Последний синклит
Шрифт:
— У вас три дня, господа, — напомнил им сэр Энтони. — Я попрошу раздать вам схему отеля, где отмечены номера, в которых живут все гости, приехавшие сюда вместе с нами. Обращаю ваше внимание, что прислуга предупреждена. Все телефоны отключены, и никаких писем и сообщений персонал не имеет права передавать. Прошу вас сдать господину Тиллиху ваши мобильные телефоны. Если у вас есть оружие, вы можете оставить его у себя. Я буду жить в отеле вместе с вами, а Стивен уедет сегодня в Лондон. И хочу предупредить возможного убийцу, что дверь моей комнаты не будет закрыта. У меня
Он закашлял, поднося руку ко рту. Очевидно, ему было сложно произнести такой длинный монолог. Но он откашлялся, собрался с силами и выдавил последние фразы:
— Пожалуйста, не забудьте сдать свои телефоны. Я думаю, вам не нужно напоминать, что оставленный телефон будет рассматриваться как акция, направленная против нашей семьи. До свидания, господа.
Он кивнул головой и посмотрел на своего сына. Стивен развернул его кресло, и они вышли вместе. Сэр Энтони мог управлять своей коляской самостоятельно, но он предпочитал, чтобы за его спиной был сын. Резко поднявшийся с места Полынов вышел следом за ними.
Когда они втроем удалились, в конференц-зале снова установилась тишина.
И вдруг раздался скрипучий голос Ихсана Хашаба:
— Это самая глупая ситуация, в которую я когда-либо попадал.
Со своего места поднялся рыжеволосый Тиллих и кивнул сидевшей рядом с ним блондинке. Он был помощником Стивена, а молодая женщина — его секретарем, вспомнил Дронго. Брюнетка осталась сидеть на месте, рассматривая экспертов.
Тиллих взял поднос, лежавший на столе, и передал его Сюзан Бердсли, следовавшей за ним.
Он подошел к сидевшему с краю Мишелю Доулу. Тот улыбнулся, покачав головой, и тихо сказал:
— Я не ношу мобильных телефонов. Можно сказать, что я старомоден.
Расположившийся рядом с ним Уорд Хеккет презрительно поморщился и, достав сразу два мобильных телефона, положил их на поднос. Важевский достал свой телефон, проверил, как он работает, отключил его и передал аппарат Тиллиху. Четвертым сидел Людвиг Квернер. Он отдал телефон, не сказав ни слова.
Ихсан Абд аль-Хашаб неприятно усмехнулся и вытащил из кармана один телефон.
Затем второй. Посмотрев на миссис Бердсли, он облизнул губы. Очевидно, арабу нравились блондинки. Молодая женщина чуть покраснела. Хашаб вздохнул и сказал:
— У меня есть еще один. — С этими словами он достал третий телефон — необычайно миниатюрный аппарат, очевидно, сделанный по заказу, и положил его на поднос. Тиллих изумленно взглянул на араба, но ничего не сказал.
Кодзи Симура, извинившись, пробормотал, что его телефон находится в номере.
— Я не ношу с собой мобильные телефоны на заседания, — вежливо заметил японский эксперт.
— Хорошо, —
Дронго не любил мобильных телефонов и, посмотрев на стоявшего перед ним Тиллиха, развел руками:
— У меня нет телефона.
Тиллих подозрительно посмотрел на него, но, ничего не сказав, прошел к комиссару Брюлею.
— У вас тоже нет телефона? — спросил он у комиссара.
— Увы, — ответил комиссар, — я их терпеть не могу. В эти игрушки я никогда не играл.
Тиллих кивнул молодой женщине, стоявшей рядом с ним, и посмотрел на другую. Секретарь сэра Энтони, Элиза Холдер, поднялась и вышла вместе с ними.
Она была моложе секретарши Стивена Чапмена, первая казалась чуть старше. Обе женщины были достаточно высокого роста. У Элизы Холдер было скуластое лицо, а у Сюзан — красивые голубые глаза.
Восемь экспертов остались одни. Хеккет поднялся со своего места, оглядывая присутствовавших.
— Прекрасная компания, — сказал он негромко. — И как мы будем работать?
— Сначала нам нужно подумать, — вежливо заметил Симура.
— Мне кажется, что следует допросить каждого из свидетелей, — вставил Важевский, — и сделать это всем вместе.
— Как вы себе это представляете? — спросил Доул. — Мы будем сидеть за столом, а несчастные свидетели стоять перед нами и отвечать на наши вопросы?
— У вас есть другое предложение? — разозлился Хеккет.
— Есть. — Мистер Доул был явной противоположностью Хеккету. Он оставался спокойным при любых обстоятельствах, как настоящий английский джентльмен. — Мне кажется, нужно согласиться с мнением мистера Симуры и подумать о том, как мы будем работать.
— Прошу прощения, — усмехнулся Хеккет, — я попал в группу высоколобых интеллектуалов. Если вы хотите работать в одиночку, можете делать как считаете нужным.
Все начали подниматься. Брюлей курил свою трубку. Взглянув на Дронго, он пошел к выходу. Дронго догнал его уже в холле.
— Что вы обо всем этом думаете? — спросил он.
— Не знаю, — признался комиссар, — слишком много специалистов. Мне кажется, сэр Энтони все-таки ошибся. Столько хищников загнали в одну клетку. Из этого ничего хорошего не выйдет.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Всех восьмерых экспертов разместили на третьем и четвертом этажах.
Триста пятый номер, где находился Дронго, был соединен с триста седьмым общей дверью, которая была закрыта. В смежном номере проживал Квернер. Он лег спать, как только пришел после конференции. Очевидно, немец лучше соображал на свежую голову, в отличие от Дронго, который был ярко выраженной «совой» и любил засиживаться до утра. На столике лежали материалы о судебном процессе трехлетней давности. В отдельной папке находились материалы о попытке покушения на маленького Тони Чапмена. Экспертиза обнаружила в молоке яд и дала категорическое заключение, что он не мог появиться в продукте самостоятельно, в результате процессов брожения. Конкретный умысел убийцы не оставлял никаких сомнений.