Последний синклит
Шрифт:
— Конечно, — согласился Важевский, — яд находится в отеле, и убийца может воспользоваться им еще раз.
— У вас все? — спросил Мишель Доул.
— Нет, не все, — сказал Важевский. — Сэр Энтони полагает, что Роберт успел перед смертью позвонить кому-то из нас. Один из нас восьмерых знал о его возможной гибели либо был организатором.
Снова все промолчали.
— Сколько можно пугать? — разозлился Хашаб, вскочив со стула. — Мне надоели ваши намеки. Пусть встанет тот, кто придумал всю эту пакость! Мы его все равно найдем.
Семь пар внимательных глаз
— Я хотел сообщить присутствующим про Линду, — снова вмешался в самый нужный момент комиссар Брюлей. — Вчера, сразу после ее ухода, мистер Дронго сообщил мне, что к нему приходила горничная и рассказала о возможной встрече мистера Тиллиха с господином Симурой. И мы оба пришли к выводу, — при этом он посмотрел на Кодзи Симуру, — что она скорее всего ошиблась. Девушка приехала из Шотландии, жила в сельской местности, где не было азиатов. Возможно, она спутала господина Симуру с кем-то похожим на него. Такое случается.
Симура кивнул головой в знак согласия.
— Кажется, вы будете говорить с мистером Тиллихом, — напомнил Доул, обращаясь к Симуре. — Пусть он расскажет вам все подробнее.
— Он просил сохранить все в тайне от сэра Энтони, — напомнил Дронго. — Ему нужны хорошие рекомендации после увольнения.
— Если получится, — невозмутимо сказал Доул, чуть поморщившись. Для англичанина подписанная рекомендация была почти официальным документом, и Доулу претила мысль, что Тиллих сможет где-то хорошо устроиться после своего предательства.
Никто из восьмерых экспертов, сидевших за столом, не мог даже предположить, что убийства еще не закончились. Никто из них даже в страшном сне не мог себе представить, что следующей жертвой станет один из них. Менее чем через час они останутся всемером, потеряв одного из экспертов. Но пока они сидели за столом и обсуждали свои версии.
Еще минут через пятнадцать было решено пообедать. Доул объявил перерыв до четырех. Важевский позвонил на кухню и узнал, что Арчибальд приготовит все через полчаса. Все служащие уже покинули «Стакис», а охранники организовали внешнее кольцо вокруг гостиницы, и им было запрещено даже входить в отель.
— Надеюсь, Арчибальд не положит нам всем яд, — пробормотал Хеккет.
— Я заставлю его самого попробовать каждое блюдо, — пообещал Хашаб.
— У нас пока есть время, — взглянул на часы Квернер, — еще полчаса.
— Пойдем в бассейн, — устало предложил Важевский. — Кто пойдет со мной? Надеюсь, что вся автоматика работает как нужно.
Вместе с ним согласились отправиться в бассейн еще несколько человек.
Дронго решил, что примет душ. Он вышел из конференц-зала, не предполагая, что уже через полчаса в отеле будет еще один труп.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Дронго вошел в кабину лифта, вымотанный предыдущими разговорами.
Конечно, Доул был прав: только таким необычным образом можно было узнать, кто именно из экспертов проявляет заботу о своем сообщнике, и перекрестным допросом уличить в неискренности возможного
Дронго вышел на своем этаже и заметил, что створки соседней кабины лифта растворились и оттуда вышел Квернер. На третьем этаже, кроме них, жили еще комиссар Брюлей и Хеккет. Квернер хмуро кивнул Дронго, который предусмотрительно пропустил немецкого эксперта вперед.
— Как у вас дела? — спросил у него Дронго.
— Не знаю, — мрачно ответил Квернер. — Мне кажется, нам еще очень далеко до конца расследования. Вполне возможно, что этот врач случайно положил яд в молоко ребенку, а поняв, что будет разоблачен, решил покончить с собой, не оставив никаких пояснений.
— А как быть с убийством Роберта?
— Конкретных доказательств все же нет, — сказал Квернер. — Возможно, в него стреляла эта истеричная особа.
— Но у него нашли список экспертов.
— Вот в этом все и дело, — хмуро заметил Квернер. — Может, список ввели в компьютер позже, после смерти Роберта. Специально, чтобы отвлечь наше внимание от настоящих организаторов убийства. Кстати, Алан Эндерс неплохо разбирался в компьютерах, я это узнавал.
Дронго подумал, что в таком деле важны даже мельчайшие подробности поведения каждого из подозреваемых. Хотя с другой стороны, одним из подозреваемых был в данном случае он сам. Квернер достал карточку, чтобы открыть свой номер.
— Как вам нравится эта идея сэра Энтони оставить нас одних в отеле? — спросил он.
— С одной стороны, разумно, — заметил Дронго. — Это исключает возможность контактов потенциального убийцы с кем-либо из своих сообщников. А с другой — мы можем оказаться в очень неприятном положении. Старик, кажется, настроен решительно.
— Вот именно, — хмыкнул Квернер, входя в свой номер. Дронго вошел к себе.
Он услышал, как через несколько минут Квернер вышел из своей комнаты, хлопнув дверью. Очевидно, ему не нравился подобный «домашний арест». Все эксперты, прибывшие сюда по приглашению сэра Энтони, были не просто выдающимися мастерами своего дела. Это были величайшие профессионалы, и их оскорбляло, что они должны выступать не только в привычной роли расследующих преступление, но и в роли подозреваемых по этому преступлению. Дронго, во всяком случае, подобная роль угнетала.
Приняв душ, он вышел из ванной. В «Стакисе» им давали особенно душистое мыло с приятным запахом и необычной пенкой. Чувствуя себя гораздо лучше, он переоделся в костюм и взглянул на часы.
«Надеюсь, что Арчибальд сумеет приготовить для нас обед», — раздраженно подумал Дронго, выходя в коридор. Его поразила необычная тишина в соседних номерах. Очевидно, все трое экспертов, проживавших на его этаже, уже спустились вниз. Он прошел по коридору, затем, немного подумав, вернулся и открыл дверь на лестницу. Это был запасной выход на случай пожара. Он прислушался. Кто-то быстро поднимался по лестнице, явно задыхаясь. Удивившись, Дронго посмотрел вниз, но никого не увидел, а затем, повернувшись, снова пошел к кабине лифта.