Потерянная
Шрифт:
Последней была теория артефакторики, там же встретился и с девчонками. Обе смурные, и если Альёна действительно злилась, то Еллина всего лишь подражала. Выходило бы забавно, если бы не было так удручающе. Поговорить толком не сумели, пришла преподавательница, с ходу начала лекцию про связки и узлы в артефакторике, и камни, лучше всего подходящие к изделиям. Нам объяснили, какие материалы лучше взаимодействовали друг с другом, а чье соседство, напротив, снижало потенциал вещицы.
Было интересно. Пусть я вряд ли смог бы хоть что-то изготовить, но разбираться в этом должны все. Как правильно
– Представьте, что вам срочно понадобился артефакт с несколькими функциями. Обращаетесь к мастеру, а получаете красивую и безумно дорогую вещь с бриллиантом, гранатом и изумрудом. Богато? Да! Но малоэффективно, потому что именно эти самые дорогие камни не удержат плетения и, соответственно, не выполнят заложенную в них функцию. И хорошо, если такое изделие хоть один раз послужит, а не разрядится уже через полчаса после покупки.
– Но мы же маги, сможем сами зарядить, – подала голос одна из девушек.
– Можете, конечно. Но надолго ли вас хватит? Да и не всегда ваша сила может послужить правильно. Разве не слышали о противоположностях? Сила может оказаться противоположна той, какой мастер зарядил артефакт, и тогда, сами понимаете, что случится, – пояснила учитель.
Теперь понятно, для чего тем, кто не имел отношения к артефакторике, понадобилась теория. Лично я о подобном знать не знал. Сложись такая ситуация, попал бы впросак. И ведь предъявить артефактору было бы нечего. Если при покупке заказ работал, какие проблемы? Вот поэтому знания необходимы даже тем, у кого не имелось склонности к артефакторике.
– Сейчас вы достанете из коробки несколько вещиц и попытаетесь сами понять, что подходит для амулета, а какие детали лишние, – предложила преподаватель.
У меня оказались три камня, пара деревянных дощечек, одна пластинка, детская игрушка волчок, кусок ткани и обломок какой-то детали. Перебирая каждую, я никак не мог понять, что у них общего. На первый взгляд лишним являлся обломок, но интуиция подсказывала, что он как раз был нужен. После нескольких попыток применить силу, как посоветовала магистр, выяснилось, что ненужной оказалась пластина. Все остальное немыслимым образом соединилось, образовав подобие артефакта для бытового использования. Сам я не мог его сотворить, учитель подсказала. Так родился мой первый и, чувствую, единственный артефакт.
Занятие вышло интересным и познавательным. Мы с иномирянкой шумно обсуждали происходящее, а вот Еллина походила на ледяную статую. У нее ничего не получилось, девушка даже притворяться не стала, что ей интересно. В Елли совершенно не оказалось способностей к данному предмету. А по пути в особняк Альёна поведала:
– Вы в курсе, что традицию принятия в студенты так и не отменили?
– Просто в ней будут принимать участие те, кто согласен на идиотские задания, – вставила свое мнение Еллина.
– Ну и фиг с ними, – отмахнулась Альёна. – Пусть проводят. А мы учиться будем.
Больше мы к этой теме не возвращались. Да и некогда стало. В комнате нас ждал Санья, который желал скорее приступить к занятиям. Знакомство с иномирянкой прошло быстро, паренек изнывал от нетерпения, потому особо не зацикливался. Объясняя ему материал, мы и сами подробнее
Еллина Лорта
– Как странно, уже три месяца учимся, а ничего пока не происходит, – вздохнула Альёна во время небольшого перерыва.
Вечером мы как раз разбирали магические плетения и узлы, попутно Альёна пыхтела над артефактом. Санья опередил нас с вопросом:
– А что должно происходить? Тебе разве учебы мало? Вон только переночевать и приползаете. Энто ж надо так студентов гонять, – паренёк покачал головой, снова утыкаясь в книгу.
За это время он успел освоить несколько заклинаний. И не забывал прокачивать свой резерв, чтобы увеличить. По мере возможности мы с Ричем занимались с бесценным мальчишкой. А он помогал по мере сил и возможностей нам. Вот, например, на прошлой неделе сбегал в город и приобрел для меня теплые вещи. Сама я тоже постепенно осваивала науку жизни, начиная понимать, что за все надо платить. Одежда, еда и канцелярия не брались из воздуха по одному желанию. Попутно мне помогали осваивать этикет, а Альёна вместе с Саньей изучали магию.
Помощник иногда расстраивался, потому что помимо стихии воздуха у него пока никаких талантов не обнаружилось. Рич подбадривал, уверяя, что еще не время, ведь мы охватили не все области, а только самые основные, да и занимались, можно сказать, поверхностно. Малыш кивнул, но складка все чаще прорезала его лоб. Я же смотрела на парня магическим взглядом и прекрасно видела большой потенциал, правда, в какой области, никак не получалось определить. Говорить пока ничего не стала, чтобы не давать ложную надежду. Вот когда поймем, к чему у него имелась склонность, тогда можно будет и поговорить.
Каждый учился чему-то новому. Поэтому слова землянки весьма удивили парней. Я же вопросительно посмотрела на нее, предлагая пояснить. Она снова вздохнула, мечтательно закатив глаза:
– Понимаете, в наших книгах обязательно был какой-нибудь крутышка, который сразу бы обратил на меня внимание, спорил бы и ругался. Вредные девицы, осаждающие его, устраивали бы каверзы, потом нам бы пришлось вместе распутывать клубок интриг, а то и вовсе преступление. А в конце любовь… – и такой стон издала, что я непроизвольно запустила сканирующее заклинание, вдруг ей плохо стало. Но нет, все было нормально.
– Н-да, странные у вас книжки. Кто ж студентов допустит до расследования. Как ты там сказала, крутышка? Он тоже имеется, да не один, а целых два – Айвек и Санир, дружок его закадычный. После памятного разговора староста все же получил нагоняй от друга, но сути это не меняет. И вы вроде спорили несколько раз, особенно когда ты старосту маленько подожгла. Девиц тоже полно. Только не понимаю, зачем тебе каверзы? Хочешь на кого-то произвести впечатление? Порази интеллектом. Поверь, это намного лучше глупых ссор. Что касается преступления, то в Академии это невозможно, здесь повсюду стоят артефакты, реагирующие на негативные помыслы, – содержательно поведал Рич. Его слова вызвали ещё один стон у неугомонной землянки.