Последнее испытание
Шрифт:
— Конечно. Если тебе нравится, что голова у коротышки к тому же смахивает на тыкву.
— Такого рода телосложение как нельзя лучше отвечает целям деторождения. В твоем возрасте пора бы уже задуматься об этом.
— Какие мои годы! К тому же теперь я выгляжу моложе и лучше, чем до того, как занялся Синанджу.
— И самое лучшее, что ты можешь сделать, это оплодотворить по крайней мере трех из них, самых, на твой взгляд, симпатичных, — произнес Чиун.
— Трех?
— Просто я тебя слишком хорошо знаю. Один раз ты уже произвел на свет девочку.
— Нет, я пас.
— О-о-о!.. — хором простонали стюардессы.
— Не обижайтесь, — сказал Римо. — У меня уже есть дочь.
— И сын, — добавил Чиун.
— Ну, последний факт не получил официального подтверждения.
Римо умолк. Они летели к Северному полюсу. Впереди лишь снега, льды, холод — иными словами, ничего полезного и интересного.
Откуда-то из глубин памяти всплыла легенда о мастере Синанджу, который побывал на Луне. Как же его звали?
— Шэнг! — воскликнул Римо, щелкнув пальцами. — Ну, конечно! Ведь это Шэнг побывал на Луне, верно?
Кореец одобрительно захлопал в ладоши.
— Прямо душа радуется! Хоть что-то да удалось вдолбить в твою тупую башку!
— Ладно, оставь. Ведь на самом-то деле ни на какую Луну Шэнг не летал. Ему просто показалось.
— Нет, он там побывал. Так написано в Книге Синанджу.
— В Книге Синанджу написано, что Шэнг влюбился в какую-то японскую шлюшку. И та в стремлении избавиться от парня попросила его достать ей кусочек Луны с неба. И вот он отправился на Север, в край льдов, снегов и полярных медведей, и, поскольку понятия о географии имел весьма приблизительные, считал, что таким образом доберется до Луны. А в действительности ему удалось переправиться по замерзшему Берингову морю к землям, которые сейчас являются частью Северной Канады. Была зима, небо затянуто тучами, Луны не видно, вот он и вообразил, что добрался до Луны.
— И чем же закончилась вся история? — спросила одна из стюардесс.
Римо пожал плечами.
— Хоть убейте, не помню! Помню лишь это его заблуждение относительно Луны.
— Ах! — сердито воскликнул Чиун и отвернулся. — Ты так ничего и не понял!
Всю оставшуюся часть пути девушки пытались убедить Римо, что они ничем не хуже самых современных европейских женщин.
— Да! — с энтузиазмом воскликнула одна. — У нас в домах есть спутниковое телевидение. Повсюду алкоголизм, наркотики и даже СПИД!
— С чем вас и поздравляю, — хмыкнул Римо. — Тоже мне повод для хвастовства!
Стюардессы радостно захихикали, приняв его слова за искреннее одобрение и полагая, что им удалось пробить толщу сексуального льда этого странного белого мужчины с сильными руками.
Когда же после этих слов Римо задремал, девушки весьма и весьма опечалились.
После приземления в Пангниртанге на острове Баффина стюардессы предложили Римо экскурсию в любое место, куда он только пожелает. Звали в том числе и к себе домой в гости, дружно уверяя при этом, что их дома ничего общего с иглу не имеют. Но если ему нравятся иглу —
Чувствуя, как от ледяного ветра заиндевело лицо, Римо пробормотал:
— Мне что-то вдруг... захотелось в Африку.
— Мы готовы предоставить вам каяк [18] ! — пискнула одна из девушек.
В конце концов Римо пришлось тащить всю стайку девчушек через покрытое льдом летное поле к аэровокзалу, потому как они мертвой хваткой вцепились ему в брюки и не хотели отпускать.
— Нам надо нанять транспортное средство, с помощью которого мы преодолеем многие мили по снегу и льду, — проговорил Чиун.
18
Эскимосская лодка.
— И запрячь его эскимосками с длинными рогами, — добавил Римо.
Агент из бюро проката посоветовал им взять белый форд «Бронко» с тяжелыми и широкими, специально под снег, шинами, на которые к тому же надевались цепи.
— Расплатись, Римо, — кивнул Чиун.
— Римо? Так его звать Римо?
Агент едва не вывалился из своего окошка.
— Сэр, — произнес он тоном, который обычно приберегают для того, чтобы уведомить какого-нибудь прохожего о том, что у него расстегнута ширинка или прилип к подметке клочок туалетной бумаги, — сэр, у вас к ногам прилипли стюардессы.
— Вообразили, что влюблены в меня, — жалобно отозвался Римо.
— Мне тоже так кажется, — согласился агент.
— Могу ли я оставить девушек у вас? — спросил Римо.
— О нет! Не надо!
— Только до возвращения! — взмолился белый мастер Синанджу.
— Да, да! Мы будем тебя ждать! Ровно столько, сколько понадобится!
— Надеюсь, я не слишком утомлю вас ожиданием, — галантно заметил Римо и взглянул на мастера Синанджу. — Мы ведь скоро вернемся... э-э?
— Или очень скоро, или никогда.
— Очень скоро, — улыбнулся Римо.
— Ура-а-а!
Агент протянул ключи от автомобиля, и кореец прямо-таки на лету выхватил их у него из рук.
— За руль сяду я! — строго сказал он.
— С чего вдруг?
— Да потому, что ты, похоже, чертовски устал. А я не хочу врезаться в айсберг или падать в пропасть.
Римо счел, что в словах учителя есть резон, а потому прыгнул на заднее сиденье форда, пока мастер Синанджу добрые десять минут устраивался за рулем, стараясь не помять складок кимоно.
Машина с грохотом выкатила на дорогу. С неба падал редкий снег. Кругом, куда ни кинь глаз, тянулись покрытые снегами просторы Арктики. Ни дерева, ни зелени.
Вскоре они обогнали одинокого эскимоса в оленьей упряжке. Размахивая длинным тонким шестом, он ободряюще крикнул:
— Вперед, алкаши, вперед!
— А знаешь, стоит здесь сбиться с пути и нас никто уже не найдет, — заметил Римо. — К тому же машина у нас белая и по цвету сливается со снегом.
— Не беспокойся, Римо, я знаю дорогу.