Потерянный мир
Шрифт:
Перед тем как покинуть Агния и Валису, аурлиец открыл им план Сварна, и те присоединились к глашатаям, призывающим всех спуститься в трущобы. Ориентируясь на зеленые плащи, Кэр легко нашел своих. Первым делом он отыскал капитана.
— Нам нужно идти в трущобы! — выпалил Кэр, окруженный удивленными товарищами.
— Это будет ошибкой. Нам необходимо добраться до Долины. Мой народ защитит выживших! — возразила Гаелла.
— Не защитит, — мрачно произнесла Ингрид, поддерживаемая Джеро, на плече которого лежало тело Дункана Грина.
Разбушевавшегося
— Ты ставишь под сомнения обещания Лазара? — оскорбленно уставилась на нее Гаелла.
— Тебе уже давно пора бы перестать быть такой доверчивой во всем, что касается праотца, — парировала отступница.
— Ты плохо его знаешь, чтобы обвинять в подобном, — защищала своего повелителя Гаелла.
— Хозяин Долины собирается воспользоваться одним из трех последних даров Гаетейн! — закричала Ингрид.
— Этого не может быть! Лазар никогда не пойдет на подобное! — Итан заметил, как сжались кулаки Гаеллы, когда она произносила эти слова.
— Ты всегда была идеалистом. Скорее всего, именно поэтому тебе об этом ничего не сказали. Знай его план, ты бы никогда не дала свершиться задуманному. А вот Ивес знал и успел рассказать мне обо всем перед смертью. Не думаю, что в такой момент у него были причины врать.
— Ивес? — представительница старшего народа побледнела еще сильнее.
— Что за три прощальных дара? Кто-нибудь объяснит? — вспылил мистер Норрингтон, которого напрягал тот факт, что они остаются на месте, когда по их душу вдалеке уже несутся толпы жаждущих плоти мертвецов.
— Священное древо, способное спасти детей праотцов в самый черный час этого мира, — начала Ингрид.
— Метка прощания, дарующая время на то, чтобы проститься с теми, кто нам дорог, но кому суждено уйти, — продолжила Гаелла.
— И гримуар, — негромко предположил Итан, но его услышали все.
— Верно. Раньше я думала, что это сказки, но раз гримуар существует, может, и остальное не вымысел? — затараторила Ингрид.
— Я все равно не верю в то, что Лазар может бросить утларгов. Я лучше ошибусь и умру, чем усомнюсь в этом, — в глазах Гаеллы появилась вернувшаяся к ней уверенность.
— Люди Сварна используют пути контрабандистов, чтобы вывести людей из города. Все женщины, дети и раненые сейчас там, — Итан говорил быстро, стараясь убедить аурлийцев.
— Нужно принять решение и немедленно, — мистер Кормак смотрел прямо в глаза капитана.
Рэджинальд Хольт тяжело вздохнул, оглядывая доверяющих ему людей. Взгляд его остановился на Гаелле.
— Теперь капитан ты, Кларк. Выведи наших людей из Камграда. Верни их домой, — сказал он, не смотря в сторону мистера Кормака.
По рядам моряков прошла волна возмущения. Плотник не стал впадать в сентиментальность и сразу же повел экипаж в сторону предполагаемого спасения.
— Все вниз! Тоннель будет обрушен, когда твари окажутся в опасной близости! — слышался вдалеке голос мистера Рокуэла.
— Послушайте,
— Уходите, я не оставлю Гаеллу одну, — капитан был категоричен.
Никто не решился его переубеждать. Будь мистер Грин в сознании, он, возможно, дал бы по лицу старому другу, чтобы вразумить, но тело штурмана безвольно висело на плече Джеро.
— Для меня было величайшей честью вести вас вперед, — прошептал напоследок капитан, но из адресатов его услышал только Кэр, нерешительно оставшийся стоять неподалеку.
— Идем, — потянула его за рукав Гаелла.
Кэр пытался оценить обстановку. Слишком много утларгов при выборе между Долиной и трущобами останавливало свой выбор на землях Лазара. Возможно, кто-то из них даже подумывал о том, что, когда все закончится, старший народ позволит им поселиться на своей территории. Аурлиец посмотрел на свою руку, обмотанную лентой Сирин, и ясно ощутил, что не может бросить ее народ. Он продолжил двигаться в сторону Долины, но на каждом шагу пытался убедить утларгов повернуть назад. Ему становилось тепло на душе каждый раз, когда он видел, как некоторые древние внимают его совету.
Небом уже овладели сумерки, когда они выбрались из пещеры. Итан не мог еще раз не восхититься тем, как прекрасна Долина. Его вдруг одолела жуткая обида от всплывшего образа того, что с таким райским местом сделает та нечисть, что сейчас дышит им в спины. Аурлиец стоял вместе с капитаном и Гаеллой у обрыва, наблюдая за вереницей спускающихся по склону утларгов. Вокруг не было ни одного сторонника Лазара.
— Остановитесь! — раздался голос праотца в голове каждого выжившего.
Друзья переглянулись между собой. Услышав голос первородного, утларги пытались найти в его словах надежду.
— Я же говорила, что у Лазара обязан быть план, — радостно улыбнулась Гаелла.
План у Лазара действительно был, и его масштабы не могли уложиться даже в голове прекрасной спутницы аурлийцев.
— Мне жаль, но из Долины есть только один путь. Бегите, пока еще есть шанс, — голос заставил исчезнуть улыбку с лица Гаеллы.
— Все назад! В трущобы! — с двойным усердием закричал Кэр, уже понимая, что никакой помощи от старшего народа ждать не стоит.
— Я не прошу вас о прощении, ибо понимаю, что мы его не заслуживаем. Мне не удалось спасти этот мир, но я в силах спасти тех, в ком течет моя кровь. Мы покидаем этот мир с болью в сердце.
Только сейчас Итан заметил, что огромная толпа жителей Долины собралась под сенью великого древа богини.
— Этого не может быть, — разделяя каждый слог, проговорила девушка.
Зрачки Гаеллы пугающе расширились. Немигающим взглядом она наблюдала, как далеко внизу утларги бежали в сторону древа, надеясь на защиту своих покровителей. Неожиданно из-под земли вырвался столб света, уходящий в небо и окружающий все дерево по периметру его кроны.
— Что происходит?! — встревоженно спросил капитан, отшатываясь от мощного потока света.