Послезавтра
Шрифт:
Лора дрожала на руках у Сэма. Минуту назад она смеялась и разговаривала сама с собой. На лбу у нее выступили крупные капли пота и струйками стекали по ее щекам. Сэму было так страшно, что он никак не мог заставить себя думать рационально, потому что его сознание все время возвращалось к одному и тому же вопросу. Он изо всех сил старался вспомнить, что нужно сделать для того, чтобы спасти человека от голодной смерти, инфекции и переохлаждения одновременно. Как помочь человеку, который серьезно болен? В том, что Лора серьезно больна, он уже не сомневался.
— Может быть, у нее грипп? — предположил Брайан. Он и Джей Ди все время
— Нет, это не грипп.
Потом к ним подошла Джудит. Бросив в огонь очередной словарь, предварительно раскрыв в нем страницы, она спросила:
— Какие у нее симптомы?
В руках она держала «Медицинский справочник», толстую, в несколько тысяч страниц мелкого шрифта книгу. Там содержались все знания человека о самом себе, необходимые для того, чтобы правильно поставить диагноз и назначить лечение.
— Она вся горит, а кожа холодная и липкая.
Джудит быстро пролистнула несколько страниц.
— Книги могут оказаться полезными не только для поддержания огня в камине, — пробормотала она.
«Пожалуй, некоторые из них, — подумал Сэм, — но не все». Он подбросил новеллу Джеймса Хилтона в огонь и наблюдал за тем, как разгоралась бумага. «Прощай, мистер Чипс», — подумал он.
— Какой у нее пульс? — спросила Джудит.
Сэм взял Лору за беспомощную, почти безжизненную руку, закрыл глаза и нашел пульс. «ТУКТУКТУКТУКТУКТУК».
— Сердце колотится очень быстро.
Джудит перевернула еще пару страниц.
— У нее есть на теле какие-нибудь раны? Порезы или царапины, в которые могла попасть инфекция?
Сэм тут же вспомнил наводнение, разбитый бампер машины, скрытый под грязной водой, на которой остался подтек крови Лоры.
— Она порезала ногу в воде. Я видел, как она потом все время ее терла.
Сэм приподнял ее брючину и ужаснулся тому, что увидел. Под кожей от раны в разные стороны протянулись страшные красные нити, а нога опухла так, что казалось, вот-вот взорвется, если к ней неловко прикоснуться. Сама рана выглядела отдельным живым злобным существом, состоящим из гноя и опухшей кожи.
— Это заражение крови, септисемия, — сказала Джудит. — Ей угрожает токсический шок.
Сэму показалось, что его сейчас вырвет.
— Что можно сделать? — спросил он, боясь услышать ответ, предлагаемый книгой.
— Ей нужна большая доза пенициллина или другого антибиотика широкого спектра. Немедленно.
Джудит замолчала. Сэм заметил, как задрожал ее подбородок и на глазах появилась влага.
— А если этого не сделать?
Ответом ему была тишина. Джудит смотрела на него с тягучей тоской. Сэм взял у нее книгу и прочитал сам: «При отсутствии лечения смерть наступит в течение нескольких часов, самое большее — дней. Современные методики лечения делают летальный исход исключительно редким».
Смерть? Она же так молода! Сэм крепко обнял ее и прижал к себе.
На долю УОАИ пришлась решающая роль в исходе битвы за жизнь нации и всего мира, поскольку именно там сосредоточилась информация с большинства спутников, из Центра изучения погоды, Центра изучения ураганов и почти всех аналитических и исследовательских учреждений США.
Том Гомес и весь центральный отдел переехал в правительственный лагерь на границе с Мексикой, а большинство центров по сбору информации не выходили на связь. Сеть изучения погоды осталась невредимой только в южных штатах,
В палатке УОАИ кипела бурная деятельность. Самой важной задачей на тот день было найти работу всем сотрудникам УОАИ, добравшимся в центральный пункт после того, как их выселили с их собственных станций. Многие метеорологи довольно рано поняли, что с климатом происходит что-то необычное, и успели отправить свои семьи на юг с первой волной миграции.
Джанет Токада быстро прошла через группу переговаривающихся ученых, стоящих возле переносных терминалов, тщетно пытающихся проанализировать поступающую информацию. Труднее всего им было получить данные со спутников. Разумеется, штормы не могли их коснуться, но плотная облачность не пропускала сигнал, что тоже могло служить причиной потери связи с земными станциями наблюдения.
Джанет нашла Тома на маленькой раскладушке, которую он умудрился поместить в закутке за своим рабочим столом и теперь называл домом. Он ни в какую не желал покидать свой штаб, чтобы не упустить важной информации.
УОАИ воспользовалось системой экстренного оповещения, чтобы держать путешественников в курсе состояния погоды. Эта информация могла оказаться для них жизненно важной. С помощью этой же системы людям давали знать о том, где и вдоль каких шоссе находятся магазины с продовольствием и заправочные станции, где можно получить медицинскую помощь и прочие, важные для беженцев детали.
Джанет потрясла Тома за плечо.
— Том, просыпайся. Мы только что получили снимки с Международной космической станции. Ты должен на это взглянуть.
Том встал с раскладушки помятый, но полностью одетый. Следом за Джанет он пошел к мониторам и впервые получил возможность увидеть, как выглядит этот ураган. Как зачарованный он смотрел на чудовищную красоту движения воздушных масс разной температуры, снятую в инфракрасном свете. На изображение урагана была наложена карта, и становилось понятно, что северной границей это климатическое образование касается Квебека и моря Святого Лоуренса, а четко читаемая южная граница зашла на Алабаму, Джорджию и Южную Каролину. Оттуда он выгибался и закрывал северную половину Техаса, объединяясь с другой климатической системой, двигающейся с севера и засыпающей снегом западную половину страны. Скорость выпадения осадков в той зоне была не меньше семи с половиной сантиметров в час, а ветер более ста шестидесяти километров в час.
— Диаметр вихря составляет восемьдесят километров, — сказала Джанет, указывая на точку возле Детройта. — Он постоянно растет. Образования над Европой и Азией еще больше этого.
— Боже всемилостивый!
Она указала на плотное тело бури:
— Вот этот доберется до Нью-Йорка меньше чем через час.
Каждую минуту все связисты использовали любую возможность, чтобы оповестить людей о надвигающейся на них опасности. Том не мог избавиться от мысли, что несчастные все равно не могли бы спастись. На Нью-Йорк шел вихрь с вертикальной воздушной циркуляцией, который обладал такой силой и скоростью, что в считанные часы был способен остудить воздушные массы Земли до температуры минус сто десять градусов. При таком холоде человеческое тело замерзает за несколько секунд. Взглянув на Джанет, он попытался сфокусировать свое внимание на одной детали, которая внезапно обрела ключевое значение.