Потерянный геном
Шрифт:
И тут его внимание привлёк какой-то научный канал. Шла передача о космосе. В ней бывший астронавт рассказывал о рассекреченной экспедиции космического шаттла в 1991 году. В то время на нём испытывались новые системы телеметрии, и астронавт уверял, что тогда экипаж наблюдал на орбите недалеко от шаттла огромный инопланетный корабль. Он даже показывал зарисовки этого корабля, отдаленно напоминающего жука-дровосека, и какой-то символ, будто бы изображенный на его борту.
«Забавно, – подумал про себя Дэн. – Сколько написано книг, снято фантастических фильмов о внеземных цивилизациях. Сколько слухов ходит о неопознанных летающих объектах, появляющихся то тут, то там. Однако прямых подтверждений
Вселенная огромна, и возможно, конечно, что инопланетный разум где-то и существует, только вот в то, что разного рода НЛО постоянно исследуют землю, Куперу почему-то совсем не верилось.
В последнюю ночь перед поездкой Дэну не спалось. Как ни старался, в эти дни он так и не смог справиться с тревожным волнением. От профессора вестей не поступало. В колледже тот не появлялся, а телефон его молчал. Звонок в ассоциацию ничего не дал – вопросы остались без ответа, и было не ясно, пересмотрели результаты соревнований или нет. Из-за этой неопределенности, как снежный ком нарастало внутреннее беспокойство, держа в нервном напряжении весь организм.
Всю ночь Дэнис ворочался в кровати, пытаясь найти место поудобнее, но каждый раз новое место оказывалось хуже прежнего и поиски идеального положения продолжались вновь и вновь. Мысли переполняли, создавали в голове полный хаос и отгоняли сон, не давая тому даже шанса приблизиться.
Наконец, измучавшись от безнадёжных попыток заснуть, Дэн поднялся с кровати. Завернувшись в одеяло, он подошел к окну и стал всматриваться в ночное небо.
В этот момент оно было невероятно чистым и бездонным. Мириады звезд, рассыпавшись в этой бескрайней чёрной пустоте, вспыхивали и переливались, создавая единую волнообразную мерцающую бесконечность. Что-то завораживающее и одновременно успокаивающее таилось в этой пульсирующей бездне, и уже казалось, что всё это не просто отдельные далекие галактики, а один огромный живой организм.
– Живой, – подумал про себя Дэн.
В мыслях невольно всплыли, и рассказы отца, и сюжет из романа о космических пиратах, и откровения бывшего астронавта. Купер смотрел, не отрывая глаз, в эту бесконечную глубину, словно пытаясь разглядеть что-то очень важное, и чувствовал, как понемногу стихает нервное напряжение, притупляя переживания и тревогу. Мысли терзающие мозг, размягчаясь и теряя всякий смысл, уплывают из головы, поглощаясь этой бесконечностью как черной дырой.
Нет, все-таки действительно космос заряжает. Космос притягивает, забирая негатив и даруя энергию, которая зарождается где-то в глубине вселенной, и ты, приняв этот дар, словно растворяешься, создавая с ним одно целое. В этом есть что-то магическое.
Постояв ещё несколько минут и окончательно «растворившись», Купер вернулся к брошенной постели. Тревожные мысли улетучились, освободив место спокойствию. Не желая спугнуть такое умиротворённое состояние, Дэнис, не выбираясь из одеяла, осторожно привалился на кровать и, уткнувшись носом в подушку, закрыл глаза. Он был сейчас где-то очень далеко отсюда, среди далеких таинственных звезд, а его тревоги в сравнении с бесконечностью космоса казались теперь просто ничтожными. Дэн лежал с закрытыми глазами и уже больше ни о чём не думал. Дремота медленно обволакивала разум, постепенно вытесняя остатки беспокойства. Через некоторое время силы морфея окончательно овладели сознанием, и Купер заснул.
– Дэ-нис! – сквозь сон услышал Купер. – Дэнис, вста-вай!
Это была миссис Флетчер. Она будила Дэна каждое утро, но если честно, её голос,
– Дэнис! – еще раз позвала хозяйка. – Сегодня у тебя знаменательный день, нечего валяться в кровати, пора вставать и готовиться.
После этих слов сон как рукой сняло. Дэн вспомнил, какой сегодня день, и вчерашние мысли, не дававшие заснуть всю ночь, сейчас возвращались, равномерно заполняя мозг.
Лежа и размышляя над всем происходящим, Купер наконец пришел к выводу, что если бы итоги соревнований изменили, то он бы уже об этом давно знал. А это значит, что нет причин беспокоиться – поездка остаётся в силе. Эта мысль подняла настроение, и сон окончательно улетучился.
Купер потянулся, расставив руки в стороны, словно пытаясь раздвинуть воздух, смачно зевнул и посмотрел на часы. Было без четверти восемь. До самолета оставалось чуть больше пяти часов. Соскочив с кровати, Дэн сделал обычную для себя порцию утренней гимнастики и, вооружившись полотенцем, отправился в душ. По дороге он заглянул в столовую и приветливо поздоровался с хозяйкой, которая уже накрывала на стол. Аромат свежезаваренного кофе приятно пощекотал нос, чем еще больше поднял настроение.
– Доброе утро, миссис Флетчер!
– Доброе утро, лежебока! – с улыбкой ответила хозяйка. – Такой день, а ты всё спишь.
– Уже нет, мадам, я готов к великим делам! – весело ответил Купер.
«Вот недаром, все-таки, говорят «утро вечера мудренее», – подумал Дэн и, позавтракав, отправился в свою комнату укладывать вещи, которые, к слову сказать, уже были приготовлены еще месяц назад.
Сбор Команды должен был состояться в аэропорту Гатвик. Это примерно пятьдесят километров от Лондона. Если брать во внимание непредсказуемые уличные пробки и разного рода непредвиденные задержки, то до отъезда в аэропорт оставалось немногим больше двух часов. Но и это время Купер не знал чем занять.
И тут он вновь вспомнил о докторе Фримене, скоропостижный отъезд которого так и остался необъяснимой загадкой. Было всё же очень странно, что куратор, отвечающий за подготовку участников, до сих пор не объявился.
У Дэниса внезапно мелькнула мысль: «Может, стоит перед поездкой наведаться в колледж? Вдруг повезет и получится застать профессора».
Недолго думая, Купер быстро упаковал свой багаж и, оставив его в гостиной, вышел из дома.
В аудиториях учебного заведения, ставшего за год почти родным, было непривычно тихо. Последние студенты, ещё совсем недавно суетившиеся в корпусах, разъехались на каникулы, отложив до осени пытливое и методичное разгрызание гранита. И теперь некогда шумный храм науки превратился в заснувшую безмолвную пустошь.
Дэн шел по опустевшему коридору, стараясь не нарушать это безмолвие, но акустика была такая, что Куперу казалось, будто он не идёт, а топает как слон и звук его шагов гулким эхом разлетается по всему зданию. Стало даже как-то неуютно. И Дэн, сам не зная почему, начал передвигаться почти крадучись, словно боясь разбудить спящую богиню знаний – Афину.
Сейчас даже не верилось, что буквально месяц назад эти огромные коридоры были переполнены шумными искателями знаний, будто улей пчёлами. Стайки студентов маленькими жужжащими ройками перемещались из одной аудитории в другую, пересекались и сталкивались в коридорах, превращая колледж в один большой пчелиный рой. И его гудение заполняло всё пространство вокруг, включая двор и прилегающую территорию. Но теперь, когда коридоры опустели, дворец знаний скорее походил на осиротелый, никому не нужный заброшенный дом.