Посредник

Форсайт Фредерик

— Ну, а где парень? — спросил он. Один из агентов выглянул в окно.

— Шеф, мы не одни.

С обеих сторон в ложбину спускались человек пятьдесят — все в высоких сапогах и голубой форме, человек десять держали на поводках рвущихся вперед восточноевропейских овчарок. Где-то у дома на незнакомцев яростно лаял ротвейлер. Белый «ренджровер» с голубой надписью на боку протрясся по дороге и остановился ярдах в десяти от сломанной двери. Из него вылез человек средних лет в голубом мундире, на котором сверкали серебряные пуговицы и знаки отличия, и фуражке

с галуном. Ни слова не говоря, он пересек прихожую, вошел на кухню и уставился на четверых пленников.

— Теперь мы передаем их вам, — заявил Браун. — А он где-то здесь. Эти засранцы знают где.

— А вы, собственно, кто такой? — осведомился человек в голубом мундире.

— Да, конечно, — отозвался Кевин Браун и предъявил удостоверение ФБР. Англичанин внимательно прочитал его и протянул назад.

— Послушайте-ка, — проговорил Браун, — мы тут…

— Вы тут, мистер Браун, — с холодной яростью перебил его начальник полиции графства Бедфордшир, — провалили самую серьезную в графстве операцию по захвату группы торговцев наркотиками, и такая возможность, боюсь, больше не повторится. Эти трое — мелкие связные, а эnо — химик. Мы со дня на день ожидали крупную рыбу вместе с товаром. А теперь не будете ли вы любезны вернуться в Лондон?

В этот час Стив Пайл сидел в кабинете у мистера аль-Гаруна в Джидде, вызванный туда весьма неприятным звонком.

— Что именно он забрал с собой? — в четвертый раз спросил Пайл. Мистер аль-Гарун пожал плечами. Эти американцы даже хуже европейцев, вечно спешат…

— Увы, я не специалист по вычислительным машинам, — ответил он, — но дежуривший ночью охранник говорит…

Он повернулся к охраннику и застрекотал по-арабски. Тот ответил, разведя руки в стороны, чтобы показать размеры чего-то, о чем шла речь.

— Он говорит, что в тот день, когда я вернул мистеру Лангу паспорт с внесенными туда изменениями, молодой человек почти всю ночь провел за компьютером и ушел на рассвете с толстой пачкой распечаток. Утром он в обычный час явился на службу, но уже без них.

Стив Пайл в сильной тревоге вернулся в Эр-Рияд. Помогать своему правительству и своей стране, безусловно, нужно, но ведь в случае ревизии это никак не будет видно. Он попросил срочно пригласить к нему полковника Истерхауса.

Тот спокойно выслушал его и покивал головой.

— Думаете, он уже в Лондоне? — поинтересовался полковник.

— Не знаю, как ему это удалось, но где еще ему быть?

— М-м-да. Могу я немного поработать у вас на главном компьютере?

За пультом главного компьютера в Эр-Рияде полковник просидел часа четыре. Работа была несложной, поскольку коды доступа он знал. В результате все относящиеся к его деятельности записи были стерты и заменены новыми.

Найджелу Крамеру позвонили из Бедфорда в первой половине дня, еще до того, как поступило первое письменное сообщение. Набирая номер Патрика Сеймура, он успел раскалиться от ярости добела. Браун и его молодцы были еще в дороге.

— Патрик,

у нас всегда были добрые отношения, но это ведь черт знает что! Что этот дуболом о себе вообразил? Он что, забыл, где находится?

Положение Сеймура было не из легких. Он потратил три года на укрепление дружественных связей между Бюро и Ярдом, доставшихся ему в наследство от его предшественника Даррелла Миллза. Он прошел в Англии специальные курсы и организовывал поездки старших офицеров столичной полиции в Гуверовский центр, чтобы они завязали личные контакты, благодаря которым в трудную минуту можно избежать всяческой волокиты.

— А что, собственно, происходило на этой ферме? — спросил он.

Слегка поостыв, Крамер рассказал ему следующее. Примерно месяц назад в Скотленд-Ярде стало известно, что некие акулы наркобизнеса планируют провести в Англии крупную операцию. После тщательной проверки было выяснено, что базой им должна служить эта самая ферма. Группа наблюдения из его оперативного отдела днем и ночью не спускала с нее глаз, пользуясь при этом помощью бедфордской полиции. Они поджидали некоего новозеландца, героинового короля, которого пытались поймать в десятке стран, но безуспешно — он был скользкий как угорь. Они обрадовались, узнав, что он скоро должен появиться с большой партией кокаина для последующей переработки и продажи, но радость их оказалась недолгой. так как теперь он и носа туда не сунет.

— Прошу меня извинить, Патрик, но я буду вынужден просить министра внутренних дел, чтобы тот потребовал от Вашингтона отзыва Брауна и его компании.

— Раз надо, значит, надо, — отозвался Сеймур и, положив трубку, подумал: «Давай-давай».

У Крамера было еще одно дело, даже более срочное. Он должен был сделать так, чтобы о происшедшем не появилось никаких сообщений в газетах, по радио или телевидению. Этим утром он очень надеялся на добрую волю издателей и редакторов средств массовой информации.

В Вашингтоне кризисный комитет получил сообщение Сеймура во время своего первого заседания, начавшегося в 7.00 утра.

— Послушайте, но он же напал на хороший след и пошел по нему, — вступился за подчиненного Филип Келли. Дон Эдмондс бросил на него предостерегающий взгляд.

— Он должен был действовать совместно со Скотленд-Ярдом, — сказал государственный секретарь, — Не хватает только нам испортить из-за этого отношения с Лондоном. Как, черт побери, я должен отвечать сэру Гарри Марриотту, когда он попросит отозвать Брауна?

— Знаете что? — подал голос министр финансов Рид. — Почему бы не предложить ему компромисс? Браун переусердствовал, и мы выражаем по этому поводу сожаление. Но мы уверены, что Куинн с помощью англичан вскоре освободит Саймона Кормака. Когда это произойдет, понадобятся надежные люди, чтобы отвезти мальчика домой. Так пускай они позволят Брауну и его команде пробыть в Англии еще несколько дней, а потом они вернутся вместе с Саймоном. Скажем, до конца недели, а?

Джим Доналдсон одобрительно кивнул: