Последний город
Шрифт:
— Ну, сейчас-то ты не при делах, — осторожно прикоснулся к здоровенному синяку на левой скуле Эдуард.
— Как сказать, как сказать, — ссутулился Ян.
— Да как ни скажи — тебя в квартире не было, — тяжело вздохнул я и поморщился от боли в спине. То ли отбили, то ли мышцу потянул.
— Вот! — ткнул в потолок указательным пальцем как-то очень уж незаметно захмелевший Ян. — А почему?
— Да какая разница? — фыркнул я и повернулся к возвращавшемуся командиру: — Ну как?
Заметно побледневший Станке только махнул рукой, уселся за стол и вылил из графинчика остатки очищенной себе в рюмку. Глубоко вздохнул, выпил и спрятал
— Могло быть и хуже...
— По тебе не скажешь, — хлопнул Ян командира по плечу. — Краше на «Плантацию» отвозят.
— Хуже — запросто, — отмахнулся Артур и окликнул меня: — Марк, куда собрался?
— Подруге позвоню, — покачнувшись, поднялся на ноги я. — Предупрежу, что не приду сегодня.
— Давай, — одобрил мою идею Станке. — Один чёрт в Управлении ночевать придётся.
— Зачем ещё? — удивился Эдуард.
— За надом, — не стал ничего объяснять командир. — Думаешь одним рапортом отделаться? Это вряд ли...
Ничуть в этом не сомневаясь, я направился к барной стойке, за которой сейчас расположились всего два посетителя: изрядно раздобревший жандармский капитан и поджарый светловолосый ординар в явно дорогом, но весьма поношенном деловом костюме. В остальном зале оживления тоже не наблюдалось, и тем не менее кабинка с магофоном оказалась занята. Постояв с минуту у запертой двери, я в сердцах выругался и вернулся к бару. Уселся на высокий стул, в ответ на вопросительный взгляд бармена молча покачал головой и облокотился на стойку.
В очередной раз наполнив жандарму и его собеседнику рюмки, бармен прибавил громкость висевшего на стене чаровизора и принялся протирать полотенцем свежевымытую посуду.
— ...информации, пробой Пелены произошёл сегодня утром. Благодаря своевременным действиям спецподразделений Гвардии район прорыва был локализован, и в настоящее время его санация уже завершена. В городской администрации отказались назвать точное число погибших, однако можно предположить, что количество пострадавших невелико. Значительно больший общественный резонанс вызвало очередное распыление боевых серебросодержащих веществ над густонаселёнными жилыми массивами. — Студия за спиной диктора сменилась видом главного корпуса Госпиталя. — По официальным данным, с начала года по этой причине уже погибло семнадцать горожан и ещё семьдесят восемь обратились за медицинской помощью. Несмотря на протесты активистов «Легиона» — старейшей организации, объединяющей лиц с повышенной чувствительностью к серебру, — командование Гвардии при возникновении кризисных ситуаций намерено и в дальнейшем использовать весь имеющийся в распоряжении вооружённых сил арсенал средств поражения. В частности, руководитель пресс-службы Гвардии полковник Роберт Грин в интервью нашему корреспонденту (на экране появилось изображение полковника) отметил следующее:
— Не стоит забывать, что лица с подвижными биопараметрами не единственные жители города, и при проведении спецопераций Гвардия в первую очередь руководствуется интересами глобальной безопасности. Все наши действия и впредь будут направлены на минимизацию жертв среди горожан вне зависимости от их социального и генетического статуса.
— В то же время многие эксперты отмечают, — продолжил диктор, — что командованию Гвардии придётся пойти на уступки в этом вопросе, поскольку к протестам ортодоксов из «Легиона» в скором времени может присоединиться другое объединение лиц с повышенной чувствительностью к серебру — «Братья
Я только усмехнулся: пойдут они на уступки, держи карман шире. Без серебра так лихо зачистки проводить уже не получится. А командование Гвардии прекрасно понимает, что стоит пару раз облажаться, и деятели из Комитета Стабильности или городской администрации их в один момент с потрохами схарчат. А оборотни... да ничего они своими протестами не добьются. И запрет на свободное обращение серебра и изделий из него вовсе не из-за перевёртышей ввели. Кто бы об этом что себе ни думал.
В это время кабинку магофона покинул молодой ординар, и я поспешил занять его место. Светильник под потолком едва мерцал, матовое стекло двери тоже особой прозрачностью не отличалось, и двадцатизначный номер пришлось набирать чуть ли не на ощупь. Сканер магофона холодом уколол левое веко, и поморщившись от неприятного ощущения, я приложил к аппарату ладонь.
В голове зашумело, на миг почудилось, будто из тесной кабинки перенёсся в огромную аудиторию с высоченными потолками. Со всех сторон послышались едва различимые шепотки, по затылку словно провели призрачной ладонью, а вот виски заломила вполне себе реальная боль. Да уж, перетрудился сегодня. А ведь ещё не вечер...
— Привет, Лисёнок, — первым поздоровался я, когда эхо чужих мыслей смолкло и магофон наконец отыскал вызываемого мной абонента. — Можешь разговаривать?
— Что-то случилось? — Прозвучавший в голове голос показался немного взволнованным.
Всё верно — слишком рано для звонка. Интересно, где она сейчас — в «Руне»? Должно быть. И, скорее всего, на занятиях, а значит, эхо чужих мыслей могло вовсе не почудиться. Надо бы покороче...
— Заморочки на работе, — я постарался ответить как можно спокойней. — Даже не знаю, когда сегодня получится вырваться. Не теряй.
— Ты пил? — Да уж, не стоило и надеяться провести ясновидящую. Дурацкая была затея...
— Это следствие, а не причина. — Я решил пока ничего не объяснять. — Извини, надо бежать. Целую.
В голове вновь заворочалась боль, и связь оборвалась ещё раньше, чем я убрал ладонь с аппарата. На небольшом экране высветилась сумма, подлежащая списанию с лицевого счёта, но деньги сейчас волновали меня меньше всего. Слишком уж паршиво себя чувствую. Да и сердце не на месте...
Когда вернулся к столу, парни уже сворачивались: Артур расплачивался по счёту наличными, Ян и Эд осматривались в поисках забытых вещей.
— Сколько с меня? — поинтересовался я у командира.
— Всё потом, — отмахнулся тот.
— Говорил же, не надо было болид в Управлении оставлять. — Ян на всякий случай заглянул под стол и направился на выход.
— Чтоб ты через залитые шары нас всех угробил? — подтолкнул меня вслед за водителем Станке. — Ничего, пешочком прогуляемся...
— Куда сейчас? — уточнил я у него.
— В Управление вызывают, — объяснил Артур. — Не иначе из Комитета комиссия прибыла...
— Зачем ещё? — удивился я и сразу же понял, что сморозил глупость.
Нет, гибель при исполнении оперативника действительно расследовалась бы дисциплинарной коллегией Службы Контроля, а вот застреленный в ходе операции чернокнижник...