлошадная арба" сказочным драконом -"аждахой" - ворвалась во двор.
"Посевной доктор" стоял в автомобиле во весь рост и, вытя-нув руки к нам, кричал ура.
Приехавшие живо повысыпали из автомобиля и подошли к нам. Во дворе начали собираться крестьяне. Держа в руке что-то завернутое в бумагу, "посевной доктор" кричал:
– Спирт!.. Спирт!..
Подойдя ближе, мы разглядели завернутую в бумагу божью тварь, похожую немного на скорпиона, немного на сороконож-ку, немного на рака и немного на крупную стрекозу, но отлич-ную от них всех.
Спирта в доме Гасан-бека не оказалось, и ни в каком другом доме его тем более не могло быть. Поэтому вместо спирта док-тор налил в стакан немного водки, которую привезли к обеду из армянского села, и бросил туда принесенное с поля насекомое. Бедная божья тварь, недолго побарахтавшись,
Согласно определению "посевного доктора", это и был тот самый вредитель, который подрезал стебли колосьев, обрекая их на гибель.
Ах, ты злодеево семя!..
Все были голодны, особенно те, что вернулись с поля. Пода-ли обед, и Гасан-бек, подняв бокал с видом, предложил тост за здоровье доктора.
После Гасан-бека произнес тост один из уездных работников и выпил за здоровье мужей науки и за их знания. Все мы тоже выпили. Затем встал с места "посевной доктор" и, подняв высоко стакан с насекомым, сказал несколько слов о животном мире, из области зоологии. Он разделил всех животных на отделы, потом на подотделы. Рассказал раньше о млекопитающих, потом о птицах, затем, вскользь упомянув об органической природе, пе-решел к миру насекомых, всяких жуков, червяков и прочих. Ука-зав на плавающее в водке насекомое, он принялся описывать строение его туловища:
– Вот смотрите, господа. Туловище этого насекомого состо-ит, как и у паука, из двух частей. Большей частью оно обитает в посевах зерновых. На головке имеет шесть пар рогов, шесть пар ртов и пять пар передних конечностей. Брюшко у него про-долговатое с очень маленькими и слабыми задними конеч-ностями.
После этого говорил он о скорлупе, об органах чувств, о дыхательных и пищеварительных органах насекомого. Затем он дотронулся соломинкой до ротового отверстия насекомого и объяснил, что это зловредное существо - самый лютый враг зерновых после саранчи.
Окончив разъяснения, доктор накрыл стакан и крепко пере-вязал его; потом, выйдя из-за стола, осторожно поставил стакан на подоконник и заявил, что повезет это редкостное насекомое в центр, доставит в агротехническую лабораторию и организует необходимую борьбу с этим опасным вредителем.
Считаю нужным заметить, что, произнося свою речь, лекарь подносил стакан с насекомым то к Гасан-беку, то ко мне, то к уездным работникам, а насекомое, перевернувшись в водке вверх лапками, продолжало себе плавать.
Наша обеденная трапеза привлекла всех крестьян села. Одни из них молча слушали наши разговоры, а некоторые просто смеялись, только я не понял, что мог означать этот откровен-ный смех.
Что касается меня, то я чувствовал себя великолепно. А по-чему бы и нет? Шашлык в доме Гасан-бека был приготовлен от-менно, а тут еще красное каракендское вино. Что же до этого злосчастного жучка, который поедает хлеба беззащитных и доб-рых крестьян и сейчас плавает в водке, то, разумеется, уничто-жение его относится к числу самых благих из всех благих дел на свете. Но будет ли какая-нибудь польза этому священному делу от нашей трапезы это ведомо одному лишь великому и все-знающему создателю. Одним словом, чем бы все это ни кончи-лось, пока что в наличии мы имеем на столе шашлык из свежей баранины и красное натуральное вино.