Поступь битвы
Шрифт:
— Но это же не выход.
— Конечно. Думаешь, я сама не знаю, куда приходят в итоге выбравшие эту дверь? Но… — Новая пауза. — Те средства, что прописывали мне врачи, действовали мягче. Стабильнее, но слабее. Они плохо помогали от… памяти. А если я пыталась увеличить дозу… — Мучительно сглотнув, Мич всё-таки закончила: — Большие дозы превращали меня в идиотку. О да, воспоминания отдалялись! Так отдалялись, что я с трудом вспоминала, что такое — читать, писать, считать…
— И вы предпочли кустарный сайгр.
— Да. Осуждаешь?
— Нет, — сказал Зилен мягко. —
Мич резко отвернулась, и он запнулся.
— Итак, вам нужна помощь. Нужна отчаянно. Что ж, я знаю, кому вы хотели бы передать этот сигнал бедствия, пользуясь мной как посредником. Я передам.
Наградой был тихий вздох облегчения.
— И ещё я хочу спросить… Мич, когда у тебя наступит силпан?
От облегчения — к потрясению.
— Что? Нет!
— Да. А если тебе стыдно, то знай: стыдно должно быть не тебе, а тем, кто не пытался ничего сделать. Тем, кто бросил тебя в битве.
Хмурая озадаченность.
— Какой ещё битве? О чём ты?
— О твоих мухьярра. О демонах, грызущих изнутри, о тех, кому замкнутость даёт силы. Разбей этот круг, Мич! Я помогу тебе, если ты позволишь.
— А если не позволю?
Зилен пожал плечами и хмыкнул многозначительно.
— Нет, так нет. Всё равно помогу.
— Вы забываетесь, капитан!
— Ничуть. Так когда у тебя силпан? — Помедлив и не дождавшись ответа, Зилен добавил: — Я ведь всё равно узнаю…
Сойдя с тренажёра, генерал быстрым шагом покинула закуток.
Дымное зарево над опалённой равниной. Низкое бурное небо. Полный плохо скрытой угрозы, пейзаж подавляет, как всё тёмное, недружелюбное и чужое.
Две фигуры в активной броне почти теряются на грандиозном фоне. Одна из фигур неподвижно стоит на склоне одинокого вулкана, другая — также без движения — невысоко парит рядом, лишённая видимой опоры.
— Я уже говорила кое-что об использовании внешних источников силы и знания. Пришла пора сделать необходимое уточнение. Ранг определяется по собственным и только собственным способностям Владеющего. Вот ты надела активную броню. Благодаря ей ты можешь передвигаться быстрее и видеть дальше. Более того: броня даёт тебе возможность летать, которой ты в естественном состоянии не обладала вообще, и видеть в таких спектральных зонах, в которых твои глаза были полностью слепы.
— Ну да. И что с того?
— А то, что броня — инструмент. Есть и инструменты попроще: палка, верёвка, нож, колесо. У Владеющих есть аналоги таких инструментов, с одной лишь существенной поправкой. Пси-инструменты — пины для краткости — создаются из эфемерного сплава воли с воображением. Они существуют ровно столько, сколько хочет Владеющий, и помогают делать то, что без них либо очень трудно, либо вообще невозможно.
Сделав паузу, Сарина добавила:
— В древности пины называли заклинаниями.
— А!
— Помнишь, я говорила тебе, что степень Владеющего определяется по тому, насколько он искусен? Так вот, точнее было бы сказать, что степень зависит от количества и
— А у тебя какая степень?
— Если бы я больше занималась собой, уже была бы шестая.
— Думаешь, мне это о чём-то говорит?
— Сейчас я, разговаривая с тобой, поддерживаю четыре активных пина. Один забирает и преобразует в более удобную форму часть энергозапаса брони. Другой пин, состыкованный с первым, левитирует меня, третий, также состыкованный с первым, отвечает за стабильность и подпитку вот этого огонька. — Сарина для наглядности заставила вспыхнуть ярче огненный шарик. — Четвёртый пин слабо соотносится с остальными и отвечает за расширенное восприятие. Управление четырьмя простыми пинами, из которых часть носит энергетический, а часть — информационный характер, при моём ранге говорит о пятой степени Владения пси. То, что при этом от меня не требуется полного сосредоточения и я без особых усилий могу вести с тобой беседу, означает, что мне пора начинать штурм шестой степени.
— Ясно… А если ты полностью сосредоточишься на одном-единственном пине, — спросила Миреска, — что тогда?
— Один — это нецелесообразно. Нужны как минимум два: пин действия, с помощью которого достигается желаемый результат, и пин подпитки, снабжающий Владеющего энергией.
— Пусть будут два. Мне интересно, чего ты можешь добиться на пределе сил?
Светящийся шарик погас. Сарина опустилась на каменный склон, отменяя левитацию.
— Мне и самой интересно, — призналась она. — Что ж, сейчас проверим…
Некоторое время не происходило ничего. Сарина молчала — видимо, готовилась. Сообразив кое-что, Миреска снова подключилась к информационной оболочке её брони и обнаружила, что доля утекающей неведомо куда энергии возросла. Собственно говоря, оказалось, что Сарина «доит» не только свою собственную броню, но и броню Мирески. И темпы утечки таковы, что Миреске стало попросту страшно. В накопителях словно каскадный разряд начался.
— Эй, — робко позвала она. — Что ты задумала?
Вместо ответа Сарина резко вскинула руки. Каменистый склон ответил ей призрачной сине-зелёной вспышкой. Почти тотчас же земля под ногами задрожала — с каждым мгновением всё сильнее и сильнее.
По позвоночнику Мирески прокатилась ледяная волна предчувствия: знак близкой и притом смертельной опасности.
— Сарина! — завопила она.
Ни ответа, ни движения, ни знака. Полное сосредоточение.
«Не слышит!»
Схватив подругу в охапку одной рукой и врубив гравитационный привод на всю катушку, Миреска потащила её вниз и прочь огромными прыжками, ускоряя движение при помощи реактивных выплесков плазмы из пушки той руки, что оставалась свободной. Но неведомая опасность надвигалась быстрее, чем Миреска могла бежать. Тогда она остановилась, обхватила неподвижное, словно одеревеневшее тело Сарины ногами и включила обе плазменные пушки, отрывая от земли себя и заодно — свой неудобный груз.