Потерянный мир
Шрифт:
Даже в хаосе боя Кэр заметил, что над головами защитников больше не пролетают стрелы. Жители Долины отступили первыми. Между тем аурлиец не слышал сигнала, свидетельствующего о поступлении приказа об оставлении позиций. Спустя несколько бесконечно долгих минут рог Велизара призвал всех утларгов к отступлению, и Итан понял, что пропустить подобный сигнал от жителей Долины он попросту не мог. Значит, последователи Лазара осознанно предпочли скрыть свое бегство. Один за другим со стены стали исчезать штандарты защитников. Покидая свой рубеж, утларги понесли большие потери. Добравшись до Камграда, крикуны метали свои кости прямо
Кэр помог Сварну добраться до первых баррикад. Защитники рассредоточились на крышах, готовясь к городскому бою. Ставшие бесполезными требушеты пришлось отдать на растерзание врагу. Голос капитана Хольта призывал всех аурлийцев собраться вокруг него. Большинство моряков получило приказ отступать в трущобы. Ответственным за вывод малочисленного войска был назначен Кларк Кормак.
Все остальные офицеры «Отчаяния» остались с утларгами. Сварн собрал своих людей и повел их вглубь города. Не желающие больше нести потери, воины трущоб сдавали Камград неприятелю. Среди баррикад Кэр заметил Велизара в окружении его ближайших советников. Аурлиец не сразу узнал Агния, чьи рыжие волосы сменили свой оттенок на кроваво-красный.
Прячась за укреплениями, воины воеводы старались не рисковать. Понимая, что ситуация начинает разворачиваться не в их пользу, они отступали к следующему перекрестку, уступая квартал за кварталом. Прикрывающие их лучники перебегали с крыши на крышу при помощи заранее заготовленных помостов. Избрав подобную тактику, защитники практически не теряли людей.
На одной из крыш Кэр заметил Ингрид и Грина. После сдачи четвертого перекрестка Итан тоже вынужден был подняться наверх и занял позицию на противоположной стороне улицы. Тактика Велизара работала до тех пор, пока в город не прорвались новые тараканы. Юркие твари стали достаточно ловко карабкаться по стенам домов. Утларги на противоположной крыше не успели поднять помост, и воины хаоса быстро воспользовались предоставленной лазейкой. Кэр пускал стрелу за стрелой, пытаясь хоть как-то помочь им, но они были обречены.
Аурлиец видел, как штурман благополучно перебежал на следующую крышу, едва не упав с шаткого мостика. Ингрид повезло куда меньше. Она только начала забираться на помост, когда ее ногу пробил шип крикуна, заставивший отступницу повалиться назад. Жаждущие плоти тараканы были совсем рядом.
Воин в светлых доспехах уверенно встал между ними. Протянув руку, он помог Ингрид забраться, и та, сжав зубы от боли, поползла в сторону штурмана. Воин снял шлем, и Кэр узнал в нем Ивеса. Он что-то крикнул отступнице, заставив ее замереть и обернуться назад. Лицо многое в жизни повидавшего жителя Долины исказила виноватая улыбка. Он не спешил следовать за Ингрид. Вместо этого он развернулся, чтобы встретить подбегающих тварей.
Ивес смог выиграть несколько необходимых секунд, но, получив несколько серьезных ранений, больше не мог ждать. Увидев, что рука отступницы коснулась руки Дункана, он сдвинул доски, заставляя помост повалиться вниз. Ингрид повисла в объятиях штурмана, больно ударившись о стену дома.
Позволив себе непозволительную роскошь отвлечься от боя, Ивес пропустил волос таракана, пробивший его доспех и вошедший в живот. Стрела Кэра прилетела прямиком в голову твари. Раненый воин взглядом отыскал своего спасителя, чтобы отблагодарить его. Опираясь на меч, он тяжело поднялся с колен. Все остальные защитники, которым
Аурлийцу показалось, что на лице Ивеса появилась умиротворенная улыбка за секунду до того, как он бросился в толпу мертвецов, стараясь убить как можно больше врагов перед собственной смертью. Воин смог продержаться поразительно долго. Кэр не видел его гибели, но был уверен, что охватившая того волна мертвецов не была знакома со значением слова пощада. Ивес умер, наконец обретя покой и надеясь на скорую встречу со своей Кейтлайн. Где-то в Долине с ветви великого древа богини Гаетейн сорвался один листок.
Дункан затащил Ингрид на крышу и, подхватив ее на руки, отступал за спины защитников. Хаос ни на секунду не сбавлял темп своего наступления, и Итан почувствовал, что, если не поспешит, то и сам обязательно станет его жертвой.
В городе начался пожар, и быстро заполняющий пещеры дым сильно затруднял дыхание его защитников. Кэр уже даже не отступал, а самым натуральным образом спасался бегством. Чтобы увернуться от волос очередного таракана, ему пришлось спрыгнуть с крыши. Внизу ему на помощь быстро пришел Артур Кэмбел. Их дела были бы совсем худы, если бы следом за дипломатом в бой не вступили Уильям Олридж, Га-либ и снова залитый с ног до головы чужой кровью Джонатан Норрингтон.
Каннибал пришел в себя и выглядел так, словно еще недавно не был при смерти. Вокруг его рта виднелся кровяной след, позволяющий догадаться об источнике появившихся сил. Итану не хотелось уточнять, чья именно плоть помогла Га-либу восстановиться.
Их небольшой отряд отстал от основной линии отступления, а проворные твари отрезали им путь к спасению. Находящиеся на ближайшей крыше утларги не стали их дожидаться и, испугавшись, подняли помост слишком рано. Положение Кэра и его товарищей было весьма незавидным.
— Сюда! — крикнул Уильям и, подбежав к стене, подставил сложенные руки.
Немного разбежавшись, Джонатан оттолкнулся от предоставленного трамплина и зацепился за раму, окружающую окно второго этажа. Подтянувшись, он без лишних церемоний проник в дом. Скинув скрученное одеяло, он помог подняться остальным. Как только нога следующего последним мистера Кэмбела коснулась деревянного пола, упершийся ногами в стену инквизитор передвинул тяжеленный шкаф, закрыв им оконный проем.
Все попадали на покрывающие пол доски, пытаясь отдышаться. Привкус гари во рту сильно мешал восстановить дыхание. Артур закашлялся и сплюнул на пол сгусток крови. Передышка оказалась весьма короткой, так как внимание беглецов тут же привлек движущийся шкаф. Га-либ и четверо аурлийцев вскочили на ноги, направив оружие в сторону угрозы. Створки шкафа распахнулись, и на пол вывалился мальчик. На вид ему было не больше тринадцати лет. В руках он сжимал тяжеленный меч, явно не подходящий ему по размерам.
— Ты чего здесь забыл, дурак?! — крикнул на него Джонатан, заставив мальчугана еще сильнее прижать к себе меч.
— Я хотел сражаться, — заикаясь, ответил он.
— Много от тебя пользы, где твоя семья? — прыснул капитан гвардейцев.
— Мать умерла в битве при Вормсе. Отец служит на стене. Я хотел помочь ему, хотел быть как он! — перепуганный мальчишка глотал собственные слезы.
— Мне жаль тебя расстраивать, парень, но, скорее всего, ты уже сирота, — бывший убийца никогда не отличался особой тактичностью.