Потерянное
Шрифт:
– Ай!
– вскрикнул Майли, потирая руками бок.
– Молча терпи!
– прервал его Цинь.
– Я предупреждал, что будет больно, если отведешь взгляд, - строго произнес наставник.
– Продолжаем!
– камешки полетели снова.
Майли старался. Но от новых синяков его это не спасало. Цинь строго относился к тренировке, иногда прерывая её на несколько минут для передышки. И хоть было тяжело, моментами больно, парень не сдавался и радовался. В его глазах горело желание продолжать.
– Пока достаточно, отдыхай, - Цинь закрыл поясную сумку.
–
– Это хорошо, - Цинь подошёл к нему и дал флягу с водой.
– Много не пей, сделай пару глотков. И не сиди, лучше просто походи, восстанавливая дыхание.
– Спасибо, - встав на ноги, мальчишка начал бродить по полянке.
– Там, - Цинь указал рукой на восток, - есть мелкий ручей, - порывшись в небольшом походном рюкзаке, достал тряпку и кинул Майли.
– Сходи и смой с себя пот.
После они приступили к теории. Ребёнок слушал внимательно, часто задавая вопросы. Цинь особо не углублялся в теорию, но про человеческое тело и его слабости рассказывал подробно: куда бить, чтобы обездвижить, вырубить и быстро убить. Пока Майли пересказывал всё изученное, Цинь занялся приготовлением пищи.
– Держи, ешь!
– наставник протянул деревянную миску.
Майли смотрел на содержимое. Вид густой субстанции был не очень. Но он все же решился попробовать.
– ЦиньЛи, что это?
– вкус был странный и ему не понравился.
– Это солдатская каша, - рассмеялся Цинь.
– На вкус, как и вид не очень, зато очень полезна и питательна. Терпи и ешь молча.
Майли, заставив себя, стал поглощать густую субстанцию. После четвертой ложки, он почувствовал желание есть, и с каждой новой ложкой, желание только усиливалось. И вот каша ему уже не кажется противной. Это было действительно странно. Не заметив для себя, миска вскоре опустела.
– Есть ещё?
– вопросительный взгляд уставился на Циня.
– Ты первый из моих знакомых, попробовавших кашу, попросил ещё. Удивительно!
– Цинь подвинул котелок ближе к мальчишке, - Понравилась?
– Сначала нет, потом появилось желание есть, хотя вкус не изменился. Странные ощущения, не могу объяснить. Как будто и не я ел, - Майли накладывал добавки.
– Это усталость и голод. Твоё тело требует пищу для восстановления сил.
– Это не то, - Майли не мог подобрать слов, чтобы описать ощущения.
– Странное чувство.
– Ты ещё ребёнок. Тело растёт, меняется, так что не забивай себе голову. В будущем не то ещё будет. Давай, ешь.
– Цинь поднял длинную палку и принялся срезать сучки и ветки.
Во время спарринга Майли уклонялся от медленных атак, стараясь ответить быстрой. Наставник показывал, как правильно двигаться, в какой ситуации лучше атаковать. Мальчишка, не щадя сил, пытался выжать из себя максимум. Он хотел хотя бы один раз задеть соперника. Но реальность жестока, чуда не произошло.
3.
День пролетел незаметно, Майли был счастлив. Для него
– Мама, я дома.
Лила, услышав голос, направилась к сыну. Не увидев его в коридоре, она зашла в его комнату. Майли уже лежал на кровати и тихо посапывал. Мать подошла к кровати, аккуратно сняла с него одежду, укрыла и нежно поцеловала:
– Приятных снов, солнышко.
– прошептала она и покинула комнату.
Сидя в гостиной в мягком кресле, Чжань что-то записывал в свой дневник. Сзади послышался шорох.
– Закончили?
– спросил он, не оборачиваясь.
– Да. У мальчика есть ум, талант и упорство, - Цинь налил себе настойки и уселся в свободное кресло.
– Таким ребятам в военной академии всегда рады. Даже, если имеются проблемы со здоровьем, голова ценится больше всего. И к тренировке он отнесся серьезно, много не разговаривал, только вопросы задавал и старательно выполнял все мои требования.
– Он всегда так, - в гостиную зашла Лила.
– Ему нравится учиться, как бы сложно не было. Главное, не заставлять.
– Мисс Лила, а какие планы у него на будущее?
– Цинь расслабился в кресле, вдыхая аромат напитка.
– Пока хочет стать врачом, - Лила, осознав что-то, взглянула на Циня.
– Даже не думайте, в военную академию он не пойдет.
– Правильно!
– вмешался старик.
– Лучше пускай науки изучает. Мир огромен, столько тайн прячет, всегда есть чем занять себя на протяжении всей жизни.
– Опасностей тоже хватает, - отметила Лила.
– Пускай лучше живет в городе, работает врачом и женится на хорошенькой девушке. Я желаю своим детям счастливой, тихой и мирной жизни.
– Скучная какая-то жизнь, - пробубнил себе под нос старик.
– Зато в тепле и домашнем уюте, - с добродушной насмешкой проронила Лила.
– Соглашусь с мисс Лилой, - закивал Цинь.
– Именно этого нам и не хватает в наших путешествиях.
– Не понять вам жизни и цели настоящего учёного, - фыркнул Чжань.
– Мы, ученые, на благо будущего стараемся, не то, что некоторые.
– Значит, я вношу ещё больший вклад, раз охраняю учёного, - подтрунивал Цинь.
– Ха, а я думал, что кто-то не хотел идти служить на северные границы, - отпарировал старик.
– Но я понимаю, там, кроме как сопли морозить, ловить больше нечего. Даже сражаться не с кем.
– И правильно сделал, - поддержала Лила.
– Меня тоже хотели туда направить.
– За какие нарушения?
– заинтересовался ЦиньЛи.
– На север в основном ссылают провинившихся.
– Меня хотели туда отправить после войны, дескать, там болеют часто, а врачей хороших нет. Сначала обещали горы, но на новый контракт я была не согласна. Потом военные стали угрожающе настаивать. Дождавшись окончания действующего контракта, я ушла со службы, - посмеивалась Лила.
– Видели бы вы их гневные лица.