Потерянная

Генер Марго

Служанка с недоверием посмотрела на меня, уши виновато прижались, бедняжку сейчас разорвет от противоречивых эмоций.

– Это адуляр, камень для световой подпитки, – проговорила она осторожно.

Я сделала умное лицо. Понимаю, кожа у меня и не сияет, и до высокородности, как до Забытой горы на козе, но чую – я умная. Во всяком случае, была.

– Да-да,

точно. Адуляр, – кивнула я и улыбнулась, вроде как шучу.

Служанка странно посмотрела. Я мысленно обругала себя за неосторожность. Белокожая быстро разнесет по всему Эолуму, что хозяин привел в дом чокнутую серую эльфийку, которая не знает, как обращаться с, подумать только, адуляром.

Я потянулась всем телом, почувствовала, как удлинился позвоночник, талия утончилась – можно ладонями обхватить, мышцы сзади приятно растянулись. Бросила быстрый взгляд на Рэниаль – та смотрит, не шевелясь, глупо хлопает ресницами. Наверное, высокородным не положено потягиваться в присутствии слуг.

Пришлось резко хрустнуть корпусом и вернуться в прежнее положение.

– Где можно искупаться? – спросила я невозмутимо. – А то похожа на облезлую кошку после драки.

Служанка всплеснула руками, каблучки простучали по полу и остановились у незаметной двери.

– Вот здесь, – шепнула она и указала на ручку. – Тут серая госпожа найдет все, что нужно.

Обращение «серая госпожа» мне понравилось, я приосанилась, даже подбородок вскинула. Служанка это заметила и почему-то присела в поклоне. Секунду я смотрела на нее, не зная, как реагировать. Затем пожала плечами, оставив ее наедине с придворным этикетом.

Я прошлась по комнате, провела рукой по прозрачному балдахину, кожа отозвалась приятным щекотанием. От ткани струится тончайший цитрусовый запах, будто кто-то специально ходил и отмерял – сколько капель нужно на каждый отрезок, чтобы создать правильный баланс.

Рэниаль осторожно покашляла за спиной.

– Миледи, вам еще что-нибудь нужно? – спросила она робко.

Я покосилась на нее через плечо, в который раз изумляясь покладистости. Где-то глубоко

внутри даже появилась жалость к эльфийке, которой приходится плевать на собственные желания и бросаться выполнять любой приказ хозяина.

– Нет, – ответила я и взмахнула рукой. – Ты свободна, как ветер в поле.

Служанка присела в глубоком поклоне и попятилась к выходу. У самой двери, спохватившись, подняла голову – в глазах неуверенность и сомнение.

– Миледи?

– Да.

Она вцепилась пальцами в передник юбки и проговорила тихо:

– Миледи, позвольте узнать, как к вам обращаться?

– Гм, – промычала я.

Я глянула в окно, за прозрачными шторами колышутся ветки с фруктами, наверное, вкусные. Солнечные эльфы не стали бы выращивать в Эолуме всякую гадость. Хотя, Лисгард с удовольствием жевал мерзкие ягодки.

Несколько секунд пыталась вспомнить, не говорил ли высокородный что-нибудь об именах и прозвищах. Потом поняла, этот вопрос мы вообще выпустили из виду и теперь придется выпутываться самой, да так, чтобы не попасться на неточностях.

Я предложила:

– Называй меня «миледи».

Служанка охнула, прикрыла рот ладонью. Я скривилась, представляя, что она вообразила. Господин привез таинственную незнакомку необычной внешности, поселил в отдельные покои подальше от всех.

Рэниаль сцепила ладони за спиной и чуть подалась вперед.

– О! Серая госпожа предпочитает, оставаться неузнанной, – проговорила она быстрым шепотом. – Я сохраню вашу тайну! От меня никто ничего не узнает.

Она снова присела, заплетенная макушка уставилась в потолок. Белые уши прижались в знак почтения. Затем служанка поспешно развернулась и выскользнула за дверь. Замок тихо щелкнул.

Я ухмыльнулась – да уж конечно, не узнает. Наверняка уже бежишь в кухни, чтобы рассказать подругам, что хозяин приютил серую. А те, расскажут своим знакомым, и так по цепочке. В итоге окажется, что у Лисгарда есть тайный ребенок, которого прячут в дремучих лесах.

Конец ознакомительного фрагмента.