Потерянный принц
Шрифт:
Анвил кивнула.
— Есть, — тихо ответила она. — И если мы и там никого не найдем, то не найдем тут больше нигде. Идите за мной.
Анвил повела нас по другой, каменистой дорожке, пролегающей через безмятежный ландшафт из цветов и растений. Вдоль нее тянулись простенькие деревянные перила и скамейки и пестрели поздно цветущие цветы. Как необычно, — подумалось мне, когда мы проходили пышные сады. Необычно и живописно. Правда, я не высказал этого вслух. Кейран с Анвил — фейри, а Кензи — девушка, так что они и сами все это заметили. Я же, как член клуба парней, не собирался комментировать флоральные
— Где мы? — вместо этого спросил я. — Что это за место?
Анвил остановилась у огражденного дерева, которое цвело, несмотря на холодную погоду.
— Это, — произнесла она, подняв взгляд на ветви, — Шекспировский сад. Сад самого знаменитого в нашем мире человека. Мы приходим сюда выразить признательность великому Барду, смертному, снова открывшему сознание людей магии и заставившему людей вспомнить нас. — Потянувшись вверх, она нежно коснулась пальцем увядшего листка. Ветка закачалась, и лист распрямился, став зеленым и сочным. — Меня пугает то, что теперь тут так пусто, что здесь нет ни одного фейри.
Я запрокинул голову, чтобы взглянуть на дерево. Его ветви пустовали, лишь на самом верху сидела одинокая черная птичка, чистящая клювом перья. Анвил права: очень странно, что мы не встретили ни одного фейри, особенно в таком месте, как это. В Центральном парке есть все, что их душе угодно: искусство и воображение, красивая природа в разном проявлении и нескончаемый источник волшебства от отдыхающих людей. Да тут должно кишмя кишеть фейри.
— Неужели нам больше негде искать? — спросила Кензи. — Нет ли других… мест встреч фейри?
— Есть, — ответила Анвил, но ее голос прозвучал неуверенно. — Можно посмотреть на Овечьем лугу…
— Овцы! — зажужжал Разор.
— …в Таверне в зелени и Земляничных полях. Но если мы здесь никого не нашли, то, сомневаюсь, что найдем кого-нибудь там.
— Но мы же не можем сложить руки, — настаивала Кензи. — Это большой парк. Должны быть и другие места, где мы…
Тишину прорезал крик, от которого мы все вместе вздрогнули. Он был слабым, но через несколько секунд повторился — отчаянный и полный ужаса.
Кейран вытащил меч.
— Идемте!
Мы бросились за замирающим эхом крика, надеясь, что бежим в правильном направлении. Как только мы выскочили из Шекспировского сада, дорожка перед нами разветвилась, и я остановился, тяжело дыша и осматриваясь. Слева виднелся верх театральных подмостков, а прямо перед нами…
— Это что… замок? — спросил я, глядя на возвышающиеся над деревьями каменные башни.
— Замок Бельведер, — ответила Анвил за моей спиной. — Но он лишь так называется. На самом деле это больше обсерватория и местная достопримечательность.
— Поэтому он такой маленький?
— Смотрите! — вскрикнула Кензи, вцепившись в мою руку и указывая на башни.
На вершине каменного замка роились призрачные фигуры — бледные и прозрачные, они ползали по стенам подобно насекомым. Раздался еще один крик, и в самом центре этого роя показалась маленькая темная фигурка, пытавшаяся пробиться наверх.
— Бежим! — крикнул Кейран и понесся вперед.
Мы поспешили за ним.
Добежав до ведущей в замок лестницы, я резко развернулся, чтобы преградить путь Кензи.
— Оставайся здесь, — сказал я ей, когда
— Плевать, — рыкнула Кензи и выхватила у меня из руки трость. — Теперь есть чем!
— Итан, — позвал Кейран, стоящий на несколько ступеней выше и не отрывающий взгляда от вершины замка. — Они идут!
У меня не было времени спорить с Кензи.
Призрачные фейри толпой сползали к нам по стенам, и спрыгивали на ступеньки перед нами. Они были мелкими, размером с гнома или гоблина, но с огромными руками — вдвое больше моих. Когда они приблизились, я увидел, что у них нет ртов, и есть только выпуклые глазища и пара щелок вместо носа. Они слезали со стен, двигаясь как ящерицы или пауки, и молчаливо стекались к ступеням.
Находящийся впереди Кейран поднял руку, сосредоточенно прищурившись. На секунду воздух вокруг него стал ледяным, затем принц выкинул руку в направлении приближающихся существ, и от нее шрапнелью разлетелись ледяные иглы, пронзая скопище фейри. Несколько из них, вытаращившись в шоке и задрожав, превратились в туман и испарились.
Черт. Где-то я это уже видел.
Размахивая мечом, Кейран бросился по ступеням вверх, и я незамедлительно последовал за ним. Жуткие, лишенные рта, гномы с яростью в глазах, подняв свои здоровые ручища, кинулись к нам. Один из них вцепился мне в руку, и я вырвался, дернувшись назад. В его ладони образовалась дыра — или скорее в ней открылся круглый зубастый рот, который с шипением и чавканьем пытался присосаться ко мне.
— Ааа! — закричал я, отбрасывая от себя гнома. — Хрень какая! Кейран!
— Я видел. — Сверкнул меч Кейрана, и отрубленная рука существа с диким визгом отлетела прочь. Обступившие Кейрана фейри тянули к нему свои жуткие руки с крохотными скрежещущими зубами, и Кейран рубил каждого, кто подходил слишком близко. — Как там остальные? — тяжело дыша и не оглядываясь, спросил он.
Я бросил беглый взгляд на Кензи и Анвил. Мы с Кейраном перекрывали путь к нижним ступеням, так что гномы сосредоточили свои силы на нас, но, тем не менее Кензи, загородив собой Анвил, подняла мою трость, готовая в любую секунду защитить Летнюю фейри.
Я чуть не проморгал гнома, проскочившего мимо Кейрана и несущегося на меня, целясь ручищами мне в горло. Я отступил, подняв трость, но в это мгновение от лестничных перил вдруг взметнулась лоза, обвила гнома и швырнула в сторону. Обернувшись, я увидел стоящую с вытянутой рукой Анвил, все растения рядом с ней неистово изгибались. Я кивнул в знак благодарности и рванул к Кейрану.
Мы шаг за шагом пробивали себе путь вверх по ступеням, пока не достигли внутреннего двора замка. Уродливые гномы отступали под нашим нажимом, отбиваясь зубастыми руками. Один ухитрился уцепиться за мой ремень, и я почувствовал, как острые как бритва зубы разрезают кожу, будто это просто бумага. Чертыхнувшись, я врезал тростью фейри по башке. Мы продвигались по двору, отбиваясь от кишащих вокруг гномов, пока не пробились к самым стенам миниатюрного замка. Кензи с Анвил остались на верхних ступенях лестницы — Анвил, пользуясь магией, душила и вязала фейри по рукам и ногам, а Кензи охаживала поверженных противников тростью.