Потерянное одиночество

Пушкарева Любовь Михайловна

Мы с Седриком опять переглянулись, «расцепление» было до странности интимным процессом и нам не хотелось его делать под изучающими взглядами.

– Отвернитесь что ли… - озвучил Седрик наши мысли.

Старшие удивились, но послушались, став к нам вполоборота, даже Саббиа. Мы втянули в себя наши силы и расцепили объятия.

– Ну иди, ко мне, девочка, не бойся, пусть немного, но белого у меня есть, а то этот обалдуй нашпиговал тебя зеленым по самую маковку, - добродушно бурчал Форесталь.

Я

несмело вложила свою руку в его, вторая израненая рука болела, и я старалась поменьше ею шевелить. Дедушка обнял меня за талию свободной рукой и мягко притянул к себе, предлагая силу в поцелуе. Я осторожно и несмело принялась пить небольшими глотками. Страшно хотелось впиться и тянуть по полной, но во-первых, это не вежливо, а во-вторых, несмотря на клятву не делать зла, при такой моей несдержанности он мог рассмотреть то, что я обычно скрываю, ведь Форесталь даже мысли не допустил что зеленая сила моя, так пусть и остается в этом неведении.

Его сила была очень вкусной и напоминала весеннюю воду, что пробуждает землю ото сна. После нескольких порций, получив маленький глоток, но видя в нем еще достаточно белой силы я вопросительно глянула на него.

– Ты как кошечка, - улыбаясь, сказал он и потрепал меня по попе, я малость ошалела от такой фамильярности.

– Ауэ, - он обернулся к бывшей владелице заливных лугов, на вид тонкой семнадцатилетней девушке с длинными пшеничными волосами.

Она скорчила ему в ответ гримасу, мол и без тебя все знаю.

– Клянусь Светом и Тенью что не замышляю зла, а желаю вернуть долг благодарности, - мягко сказала она, и протянула мне ладошку.

Тем временем золотоволосый и худой Отамнел такой же, как Седрик черно-зеленый, хотя справедливости ради надо сказать зелено-черный, предложил помощь моему соратнику, произнеся клятву, что не замышляет зла и тоже предложил ладонь. Ну да, целоваться двум мужчинам как-то не пристало.

Я так же аккуратно пила от Ауэ, она морщила нос и чуть стучала ножкой, я не выдержала

– Что?

– Щекотно! Пей нормально! Точно, как кошка! – звонким голосочком отозвалась она.

Я постаралась пить нормально, но все так же не раскрываться. Форесталь с интересом наблюдал за нами,

– Эх, шалавы наши побоялись и вообще удрали из города… - обронил он, имея в виду, что хорошо бы мне было подкормиться от Пасьон или Эдалтери.

– Как удрали? – зло спросил Седрик. Все в удивлении глянули на него.

– Серхио в плену у вампов, его надо будет реанимировать, - объяснил он.

– Придется без них, - ответил Форесталь и посмотрел на меня, пытаясь оценить, насколько я восстановилась.

– Если он еще жив, - тяжелым камнем упали в тишине слова Саббиа.

Седрик уже вполне оклемался, ведь ему надо было

лишь затянуть раны, а крови и силы он потерял не в пример меньше чем я. Поэтому пока я сидела на стуле, латая себя, он убежал договариваться с волками. Рядышком сидела Ауэ – она отдала все, что у нее было, и теперь конвертировала зеленую силу в белую, восстанавливая баланс. Форесталь нарезал круги вокруг нас, а Саббиа и Отамнел о чем-то тихо переговаривались.

– Ну хорошо, давай еще, - вдруг произнес дедушка. Я не понимающе посмотрела на него. – Ну у меня еще осталось, могу поделиться, вдруг действительно этот красный слабачок жив еще…Ну?

Мда… Ну не отказываться же.

На этот раз сила хлынула под напором, как в реке переполненной талой водой, я только и успевала, что торопливо глотать. Так было недолго, и когда сила схлынула, я ощутила, что крепкие руки азартно мнут мне место пониже спины.

– Форесталь…, - только и смогла я вымолвить с упреком.

– Старый охальник, - авторитетно заявила Ауэ.

– Уж и подержаться то нельзя, - с наигранной обидой пробурчал он, но руки убрал. Я побыстрее примостилась на стул подальше от разбитного дедушки. Вот только его интереса мне и не хватало, еле Седрика пережила.

– Ну-с, расскажите нам, как все было, - пристал ко мне Саббиа. Я растеряно оглянулась, ища поддержки, но натыкалась лишь на любопытные взгляды. Пришлось беспомощно покачать головой и спрятать лицо в руках.

– Ну полно те, Саббиа – заступился за меня как ни странно Отамнел, его голос как всегда был тих и вкрадчив, - Не стоит девочке сейчас все это вспоминать, она ж белая…

– Да, - поддержала Ауэ.

Тут в комнату ворвался разъяренный Седрик.

– Псы! Шавки шелудивые!!!

– Да бросьте, - тут же отозвался Форесталь, - неужто вы думали, что волки нарушат глобальное перемирие? Ведь вампы так и не убили никого из них, вырубили, даже покалечили, но не убили.

– Не убили!? А Хелен!?

– Седрик, - подключился Отамнел, - даже мы знаем, что Хелен попала в лапы Руфусу, а тот как ни крути не вамп, а divinitas.

– Но Руфус раб!!! Он же пытает ее по приказу вампов!

– Ты так уверен в этом? – саркастичный голос Саббиа.

– Я не думаю что он такой самоубийца… - тихо с угрозой сказал Седрик.

– Да? А вот мы когда подъехали к зданию долго «слушали» и ничего не могли понять. Мы все, Седрик, все! Не ожидали увидеть тебя живым и… свободным, – холодно проинформировал Саббиа.

– Ну уж не обессудьте, что разочаровал вас, - шипя от злости ответил Седрик.

– Мужчины, не затевайте дурных ссор, - раздраженно сказала Ауэ. Ее слова возымели действие, по крайней мере, вскипевший Седрик успокоился.