Последний Хранитель
Шрифт:
– Мне этот песочек тоже не нравится, – сказал наш вожак. – Лавину мы здесь вряд ли разбудим, – он с удовольствием повторил мои слова. И даже зажмурился, будто что-то вкусное съел. – А вот провалиться можем. Ловушек в этих местах хватает. Какие будут предложения?
И посмотрел на Кота.
Правильно. Я тоже, когда устраивал совет, то выслушивал всех, от младшего до старшего, если им было что сказать. А уже потом решал сам.
– Идти вдоль следа санума? – спросил молодой Кот и тут же убил свой вопрос – Нет!..
– Почему? – заинтересовался незнакомец.
– Долго. И может увести от Дороги.
Да, Кот умнее, чем кажется. Повезло его наставнику. Незнакомец, похоже, стал-таки
– Долго, – согласился наш вожак, похвалив Кота взглядом, и воин будто выше ростом стал. – А что делают у вас, когда нельзя обойти след лавины?
Этот вопрос достался мне. И я почти уверен, что мягкотелый знает ответ, только хочет, чтобы другой сказал его. Я не стал усмехаться, принимая знакомую игру. Ничего веселого в ней не было. Ведь на месте Кота мог оказаться Игратос.
– Тогда первым идет самый легкий из стаи. – То, что он еще и самый молодой из воинов, я тоже не сказал. Понятно, что чем старше Медведь, тем тяжелее. – И все связываются поясами. Если кто-то провалится, можно вытащить.
Я не стал говорить, что не всегда пояс выдерживает, что лед бывает острее когтя, что в широкой трещине может исчезнуть вся стая или почти вся, как это случилось со стаей моего отца. В живых тогда остались только двое последних. Лопнул пояс или кто-то успел обрезать его... Зачем говорить о таком? Здесь другие места и другие опасности.
– Хорошо придумано.
Не ожидал, что похвала мягкотелого даст мне немного утешения. Не думал даже, что мне нужно это утешение, а вот поди ж ты... И дышать стало легче, и холод от сердца убрался. Будто сняли с груди ледяную глыбу.
– Только связываться со всеми мы не будем, – решил наш вожак. – Хватит и нас троих. Остальные пойдут по следам. Побудешь героем? – спросил он Кота, и тот радостно согласился на самое опасное дело. – Я пойду за тобой. Если вдруг что, вытащу сам. А он, – и оба посмотрели на меня, – запросто вытащит нас двоих.
Я согласно кивнул. Все правильно, вытащу, запросто. Эти двое весят меньше Игратоса. И задумано хорошо. Я и сам бы расставил воинов так же, и связывался бы только с теми, кому доверяю. Вот только кто будет вытаскивать меня, если и со мной случится это «вдруг что»? Еще двое воинов покрепче совсем бы не помешали. Игратос с Кугарами вряд ли удержат меня одного, а уж нас троих... И если Кугары еще захотят помочь...
Не сразу вспомнил, что мы не в горах и что таких широких трещин здесь быть не должно. Песок – не снег, он не может забить трещину только поверху. Так что вожак рассчитал правильно: нас троих хватит, чтобы проложить тропу для остальных. Вот только остальных четверых или Ипшу тоже считать?
– И копье свое используй, – приказал вожак, когда мы связали пояса. Каждый из нас нес по два копья, только у Кота было одно. – Сначала прощупай впереди, а потом уже ставь ногу.
Меня коснулось удивление Игратоса. Он и Кугары были уже рядом и во все глаза и уши следили за нами. Только Четырехлапый притворялся спящим.
Я открыл Дверь Тишины, чтобы Игратос узнал, что под песком есть ловушки и для чего Коту копье, если врага нет рядом. Я не учил этому Игратоса. И не потому, что забыл или не захотел, – я и сам этого не знал. В горах нет таких копий, у нас и дерева такого нет, вот и не пришло никому в голову прощупывать перед собой путь. Вот и топаем по опасному месту. И проваливаемся иногда. Вернусь домой, расскажу новый способ, он пригодится воинам. И не воинам
Он согласился и быстро закрыл свою Дверь Тишины. Слабенькая она у него, совсем тонкая...
