После ссоры
Шрифт:
– Нет, ты не виновата, – уверяет меня Зед.
– Это… тебе, – громко говорит Хардин, вернувшись в комнату и подавая мне бокал.
– Я больше не хочу. Я достаточно выпила. – Я беру бокал и ставлю его на столик.
– Как скажешь, мне больше достанется.
Он как-то зловеще мне улыбается – это совсем не та прекрасная улыбка, которая мне в нем так нравится. Если честно, я немного напугана. Я знаю, что Хардин ни за что меня не ударит, но от подобного поведения мне все равно не по себе. Лучше бы он кричал или бил кулаком
Зед поднимает бокал и подносит к губам.
– Прямо как в старые времена, да? Ну, еще до того, как тебе захотелось трахнуть мою девушку, – говорит Хардин, и Зед выплевывает выпитое обратно.
– Это не так. Ты оставил ее там одну, а я отвез ее домой, – угрожающим тоном отвечает Зед.
Хардин размахивает в воздухе рукой, в которой держит бокал.
– Я не про сегодняшний вечер, и ты это прекрасно понимаешь. Хотя меня все равно бесит, что ты решил подвезти ее. Она уже большая девочка и может сама о себе позаботиться.
– Но она не должна была оказаться там одна, – парирует Зед.
Хардин с грохотом бросает свой бокал на стол, отчего я подпрыгиваю.
– Это не тебе решать! Хотя хотелось бы, да?
Такое чувство, что я нахожусь под перекрестным огнем, и мне хочется выбраться оттуда, но мое тело меня не слушается. Я с ужасом наблюдаю, как мой мистер Дарси превращается в Тома Бьюкенена…
– Нет, – отвечает Зед.
Хардин садится рядом со мной, но продолжает смотреть на Зеда стеклянными глазами. Я гляжу на бутылку – она опустела как минимум на четверть. Надеюсь, что Хардин выпил все это не за последние полтора часа.
– Да-да, все именно так. Я не идиот. Ты ее хочешь: Молли рассказала, что ты ей тогда говорил.
– Хватит, Хардин, – сердито говорит Зед, еще больше раздражая его. – Тебе вообще не стоит слушать, что говорит Молли.
– «О, Тесса такая красивая, Тесса такая милая! Хардин ее недостоин! Тесса должна быть со мной!» – насмехается над ним Хардин.
Что?
Зед прячет глаза.
– Заткнись, на хрен, Хардин.
– Слышала, детка? Зед правда думал, что может заполучить тебя, – смеется он.
– Перестань, Хардин, – прошу я и встаю с дивана.
Зед выглядит униженным. Не надо было просить его отвезти меня. Он действительно говорил про меня такие вещи? Я думала, что его поведение связано с тем спором, что ему стыдно из-за случившегося, но теперь я уже не совсем в этом уверена.
– Посмотри на нее: уверен, ты и прямо сейчас думаешь об этом… разве не так? – издевается над ним Хардин.
Зед бросает на него яростный взгляд и ставит свой бокал на стол.
– Она никогда не будет твоей, дружище, так что брось эту затею. Она будет только моей, и только я один смогу спать с ней. Только я знаю, насколько это приятно, когда она…
– Замолчи! – кричу я. – Да что с тобой такое!
– Ничего, я просто рассказываю ему, каково
– Ты поступаешь жестоко, – говорю я. – И неуважительно по отношению ко мне! – Я поворачиваюсь к Зеду. – Я думаю, тебе действительно пора идти. – Зед смотрит на Хардина, затем снова переводит взгляд на меня. – Все в порядке, – уверяю я его.
Не знаю, что будет, когда он уйдет, но если он останется, будет только хуже.
– Прошу тебя.
Наконец Зед кивает.
– Ладно, я пойду. Ему надо успокоиться. Вам обоим.
– Ты слышал, что она сказала, убирайся отсюда на хрен. Но сильно не переживай – меня она тоже больше не хочет. – Хардин снова отпивает из бокала. – Ей по душе аккуратные и приличные мальчики.
Мое сердце сжимается еще сильнее, и я понимаю, что ночь мне предстоит долгая. Не знаю, стоит ли мне бояться, но я не боюсь. Ну… совсем немного, но я никуда не уйду.
– Убирайся, – повторяет Хардин, показывая Зеду на выход.
Когда Зед уходит, Хардин закрывает дверь на замок и поворачивается ко мне.
– Радуйся, что я не врезал ему за то, что он тебя привез. Понимаешь, как чертовски тебе повезло?
– Да, – соглашаюсь я.
Спорить с ним сейчас бесполезно.
– Зачем ты вообще вернулась?
– Я здесь живу.
– Это ненадолго. – Он наливает себе еще.
– Что? – У меня перехватывает дыхание. – Ты меня выгоняешь?
Наполнив бокал до краев, он бросает на меня взгляд.
– Нет, но ты все равно от меня уйдешь.
– Нет, не уйду.
– Может, у твоего нового парня есть свободная кровать. Вы двое очень хорошо смотрелись вместе.
В его голосе звучит такая ненависть, что я вспоминаю о самом начале наших отношений, и мне это не нравится.
– Хардин, прошу, перестань так говорить. Я его даже не знаю. И мне ужасно жаль, что я так поступила.
– Я буду говорить что хочу – так же как ты делаешь все, что захочешь.
– Я совершила ошибку, и мне жаль, но это не дает тебе права так сурово со мной обращаться и напиваться до чертиков. Я была пьяна и действительно решила, что у вас с той девушкой что-то было. Я не знала, что думать. Прости, я никогда не стала бы нарочно причинять тебе боль.
Я проговариваю все это быстро, акцентируя внимание на том, что я раскаиваюсь, но он меня не слушает.
– Ты все сказала? – резко говорит он.
Я вздыхаю и прикусываю щеку изнутри. Не плачь. Не плачь.
– Я пойду спать, и мы поговорим, когда ты протрезвеешь.
Он ничего не отвечает, даже не смотрит на меня, так что я разуваюсь и иду в спальню. Как только я закрываю дверь, я слышу звон разбитого стекла. Бегу назад в гостиную: на полу валяются осколки, по стене течет виски. Я беспомощно наблюдаю, как он хватает остальные два бокала и бросает в стену. Сделав последний глоток из самой бутылки, он замахивается изо всех сил, и она тоже летит вслед за бокалами.