Посредник
Шрифт:
Разница во времени между Вашингтоном и Лондоном составляет пять часов, но, несмотря на позднюю пору, новость распространилась мгновенно. Телевизионные программы были прерваны ошеломляющим сообщением. На правительственные учреждения обрушился настоящий шквал звонков. Телефоны разрывались и в американском посольстве. Работникам редакций, готовившимся разойтись по домам, пришлось немедленно засесть за подготовку экстренного утреннего выпуска. На рассвете здания всех официальных ведомств, имевших непосредственное отношение к событию, оказались осажденными толпами журналистов. Над участком дороги между Фенни-Стратфордом и Бакингемом зависли
Многим в эту ночь было не до сна. Движимый личной просьбой министра внутренних дел, доктор Барнард трудился не покладая рук. И он, и его подопечные покинули место происшествия только с наступлением темноты. После десяти часов кропотливейшей работы новых находок быть уже не могло. Во всей Англии не сыскалось бы клочка земли более расчищенного, чем этот небольшой участок. Собранный материал, размещенный в пластмассовых банках на полках лаборатории, подлежал скрупулезному анализу под микроскопом.
Найджел Крамер провел ночь в загородном доме, построенном во времена Тюдоров. Окруженное деревьями старинное изысканное здание находилось в самой сердцевине графства Суррей. Вряд ли кто сумел бы угадать его нынешнее назначение: под вековыми каменными сводами подвалов размещалась школа подготовки агентов службы безопасности, оснащенная самыми современными техническими средствами.
Вместе с Брауном туда прибыли Сеймур и Коллинз. Крамер не возражал против их присутствия на допросе, памятуя совет министра возможно шире сотрудничать с американцами. Что бы ни рассказал Куинн, об этом должны быть осведомлены оба правительства. Магнитофон стоял наготове.
Куинн — небритый, с разбитой скулой и пластырем на затылке, в запачканной дорожной грязью легкой одежде — выглядел усталым и изможденным. Тем не менее держался он спокойно, отвечал уверенно.
Крамер начал расспросы с момента его исчезновения. Почему он бежал из квартиры в Кенсингтоне? Куинн объяснил. Браун свирепо сверкнул на него глазами.
— Чем вы руководствовались, мистер Куинн, полагая, будто неизвестные лица могут вмешаться в процедуру обмена и создать тем самым угрозу для жизни Саймона Кормака?
Вопрос явно был заготовлен заранее.
— Интуиция, — коротко сказал Куинн.
— Только ли интуиция, мистер Куинн?
— Могу я задать вопрос, мистер Крамер?
— Можете, хотя ответить не обещаю.
— Был ли вмонтирован в кейс передатчик?
Ответ он прочел на лицах присутствующих.
— Если бы я пришел с этим кейсом, мальчика бы убили.
— Они его и так убили, мерзавец! — рявкнул Браун.
— Да, убили, — помрачнел Куинн. — Я не ожидал, что они все-таки на это решатся.
Крамер вернулся к событиям после побега. Куинн рассказал о Марилебоне, о бессонной ночи в отеле, об условиях Зика, о крайнем сроке, который назначили похитители. Крамера живо интересовали обстоятельства встречи Куинна лицом к лицу с преступниками в заброшенном ангаре. Куинн описал машину, назвал ее номер — скорее всего, фальшивый, разового употребления. Отсутствием предусмотрительности преступники не страдали.
О внешности похитителей Куинн мог сказать немногое: он видел их в масках, в просторных тренировочных костюмах. Четвертый вообще не появился, неотлучно находясь при Саймоне. Достаточно было звонка сообщников, чтобы сына президента не стало. То же самое произошло бы,
Куинн детально описал пустующий ангар Бэббиджа, где он стоял под дулом автомата «скорпион». Крамер немедленно распорядился направить туда группу криминалистов. Они трудились до рассвета, но никаких улик, кроме валявшегося на полу комочка марципана, не обнаружили. Слой пыли сохранял четкий отпечаток колес. По ним — только через две недели — удалось опознать брошенный автомобиль «вольво».
Особый интерес представляло описание дома, где укрывались похитители. Что запомнилось Куинну? Дорожка от ворот к гаражу усыпана гравием. Куинн слышал характерный шорох под колесами. Двери гаража открываются автоматически. В доме — бетонный подвал. Агенты по торговле недвижимостью могли бы помочь в поисках. Но вот в каком направлении от Лондона искать — загадка. Находясь внутри багажника или под плотным одеялом на полу автомобиля, маршрут определить трудно. Первый рейс занял полтора часа, второй — чуть больше двух. Но это мало что значило: преступники могли, к примеру, просто-напросто кружить по улицам Лондона.
— Мы не в состоянии предъявить Куинну каких-либо обвинений, господин министр, — доложил Крамер наутро. — Не можем и задерживать его дольше. Говоря откровенно, оснований для этого ни малейших. Я убежден, что к трагедии Куинн не причастен.
— Похоже, он сумел вывернуться? — заметил сэр Гарри Марриотт. С Даунинг-стрит настойчиво запрашивали новую информацию о деле.
— Выходит, так, — подтвердил Крамер. — Ведь если бандиты намеревались покончить с жертвой (а это, по-видимому, входило в их планы), что им мешало сделать это раньше? Когда угодно и где угодно — ничем не рискуя. Да заодно и прикончить Куинна. Непонятно, почему они оставили его живым. Еще непонятнее, зачем им понадобилось выпустить Саймона на волю. Чтобы тут же убить? Разве что им хотелось вызвать к себе всеобщую ненависть, стать в глазах общественного мнения гнусными негодяями… Тогда цели своей они добились.
— Ну что же! — вздохнул министр. — Мистер Куинн нас больше не занимает. А что американцы? Все еще дер жат его под замком?
— Правильнее считать, что он находится у них по доброй воле, в качестве гостя, — осторожно уточнил Крамер.
— Если хотят, могут отправить его домой, в Испанию, — бросил в заключение министр.
Тем временем в гостиной старинного особняка в Суррее Саманта Сомервилл имела нелицеприятный разговор с Кевином Брауном.
— На кой черт он вам нужен! — кипятился Браун. — Он полный банкрот! Пустое место! Никаких дел с ним больше нет и быть не может.
— Послушайте! — настаивала Саманта. — За три недели я достаточно его узнала. Если он что-то скрывает, я попробую из него это вытянуть.
Браун, казалось, начал колебаться.
— Вреда, во всяком случае, не будет, — заметил Сеймур.
Браун наконец уступил.
— Ну, хорошо. Куинн внизу. В вашем распоряжении полчаса.
В тот же день Саманта Сомервилл вылетела ближайшим рейсом из аэропорта Хитроу в Вашингтон.
Доктор Барнард сидел за рабочим столом. Бессонная ночь над микроскопом прошла не зря. На листе плотной бумаги перед ним лежали мелкие разнородные осколки. Постороннему они могли показаться горсткой простого мусора. Вглядываясь в них, доктор Барнард не верил своим глазам.