Последний танец
Шрифт:
– Риз, я так больше не могу, – сказала я, встречаясь с его неумолимым взглядом.
– Вайолет, ты знаешь слово, – пробормотал он, испив прохладной воды, вытекающей из меня, вперемешку с моими соками. Он потряс стаканом со льдом, после чего его идеальный голый торс коснулся меня, пока он зажав в зубах лед водил им по моим соскам, спускаясь ниже к клитору. Вставив пальцы в мою онемевшую киску, я закричала от ярости, зная, что никогда не произнесу этого слова. Я знала, оргазм уже близко, ведь он встал передо мной на колени, посасывая меня, согревая своим языком.
– Мммм, лакомый кусочек.
Я никогда не произнесу этого слова.
***
Несколькими часами позже, лежа на кровати в его объятьях, я заметила, что он улыбался.
– Позволь узнать, чему ты улыбаешься? – сказала я, тоже улыбаясь, хоть и не знала, по какой причине.
– Я еще ни с одной женщиной не играл так долго, а ты, – сказал он, прижимая меня к своей груди, – Вайолет, ты вообще не должна была испытывать всего этого. – Он усмехнулся. – Я пытался заставить тебя произнести стоп-слово. – Он засмеялся, и я ударила его кулаком в грудь.
– Я уверена, что это не так, я тебе не верю, – я говорила и в это время закатывала глаза.
– Нет, я говорю серьезно. Ты настоящая извращенка, – заверил он, и уткнулся носом в мои волосы.
– А ты настоящий поддонок, – ответила я, краснея от мысли, что я могла сразу же закончить игру со льдом. Это заставило меня задать вопрос.
– Сколько кусочков, Риз? Через сколько другие останавливали тебя? – Он взглянул на меня и перестал ухмыляться. – Сколько?
– Самое большее было два.
– А сколько ты использовал на мне Риз? – спросила я, мой голос звучал немного выше обычного.
– Пять, – ответил он и засмеялся. Я сильно ударила его в грудь, пытаясь встать с кровати. Он повалил меня обратно, прижимая к себе, я же проклинала его всеми возможными словами.
– Ого, да ты ругаешься как сапожник.
– Не могу поверить, что ты это сделал, – прорычала я, Риз же покрывал поцелуями мою шею, нос, подбородок.
– А я не могу поверить, что ты мне позволила это сделать!
– Так ты же у нас главный, – оправдываясь, сказала я.
– Сегодня я точно в этом полностью убедился, – сказал он, опять начиная смеяться.
– Не смешно!
– Вайолет, главное это подчинение, – бормотал он, накрывая меня своим телом, устраиваясь у меня между ног. – Ты же продемонстрировала сегодня отличную выдержку. – Он потерся щетиной о уже болезненные соски, я же втянула воздух сквозь зубы, боль прекратилась, как только Риз коснулся их языком.
– Пожалуйста, скажи мне, что ты сотрешь это видео, – сказала я, неожиданно поняв, что у него могут быть такие же видео с другими женщинами.
– Это камера Брюса и монитор для няни, они ничего не записывает, только показывает, – хихикнул он, когда мои глаза расширились от его слов.
– Ого, какой креативный подход, – сказала я, сжимая в руках эго эрекцию.
– По мне, так просто гениально, –
– Я до сих пор не могу поверить, что ты со мной вытворял, – я говорила и ласкала его член, после чего он прижимался у меня между ног, и я забылась от ощущений, вызванных покручиванием его бедер возле моего входа. – Что заставил испытать.
Он поднял голову и посмотрел на меня с такой искренностью в глазах, ради которой хотелось жить.
– Для тебя все что угодно.
***
Я ощутила тяжесть на животе и быстро открыла глаза. Риз посадил на меня Брюса, а тот начал стучать по моей груди.
– Втавай, втавай. – Он посмотрел на отца, Риз лишь подначивал его, и я засмеялась над ними обоими. Брюс такой милый. У него пухлые ручки, и костяшки его пальцев на маленьких кулачках были едва видны. На нем была пижама, с выпирающим сзади памперсом. Его красивые серые глаза были точной копией Риза. Ресницы длинные и темные, делая его глаза сияющими. Я не могла на него насмотреться. Волосики торчали в разные стороны, а голос походил на писк.
– Втавай, втавай, – повторял он, теперь стуча кулачками по животу, заставляя меня засмеяться сильнее.
– Все, все, я встала, – сказала я, улыбнувшись, поддерживая его за попу, чтобы он не упал.
Брюс наклонился ко мне, широко открыв рот, на его губах появилась немного слюны и он смачно поцеловал меня в подбородок. Я расхохоталась от такой нежности, и посмотрела на Риза, он лежал с довольной улыбкой.
– Доброе утро, – я поприветствовала его, и Риз потянулся ко мне, целуя меня намного лучше своего сына. Я отвечала на поцелуй, в то время как Брюс продолжал прыгать по мне, прерывая наше блаженство. В следующий момент я почувствовала, как маленькие ручонки схватили мои волосы и потянул так сильно, что на глазах навернулись слезы. Я вскрикнула, немного ошарашено, Риз же тут же прервал поцелуй.
– Ох, черт, – и поспешил высвободить мои волосы из рук сына.
– Я же говорил тебе – он маленький Годзила, – проговорил он, аккуратно возвращая пряди на место.
– Ничего страшного, – ответила я, беря Брюса за руки, чтобы он не повторил этого снова. Это было больно. Я встала с постели, не выпуская из рук Брюса, и вышла из комнаты.
– Вы будете завтракать? – спросила я, спускаясь по лестнице, пока Брюс ерзал у меня на руках, махая руками отцу, идущему за мной.
– Мы позавтракали. Кстати, соня, уже полдень.
– Ну, понимаешь, я вчера сильно вымоталась, не догадываешься, кто в этом виноват?
– Завтра ты тоже проснешься уставшей, – пообещал он, когда мы спустились на первый этаж.
Я пошла на кухню, посадила своего приятеля на коврик, и достала из холодильника сок. Брюс поднялся и побежал к своей коробке с игрушками, и мигом начал все оттуда вытаскивать.
Я повернулась к Ризу, он не сводил глаз с сына.
– Думаю, пора тебе все мне рассказать. – Риз немного напрягся от моей фразы, но старался не подавать вида.