Последний Дозор
Шрифт:
Но Семен не был расположен к экспериментам. Очень плавно подал вперед, Завулон посторонился, дождался, пока мы встали между грязным «жигуленком» и старым «ниссаном», после чего открыл дверь и уселся на заднее сиденье.
Тому, что блокировка двери не сработала, удивляться не приходилось.
– Вечер, дозорные, – негромко сказал Высший Темный.
Мы с Семеном переглянулись. И снова посмотрели на заднее сиденье.
– Скорее уж ночь, – сказал я. Как бы там ни было, пусть Семен и в тысячу раз опытнее, но переговоры придется вести мне. Как старшему по Силе.
– Ночь, – согласился
– В Лондон.
– А потом в Эдинбург. Расследовать дело Виктора Прохорова.
Врать не имело смысла. Врать вообще невыгодно.
– Да, разумеется, – сказал я. – Вы против, Темный?
– Я – за, – ответил Завулон. – Я почти всегда «за», как ни странно.
Он был в костюме, при галстуке – только узел распущен и верхняя пуговица на рубашке расстегнута. Сразу видно: человек то ли в бизнесе, то ли на госслужбе… Впрочем, ошибка тут началась бы уже со слова «человек».
– Тогда что вам нужно? – осведомился я.
– Хочу пожелать вам счастливого пути, – невозмутимо сказал Завулон. – И удачи в расследовании убийства.
– Вам-то это зачем? – спросил я после неловкой паузы.
– Леонид Прохоров, отец усопшего, двадцать лет назад был определен как Иной. Сильный Темный Иной. К сожалению, – Завулон вздохнул, – он не захотел проходить инициацию. Остался человеком. Но с нами продолжал поддерживать хорошие отношения, иногда по мелочам помогал. Это не дело, когда сына твоего приятеля убивает какой-то мелкий взбесившийся кровосос. Найди его, Антон, и поджарь на медленном огне.
Семен при моем разговоре с Гесером не присутствовал. Но что-то о Леониде Прохорове знал – судя по тому, как в замешательстве почесывал плохо выбритый подбородок.
– Я и так собираюсь это сделать, – осторожно сказал я. – Вам не о чем беспокоиться, Великий Темный.
– А вдруг понадобится помощь? – как ни в чем не бывало предположил Завулон. – Ты же не знаешь, с кем столкнешься. Возьми…
В руке Завулона появился амулет – резная фигурка из кости, изображающая оскалившегося волка. От фигурки ощутимо тянуло Силой.
– Это связь, помощь, совет. Все вместе. – Завулон перегнулся через сиденье, жарко дохнул мне в левое ухо: – Бери… дозорный. Спасибо скажешь.
– Не скажу.
– Все равно бери.
Я покачал головой.
Завулон вздохнул:
– Ну хорошо, хорошо, пусть будут эти глупые театральные эффекты… Я, Завулон, клянусь Тьмой, что вручаю свой амулет Антону Городецкому, Светлому магу, не питая никаких злых умыслов, не намереваясь причинить вред его здоровью, душе и сознанию, не требуя ничего взамен. Если Антон Городецкий примет мою помощь, это не накладывает никаких обязательств на него, силы Света и Ночной Дозор. В благодарность за принятие помощи я разрешаю Ночному Дозору Москвы трижды применять светлое магическое вмешательство до третьего уровня Силы включительно, никакой ответной благодарности не требую и требовать не стану. Тьма будь моим свидетелем!
Рядом с фигуркой волка закружился темный шарик, миниатюрная черная дыра, прямое подтверждение клятвы Изначальной Силой.
– Я бы все-таки не стал… – предостерегающе начал Семен.
И в этот миг в моем кармане звякнул и сам
– Возьми, – сказал Гесер. – В этом он не врет. А в чем врет – мы выясним.
Связь прервалась.
Завулон усмехнулся, продолжая протягивать мне фигурку. Я молча сгреб ее с ладони Темного мага и сунул в карман. Мне клясться было не в чем.
– Итак, желаю удачи, – продолжил Завулон. – Да! Если не затруднит – привези мне из Эдинбурга в подарок какой-нибудь магнитик на холодильник.
– Зачем? – спросил я.
– Я их собираю, – улыбнулся Завулон.
И исчез – рухнул сквозь Сумрак на какие-то глубинные слои. Преследовать его, конечно же, мы не стали.
– Позер, – сказал я.
– На холодильник, – пробормотал Семен. – Да уж, представляю, что у него хранится в холодильнике… Магнитик… стрихнина баночку ему привези! Намешай в их шотландский хаггис и привези.
– «Хаггис» – это подгузники такие, – сказал я. – Хорошие, мы их дочке брали.
– Хаггис – это еще и еда. – Семен покачал головой. – Хотя… если по вкусу… наверное, похоже.
Глава вторая
В наши дни трудно наслаждаться удовольствием от авиаперелета. Аварии износившихся Боингов-737 и Ту-154, задумчивые швейцарские диспетчеры и меткие украинские ракетчики, арабские террористы всех мастей – не слишком все это располагает к спокойному времяпрепровождению в комфортабельном кресле. И пусть коньяк из магазина дьюти-фри дешев, стюардесса заботлива, а питание и вино вполне достойны – человеку трудно расслабиться.
К счастью, я не человек. Линии вероятности смотрели Гесер и Светлана. Да и я сам способен прощупать будущее на несколько часов вперед. Долетим, прекрасно долетим, мягко сядем в Хитроу, и пересесть на ближайший самолет до Эдинбурга я успею…
Так что я мог спокойно сидеть в своем кресле бизнес-класса (полагаю, не от неожиданной щедрости шефа, а просто иных билетов не достали), попивать приличное чилийское винцо и сочувственно поглядывать на молодящуюся женщину через проход. Женщине было очень страшно. Периодически она крестилась и беззвучно шептала молитвы.
В конце концов я не выдержал, потянулся к ней через Сумрак – и слегка погладил по голове. Не руками – сознанием. Коснулся многократно перекрашенных волос той лаской, что свойственна у людей лишь матерям и мгновенно уносит любые тревоги.
Женщина расслабилась и через минуту крепко уснула.
Мужчина средних лет рядом со мной был куда спокойней, да к тому же изрядно навеселе. Он деловито откупорил парочку бутылочек джина, принесенных стюардессой, смешал их с тоником в жестокой пропорции один к одному и выпил – после чего задремал. Выглядел он типичным представителем богемы – в джинсах, хлопковом свитере, с короткой бородкой. Писатель? Музыкант? Режиссер? Кого только не манит город Лондон – от бизнесменов и политиков до богемы и богатых прожигателей жизни…