Послезавтра
Шрифт:
Салеттл посмотрел на часы.
9.19.
Непростительно, что Шолл до сих пор не вернулся!
Либаргер начал подниматься на трибуну. Когда он взошел на нее и посмотрел в зал, овации достигли апогея, сотрясая стены и потолок. Это была прелюдия к «Ubermorgen». Начало «Послезавтра».
Реммер и Шнайдер пересекли брусчатку внутреннего двора Шарлоттенбурга. Они шли быстро, не говоря ни слова. Впереди у ворот остановился черный «мерседес», водитель которого направился к дворцу. Реммер сразу же подумал, что машину подали для Шолла, ведь он собирался уезжать. Реммер заколебался. Однако «мерседес» стоял на месте.
Если бы Реммер, Шнайдер или два других детектива в этот момент оглянулись, они увидели бы, как открылись двери дворца и в сопровождении водителя черного «мерседеса» вышел не Шолл и не кто-либо из его влиятельных гостей, а Джоанна.
Водитель открыл перед ней заднюю дверцу и сел за руль. «Мерседес» обогнул двор, выехал на Шпандауэрдамм и повернул в сторону, противоположную от «БМВ» Реммера. Через несколько секунд водитель увидел, как от автомобилей, припаркованных у тротуара, отъехал серебристый «фольксваген»-седан, развернулся и пристроился за «мерседесом». Водитель улыбнулся. Значит, за ним следят. А он всего-навсего отвозит женщину в отель. Никакого криминала.
Джоанна, плотнее запахнув пальто, смотрела в окно, стараясь не плакать. Она не понимала, что произошло: Салеттл в последний момент выставил ее, не позволив даже попрощаться с Элтоном Либаргером. Доктор вошел в комнату Либаргера тотчас же после ухода полиции.
– Ваши отношения с мистером Либаргером окончены, – резко заявил он, но тут же, изменив тон, продолжил мягко: – Так будет лучше для вас обоих, и постарайтесь не переживать. – Салеттл протянул Джоанне маленькую, красиво перевязанную коробочку. – Это вам. Но обещайте не открывать ее, пока не приедете домой.
Изумленная и растерянная, Джоанна машинально сунула подарок в сумочку и невнятно поблагодарила его. Она думала о Либаргере. Они долго были вместе, пережив много хорошего и плохого. Салеттл мог бы, по крайней мере, позволить ей проститься с Либаргером и пожелать ему удачи. Салеттл поступил грубо, даже жестоко. Но то, что он сказал потом, оказалось еще хуже.
– Я знаю, что вы собирались провести этот последний вечер с фон Хольденом, – неожиданно заявил Салеттл. – Не делайте вид, будто удивлены, что мне это известно. К сожалению, фон Хольден занят. Он выполняет поручение мистера Шолла и сразу после приема отправится с ним в Южную Америку.
– И я его не увижу? – Джоанна неожиданно почувствовала боль в сердце.
– Нет.
Джоанна ничего не понимала. Она должна была переночевать в берлинском отеле, а утром вылететь в Лос-Анджелес. Фон Хольден даже не упомянул о том, что летит с Шоллом. После церемонии в Шарлоттенбурге он собирался прийти к ней. Эту ночь они должны были провести вместе.
– Ваши вещи собраны. Машина ждет внизу. Всего хорошего, мисс Марш.
Все было кончено. Охранник проводил Джоанну вниз, к машине. Обернувшись, Джоанна увидела дворец, еле различимый в густом тумане. Казалось, все происшедшее с ней, в том числе и фон Хольден, было сном, и сон этот – как сейчас Шарлоттенбург – растаял вдали.
– Вертолет, – произнес Реммер, прижимая рацию к сломанной
Сидя рядом с пилотом, Шнайдер видел внизу противотуманные фары «БМВ»; автомобиль объехал поляну и повернул налево, к Шарлоттенбургскому дворцу. Шнайдер откинулся назад и туже затянул ремень безопасности; затем расстегнул пальто и достал обернутый носовым платком бесценный трофей, который вез в дактилоскопическую лабораторию Бад-Годесберга: стакан для воды, из которого Элтон Либаргер запивал витамины.
Глава 123
– За несколько дней до того, как отец доктора Осборна был убит, – Маквей достал из кармана растрепанный блокнот и посмотрел в него, обращаясь к Шоллу, – он изобрел скальпель. Совершенно особый скальпель, он разработан и изготовлен для конкретного заказчика, маленькой фирмы, расположенной неподалеку от Бостона. Владельцем этой компании были вы, мистер Шолл.
– Никогда в жизни не владел фирмой, выпускающей скальпели.
– Я и не утверждаю, что она выпускала скальпели. Я говорю, что для нее был изготовлен скальпель в одном-единственном экземпляре.
Когда Гёц вышел сообщить своему клиенту о визите полиции, Маквей не сомневался, что Шолл непременно оставит гостей и спустится к нему. Ему было бы любопытно увидеть человека, который только что чудом выбрался из смертельной западни и имел наглость вторгнуться в личные владения Шолла. Конечно, Шолл мог быстро потерять к нему интерес и удалиться, но Маквей решил постепенно возбуждать его любопытство. В этом вся соль: любопытство подстегивает эмоции, а Маквей нутром чуял, что Шолл эмоциональнее, чем кажется. Когда же людей обуревают чувства, им трудно отмалчиваться.
– Фирма называлась «Микротэб» и находилась в Уолтхэме, штат Массачусетс. В ту пору ее контролировала частная компания «Уэнтуорт продактс» из Онтарио, Канада. Ее владельцем был… – Маквей помедлил, разбирая собственный почерк, – мистер Джеймс Телмедж из Уинсора, Онтарио. Телмедж и совет директоров «Микротэба» – Эрл Сэмюэльз, Эван Харт и Джон Харрис, все трое из Бостона – умерли один за другим в течение полугода: люди из «Микротэба» – в тысяча девятьсот шестьдесят шестом году, Телмедж – в тысяча девятьсот шестьдесят седьмом.
– Впервые слышу о фирме «Микротэб», мистер Маквей, – сказал Шолл. – Думаю, я уделил вам достаточно времени. Я вернусь к гостям, а на ваши вопросы ответит мистер Гёц. В течение часа приедет адвокат, который займется вашим ордером.
Шолл отодвинул стул и встал; Маквей заметил, как Гёц вздохнул с облегчением.
– Телмедж и остальные, – продолжал Маквей, словно не слышал слов Шолла, – работали и на две другие ваши компании – «Алеймс стил», Питтсбург, Пенсильвания, и «Стендэд технолоджиз», Перт-Амбой, Нью-Джерси. Кстати, «Стендэд технолоджиз» была наследницей нью-йоркской компании под названием «ТЛТ интернэшнл», распавшейся в тысяча девятьсот шестьдесят седьмом году.