После…
Шрифт:
— Не строй из себя героя, Натан. Будем реалистами: я уже прожил жизнь, а у тебя есть дочь, и ты ей нужен. И потом… сам прекрасно понимаешь, что у вас с Мэллори не все кончено… Будь хоть немного рассудительнее!
— Джеффри, именно вы будете им нужны. — Натан отвел взгляд в сторону.
— Я тебя не понимаю, — нахмурился Векслер.
Натан вздохнул. Нужно сказать ему правду, но о Вестниках умолчать. Несколько мгновений Натан собирался с духом, потом произнес:
— Послушайте… я скоро умру, Джеффри.
— Да что ты такое говоришь?!
—
— Ты что, издеваешься надо мной?
— Нет, это серьезно.
— Что с тобой? Это… это рак?
Натан кивнул. Джеффри Векслер был ошеломлен: его зять при смерти!..
— Но… но… ты обращался к специалистам? — пробормотал он. — Я знаком с лучшими врачами главной больницы Массачусетса.
— Это бесполезно, Джеффри, мне конец.
— Но тебе нет еще сорока! — воскликнул тот так громко, что посетители за соседними столиками обернулись.
— Мне конец, — грустно повторил Натан.
— Но у тебя вид здорового человека! — настаивал Джеффри, отказываясь принимать услышанное.
— Тем не менее я болен.
— Черт побери!..
Джеффри заморгал, слеза стекла по щеке, но он даже не пытался скрыть волнение.
— Сколько тебе осталось?
— Немного. Несколько месяцев… может, меньше.
— Чертовщина… — пробормотал Джеффри, не зная, что еще тут можно сказать.
Натан произнес настойчиво:
— Не говорите об этом никому, Джеффри. Вы меня хорошо поняли? Никому! Мэллори еще не знает, и я хочу сам ей сообщить.
— Конечно, конечно.
— Позаботьтесь о ней, Джеффри. Вы знаете, она вас обожает, вы нужны ей. Почему вы не звоните ей чаще?
— Потому что мне стыдно, — признался тот.
— Чего вы стыдитесь?
— Стыжусь того, что не могу бросить пить…
— У каждого свои слабости, вы это сами знаете.
Определенно, мир перевернулся: Натан скоро умрет, и он же утешает Джеффри. Тот не знал, как выразить свое потрясение; в самом деле, он отдал бы что угодно, лишь бы спасти жизнь зятя. В памяти всплыли события прошлых лет: он видел Натана десятилетним мальчиком, в то время они вместе ходили на рыбалку или он водил его на сахароварню, где они брали кленовый сироп. Тогда он относился к Натану как к собственному сыну и думал, что поможет ему получить образование. Потом работали бы вместе, открыли собственную фирму («Векслер и Дель Амико»), объединили свои таланты, чтобы сражаться во имя благих дел: восстанавливать в правах граждан, защищать слабых… Но этот случай с браслетом и эта чертова выпивка все испортили. Выпивка и деньги, проклятые деньги губили жизнь, лишали смысла, а ведь конец все равно один — смерть.
Холод пробежал по телу Джеффри — по позвоночнику, по рукам и животу. Вчера вечером он даже не успел понять, что сбил ребенка. Как такое возможно? Как мог он пасть так низко? Сотни раз давал себе обещание, что больше никогда в жизни не притронется к алкоголю. « Господи, помоги мне!» —молился он про себя, хотя знал, что Бог давно уже оставил его наедине
— Позволь мне быть твоим адвокатом, — вдруг предложил старик, — разреши мне хотя бы защищать тебя.
Это единственное, чем он может помочь. Натан кивнул в знак согласия.
— Я вытащу тебя! — пообещал Джеффри, глаза его блестели. — Это грязное дело, но я постараюсь заключить соглашение с прокурором: скажем, получишь восемнадцать месяцев условно и сотню часов общественно полезных работ. У меня получится, я лучший…
Натан сделал глоток кофе и произнес с улыбкой:
— После меня вы лучший.
Тонкий солнечный луч пробился сквозь облака, будто приветствуя момент согласия. Оба адвоката повернулись к окну, чтобы насладиться вернувшимся теплом. Как раз в этот момент на стоянке ресторана появилась Эбби — по просьбе Джеффри она взяла внедорожник. Автомобиль не конфисковали: подозреваемый не был пьян в момент аварии и имел право водить машину до приговора суда. Натан помахал Эбби.
— Она отвезет тебя в Манхэттен, — сказал Джеффри и поднялся. — Я позабочусь о том, чтобы ее машину пригнали.
— Я возьму с собой Бонни! — решительно произнес Натан.
Джеффри, казалось, был раздосадован:
— Послушай… сегодня утром Лиза отвезла ее на пару дней в Нантакет. Она…
— Что… вы забираете у меня дочь в такой момент?!
— Никто у тебя ее не забирает, Натан. Я привезу ее в Нью-Йорк, когда она вернется. Даю тебе слово. Пусть у тебя будет время собраться с мыслями.
— Но у меня нет больше времени, Джеффри!
— Я верну ее тебе послезавтра, обещаю. Постарайся немного отдохнуть.
— Ну хорошо, — отступил Натан, чуть помолчал и добавил: — Позвоните мне сразу же, как будут новости от Мэллори.
Они вышли на стоянку, где их ждала Эбби; она выглядела сконфуженной.
— Рад вас видеть, Эбби. — Натан приблизился к ней, чтобы обнять.
Но девушка отступила и сообщила металлическим голосом, будто речь шла о деле одного из их клиентов:
— С залогом все улажено.
— Есть новости о ребенке? — одновременно спросили оба адвоката, зная, что Эбби побывала в больнице.
— Он все еще в коме, пока ничего нельзя сказать. В любом случае на вашем месте, Натан, я бы там не показывалась, — предупредила она. — Родители вне себя…
Джеффри опустил голову, Натан промолчал. Затем проводил Джеффри до машины и долго сжимал его руку… увидит ли его снова? Потом вернулся к Эбби.
— Искренне благодарю вас, Эбби, что приехали.
— К вашим услугам, — ответила она, но в голосе ее чувствовался холод. Девушка повернулась к нему спиной, нажала кнопку на брелоке, чтобы открыть машину. — Я сяду за руль, если вы не против.
— Эбби, не будьте смешны…
— Я поведу! — повторила Эбби настойчиво.
Натан предпочел не спорить; он хотел было устроиться на пассажирском сиденье, когда рядом затормозил старенький «крайслер». Коренастый мужчина выскочил из машины и набросился на Натана: