Потерянное одиночество
Шрифт:
Митх удивился, увидев пыльного Лилию, но ничего не сказал, мой новый водитель нравился мне все больше и больше. Флерс устроился, положив голову мне на колени. Я давно заметила, что Лилии и Фиалочке очень важно прикасаться ко мне, что им это нравится и доставляет радость, одно время меня это напрягало, но потом я привыкла и стала воспринимать их прикосновения и объятия как само собой разумеющееся. Вот и сейчас я легко перебирала белоснежные волосы флерса, и он разве что не урчал от удовольствия. Присмотревшись, я заметила шевеление крыльев под курткой, он продуцировал
– Ты генерируешь? – тихо спросила я.
– Угум…
– Но ведь я ничего не давала…
– Мне просто очень хорошо рядом с вами…- и он потянулся к моей руке, чтоб поделиться в поцелуе.
А я опять не знала куда деться, борясь со страхом и нежностью. Ну как, спрашивается, как можно быть такими… добрыми и беззащитными?
Домой мы добрались поздно вечером, и меня уже ждал мой источник – Берт, внук Герба, все же нашел меня и согласился на мои условия, хоть, как и все поначалу, хотел большего, чем встречи раз в неделю. Заведя Лилию в квартиру, я умчалась на свидание. Вернулась я на следующий день уже под вечер, несмотря на юный возраст, Берт был умным и приятным собеседником, и с ним не хотелось расставаться.
Лилия встретил меня какой-то напряженный.
– Ну что еще? – спросила я, зная что флерс опять выдаст что-то безрадостное.
– Я б хотел поговорить с вами. Вы спешите?
– Нет. Сегодняшняя ночь у меня свободна. – Мои мужчины недолго выдерживали график: раз в неделю – они влюблялись в других, даже женились, но… никто не мог до конца отказаться от наших ночей, просто они становились реже.
Я прошла в гостиную и устроилась в кресле, давая понять, что слушаю. Лилия еще немного помялся и наконец заговорил.
– Это по поводу волков и вампов… Я узнал совершенно точно, что они держат минимум двух флерсов, а может быть и четырех, – и он замолчал глядя в пол.
Мда… Я благополучно изгнала из головы эпизод с волчицами, дабы не усложнять себе жизнь, а вот… игнорировать то, что рассказал Лилия, я не смогу. Закрыть глаза на намеки – это да, но не на такое вот заявление.
– Откуда ты узнал и как давно знаешь об этом? – почти на автомате спросила я.
Флерс замялся с ответом, но я не обратила на это внимание, ответить ему все равно пришлось, метка есть метка.
– Я почуял своих брата и сестру… А от сэра Руфуса слышал еще о двоих. И знаю об этом год… - еле слышно ответил он.
– Год? – я не понимала, - А почему ты раньше об этом никому ничего не сказал? Ты ж знаешь о Конвенции.
– Некому было.
Трень!
– Лилия!!! Не ври мне!
– Никто б не стал связываться с вампами из-за двух-трех испорченных флерсов, - горько сказал он. – Только вы б смогли…
– Почему ж ты сразу не рассказал мне об этом? – я все еще ничего не понимала.
– Потому что вы нас не любите…, не любили. Потому что вы были чуть слабее, чем сейчас, в вас было меньше белизны и больше красного.
Меня как ударило что-то, флерсы не называют цвета, говоря о силе, они ее чуют как запах.
– Ты видишь
Паника явственно отразилась на его лице, но метка принуждала его ответить.
– Да.
Я молча схватилась за голову – флерс видящий силу, обладающий vis-зрением. Нонсенс…
– Сколько тебе лет?
Опять он борется с меткой, но проигрывает.
– Почти шестьсот.
– Шестьсот? – я не верила своим ушам. Мне меньше двухсот.
– Да, я из перворожденных Белыми Матерями, нас было всего двенадцать. Все остальные – наши дети.
Во мне нарастал гнев, нет, ярость.
– Сними щиты!!! Сними щиты, гаденыш!!!
Я обострила vis-зрение. Так и есть… Мастерски затененные центры и артерии были чуть ли не вполовину больше, чем казались, а рацио-центр, кажущийся маленьким, если смотреть прямо в лицо, был весьма велик и тоже искусно маскировался.
Меня использовали. С самого начала. Меня использовал флерс. Старый, умный флерс.
Ярость, душившая меня, искала выход, и я выплеснула ее в ударе. Но даже в таком состоянии я не направила этот убийственный удар чернотой в флерса, он попал в стену, обои на которой тут же потускнели, будто выгорели.
– Беременность Фиалочки! Отказ кормить хозяев, да? Руфус снимает метку, и ты убегаешь, находишь меня! Втираешься в доверие! Я забираю Фиалочку и помогаю ей родить! Это лишь начало плана! Теперь я должна спасти твоих родственников! Знаешь что? Если б ты все выложил с самого начала, я бы помогла тебе, несмотря на то, что не люблю флерсов, но теперь…
– Госпожа!
– полный отчаяния крик.
– Я тебе не госпожа! – в бешенстве прокричала я и каким-то чудом одной мыслью выдернула шнур метки принадлежности.
– Нет… - флерс упал на колени, - нет…
– Предатель! Хитрожопый гаденыш! Видеть тебя не желаю. Никогда! Завтра на рассвете Митх отвезет тебя к Фиалочке, если у тебя есть хоть капля чести, ты вернешься к ней. А теперь сгинь с глаз моих долой!!!
Флерс пытался что-то сказать, но я схватила его и волоком оттащила в комнату, захлопнув дверь.
Ненавижу!!! Ненавижу, когда мной манипулируют. Да это и мало кому удавалось. А тут флерс. Флерс!!! Я саданула кулаком по стене, не почувствовав боли.
Все! Все с самого начала было ложью. Тот, у кого есть vis-зрение легко управляет силой, потому что действует не вслепую, и может видеть результат. Даже помощь флерсов с vis-центрами – все было рассчитано. Играл меня как пешку, выводя в королевы. Ненавижу!
Я выскочила из дома и побежала в парк, вечер только начался, и там было полно народу, меня это бесило, и я постаралась забиться на самые дальние аллейки. Побегав и посидев в относительной тишине, я все же смогла кое как успокоиться и поздравила себя с тем, что сдержалась и не причинила мелкому засранцу серьезного вреда. Если б я его покалечила, это был бы грех, потому что хоть и с корыстной целью, но Лилия помог мне и, по сути, зла не причинил. Уедет завтра пораньше с глаз долой, гаденыш, а я, успокоившись, подумаю, что смогу сделать для тех несчастных флерсов.