После конца
Шрифт:
— Все еще болит?
Соня и не заметила изучающего взгляда, пока не услышала вопрос. Отвлекшись, девушка ощупывала болевшую переносицу, которая после удара слегка сместилась в сторону. Синяки под глазами постепенно спадали, но неохотно, однако больший дискомфорт приносило все-таки смещение костей. И дело даже не в боли. Она никогда не витала в облаках, мня себя первой красавицей, но симпатичной девушкой все-таки считалась. Теперь же, с явным смещением переносицы влево даже это звание оказалось под сомнением.
— Нормально, — и снова раздражение. Она понимала,
— Не надо злиться, я всего лишь спросил, как ты.
— А я просто ответила, что нормально.
Вот и поговорили. Теперь можно было подумать и про новых знакомых.
По мнению Сони, поведение Алисы было излишне странным, напоминающим не то страх, не то смущение. Это напоминало какое-то отклонение от нормы, но делать выводы всего из нескольких минут общения (если короткие взгляды вообще можно назвать общением) по меньшей мере глупо, так что девушка просто списала это на защитный механизм чужой психики. Возможно, ей так проще справляться с нынешней ситуацией.
Их не трогали. Не заходили проверить что с ними и, казалось, вообще забыли про существование четырех заложников. Ребятам только и оставалось, что довольствоваться обществом друг друга, изредка перекидываясь дежурными фразами. Лишь бы разбавить тишину. За дверью то и дело проходили люди, но не обращали ни малейшего внимания на запертую дверь. Тени от ботинок постоянно мелькали в яркой щели света под дверью, что было своеобразным развлечением — Антон с Андреем старались подсчитать количество снующих туда-сюда людей. Получалось откровенно паршиво, слишком одинаковыми казались шаги, разницу понять было крайне сложно, но по примерным подсчетам снаружи было около двадцати человек.
— Как думаете, что они хотят с нами сделать? — как бы невзначай спросил Антон, выстукивая пальцами ровный ритм. — Сюда они не торопятся.
— Как будто ты этому не рад, — фыркнула Соня.
— Не то, чтобы, но сидеть здесь просто так не особо хочется. Да и помереть голодной смертью в моих личных планах не было.
— Кажется, они тебя услышали, — задумчиво протянул Андрей.
Словно по заказу, снаружи щелкнул замок. Потом еще один и в конце об деревянную поверхность стукнулся выпущенный из рук амбарный замок. Неслабые меры защиты, видимо все обитатели тесной комнатушки изрядно потрепали нервы местным жителям.
Как только дверь открылась, в глаза ударил яркий свет. Не дневной, искусственный, но не менее приятный. Особенно для тех, кто успел устать сидеть в полумраке.
— Ну, что, ребятки, отдохнули?
Не подходя слишком близко, в дверном проеме на корточках сидел грузного вида мужчина и казался слишком довольным сложившейся ситуацией. Небольшой револьвер весело покачивался в такт напеваемой им мелодии. Чересчур знакомое оружие. Соня поморщилась. Не очень хотелось видеть отцовский подарок в чужих руках.
Ее жест не укрылся
— Знакомая игрушка, правда? — он ловко взмахнул оружием, подбрасывая в воздух, тут же ловя на лету, поворачивая дуло в сторону ребят. — Не бойтесь, патронов нет. Как и толку от него в целом.
— Может, тогда нам отдашь? — спросила Соня, кивая в сторону оружия. — Посмотрим, так ли он бесполезен.
— Шутишь. Это хорошо, — покачал головой мужчина, обводя остальных взглядом. — С юмором и умирать не страшно, так ведь?
Как и ожидалось — былой боевой настрой разом угас, уступая место напряжению. Этого и добивался их новый друг. Видя, как изменились лица детей, мужчина поднялся на ноги и, последний раз убедившись в конечном результате своих слов, вышел из комнаты, снова заперев дверь.
— Что он имел в виду?
Неожиданно. Это были первые слова, которые произнесла Алиса за все то врем, что они находились внутри, так что не удивительно, что три пары глаз разом посмотрели в ее сторону. Столь пристальное внимание ничуть не напугало ее, хотя, казалось, девушка боялась лишних взглядов. Однако сейчас на ее лице застыло выражение чистого ужаса, и вызвано оно было как раз словами контрабандиста.
— Не волнуйся, — попытался приободрить ее Андрей. Получилось паршиво, но другого способа успокоить ее сейчас не было. — Мы выберемся отсюда.
— Откуда такая уверенность? Их там больше десятка ходит, и это только на этом этаже. А здание пятиэтажное. Вряд ли мы…
— Стой, откуда ты знаешь, сколько здесь этажей, — перебила ее Соня, тем самым сбив весь боевой настрой молчаливой знакомой. — Ты была снаружи?
— Один раз, — снова пряча взгляд в сложенных руках, намного тише, чем пару минут назад сказала девушка. — Это жилой дом. Спальные районы Маука никогда не отличались спокойствием, но эти ребята, похоже, зачистили тут все сверху донизу.
— Маук? — лицо Андрея в этот момент являло собой нечто среднее, между ужасом и недоверием и где-то в глубине души Соня поняла, что лучше бы этим словам быть неудачной шуткой. — Ты же шутишь.
— Боюсь, что нет, — в какой-то степени даже виновато пожала плечами Алиса. — Мы действительно в городе Маук.
И судя по тому, как безвольно голова парня стукнулась затылком об стену, новость эта не была шибко радостной для них. По крайней мере, так поняла Соня. И не ошиблась.
— Поздравляю, мы только что вернулись на два дня пути назад. Город Маук находится к Востоку от Октябрьска. И с учетом наполовину перекрытых дорог те триста километров превращаются во все тысячу триста.
Снова. Они снова отстали от торговцев, зависнув в пути в то время, как Виктор становился все дальше и дальше от них. А она еще смела надеяться, что они в той самой деревне, куда и пришли пешком. Ну да, конечно.
Надо было срочно выбираться отсюда, но как это сделать Соня не представляла. Как и ее новые друзья, которые точно также не знали, что делать дальше. Одно понимали все — умирать в таком месте не было в планах, а, значит, стоило подумать над возможными вариантами отступления.