– А мы берем длинный шест, когда идем по болоту. – И воин из клана Котов ткнул копьем в блестящий песок.
– Я и не знал, что у вас бывают болота. Думал, Сухие Земли похожи на это... – И я показал на низкие холмы за спиной и ровную поверхность перед нами.
– Конечно, бывают! И еще какие! – возмущенно зашипел Кот.
Мне даже показалось, что он ткнет в меня копьем. Не ткнул. Сдержался. А когда я извинился, то опустил острие книзу.
Ну и кто меня за язык тянул? Чужой дом хвалить надо, если можешь, а не можешь – молчи. Попробовал бы кто при мне горы обругать!..
И я опять извинился. На этот раз голосом, не пальцами.
Игратос дернулся, как от удара. И такая обида зарычала в нем! Все-таки тонкая у него Дверь, ничего не держит.
А молодой Кот принял мои извинения и заговорил уже спокойно. О том, что Игратосу и мне узнать больше не от кого. Молодому бы слушать да запоминать, а он обиду свою кормит.
– ...весной много рек и болот. Вода сама идет из земли! И везде, куда ни посмотришь, трава, цветы, кусты. Даже деревья есть! – Кто-то из Кугаров фыркнул, и Кот заговорил быстрее. – Конечно, не такие большие, как в настоящем лесу, но выше меня вырастают. А болотные шесты из особого дерева делают. Оно очень прочное и в воде не гниет. Отцу служит, и сыну, и сыну сына может послужить. А в жаркий сезон вода уходит глубоко в землю, реки и болота почти пересыхают. Тогда мы много охотимся. Но даже в жару легко найти воду. Не то что здесь... – Кот вдруг замолчал и оглянулся. – Здесь только Ипши могут выжить, – добавил он совсем тихо и засмотрелся на песок под ногами.
Да, много молодой Кот наболтал, а теперь вот стыдится. Я и сам так же хвастался перед другими, когда был глупышом, а наставник меня тогда услышал. Так я едва язык не проглотил от стыда. Я ведь своим наставником как раз и хвастался. И про горы я могу говорить долго и много. Наверное, как Кугары про свои леса или Ипша про пустыню. Все-таки хорошо, что Ипши живут в этих местах. Пока на земле живут, она не мертвая. Может, и мы здесь выживем.
Мы все-таки ступили на гладкий песок. Еще и Зеленая Мать не ушла на покой. Кугары легко согласились идти по нашим следам – только по следам! – это не трудно и привычно. А то, что трое первых связались поясами, так у воинов свои секреты. Как у охотников или у других мастеров. Все знают это и принимают спокойно, только Игратос разозлился. Он почему-то решил, что я выдаю тайны воинов клана. Он с такой обидой смотрел мне в спину, что у меня шкура зудела между лопаток. Я уже подумывал забрать у него копья, но потом решил наградить молодого доверием. Правосудие вершат Вождь и прародитель Медведь. Не думаю, что Игратос считает себя выше их. Но разочаровал я его сильно. Может, и отказ от наставника скоро услышу. Вот успокоится немного молодой, подумает – и услышу.
А кому он нужен, такой наставник?! То место вожака уступает, и не сильнейшему т'ангу, а какому-то чужаку, ущербному и мягкотелому, то позволяет оскорблять себя, все тому же слабейшему, то извинения приносит. И кому?! Да этого Котенка на одну ладонь посадить, а другой прихлопнуть можно!
Я не сразу понял, что ловлю не только обиду, но и мысли Игратоса. И не тонкая Дверь тут виновата. Молодой вообще не закрыл ее, чтобы я слышал и знал, что он обо мне думает. А мысли – это не слова, за мысли на поединок не вызовешь. Да и не стану я его вызывать. А без вызова – это не поединок, а наказание. А наказывать может только наставник. То есть я.