Потерянный в миру
Шрифт:
– А там он и не вспомнит, где был, – поддержал друга третий жулик, собирая вещи отца Олега.
– Согласен. Поднимайте его и быстро в машину. Только тихо. Увидят – скажем, что напился, сволочь, – подвёл итог главный и первым схватил отца Олега под руку, чтобы побыстрее выйти из перехода.
Компания быстро собрала свои пожитки, под руки подхватила отца Олега и волоком потащила его к машине. Старенький фургон «Фольксваген» стоял возле выхода из перехода. Когда батюшку заталкивали в машину, на противоположной стороне дороги к рынку подъехал Андрей. Он уже не успевал развернуться, и поэтому решил встретиться с другом прямо
Андрей спешно вышел из машины и быстрым шагом направился на рынок. По дороге он машинально оглядывался по сторонам, всё время почему-то посматривая на телефон, как будто ждал звонка от друга. Чувство тревоги его не покидало, а лишь усиливалось, хотя он уже был у цели, и у Андрея не было сомнений, что через пару минут они с другом встретятся и наконец-то поедут на рыбалку. Его что-то удерживало перед самым рынком, как будто он стоял перед воротами кладбища, которого он боялся с детства, и этот страх жил в нём до сих пор.
В это же время фургон с отцом Олегом на большой скорости обгонял другие машины и весь гудел от напряжения, готовый в любое время разлететься на части.
– Братела, ты поосторожней, – со страхом обратился один из компании к старшему, который управлял машиной. – А то наша колымага может развалиться в любую минуту. Колёса старые, тормозов почти нет…
– Не бойся, напарничек. Бог даст, выживем, – спокойно ответил старший, резко обгоняя очередную машину. – Вы лучше обшмонайте дьячка.
– Уже, – отчитался самый молодой, рассматривая всё, вынутое из карманов отца Олега. – Паспорт. Денег рублей сто, наверное, наберётся. Даже «мобилы» нет! Часы какие-то старые, да вот крестик. Похож на золотой.
– Крест не трожь! – вдруг крикнул старший. – Хватит и так с него. А что в сумке?
Молодой посмотрел на старшего, ухмыльнулся, и совсем незаметно, одним движением руки снял крестик с шеи дьякона. Тайком на него посмотрел и, довольный своим приобретением, положил в карман вместе с паспортом.
– Какие-то бутерброды да червяки с опарышами. Фу, гадость! – уже через тридцать секунд возмущался всё тот же молодой воришка, проверяя сумку и с отвращением бросая на сиденье банку с прикормкой.
– Выбрось эту гадость, а то ещё расползутся по машине, – предусмотрительно приказал старший, притормаживая перед светофором.
Кулек вышвырнули на проезжую часть. Сзади послышался скрип тормозов машины, которая решила объехать кулёк и чуть не выехала на встречную полосу.
– Ты что опять творишь! – возмутился водитель. – Аварию хочешь сделать, придурок?
– Да ладно тебе, – расслабленно сказал третий жулик. – Так даже прикольно получилось.
В машине раздался громкий смех всей компании, машина со свистом рванула на «зелёный» сигнал светофора, пытаясь первой прорваться по левому ряду.
8
Андрей уже десять минут безрезультатно бродил вдоль торговых лотков, пытаясь разглядеть среди покупателей своего друга. Он несколько раз выходил на остановку и вновь возвращался на рынок. Андрей даже начал злиться на отца Олега, потому что считал, что тот должен был стоять на одном месте, то есть на остановке, и ждать хоть до ночи. С другой стороны,
– Матушка, ты только не волнуйся. Я ведь опоздал и, наверное, Олег куда-то пошёл. Так что мы пока не встретились. Он тебе не звонил? – скороговоркой, но как можно спокойней, «выстрелил» Андрей в трубку.
– Нет. И что теперь будешь делать? – так же спокойно ответила матушка.
– Ждать. Никуда он надолго не пропадёт. Думаю, что через пару минут объявится. Ты же знаешь его. С кем-то разговорился, а на часы и не смотрит, – с надеждой изложил свою новую версию испуганный Андрей.
– Звоните немедленно, а то я здесь с ума сойду от неизвестности. Пока, – как-то резко оборвала разговор матушка.
– Да-да, конечно. До связи, – ответил Андрей, протирая от волнения экран телефона, как будто хотел там увидеть отца Олега и высказать ему всё, что о нём думает.
Фургон с жуликами всё ещё резво мчался по киевским улочкам, нарушая все возможные правила дорожного движения. Последний светофор он проскочил на красный свет и резко остановился у стены кладбища, недалеко от входа, прямо возле мусорных ящиков. Из машины выскочили двое и стали помогать вытаскивать из неё отца Олега, не подававшего видимых признаков жизни.
– Да быстрее вы, – громко торопил своих друзей старший. – Прислоните к стене, посадите его, как будто пьяный спит, и бегом в машину!
– Сам бы попробовал, умник, – проворчал самый маленький, поправляя руку батюшке.
Второй попытался отца Олега посадить прямо, но у него ничего не получилось, и дьякон сполз по стенке.
– Да хрен с ним, пусть лежит, – криком остановил своих друзей старший. – Бегом в машину, а то сейчас попалят.
Практически на ходу напарники прыгнули в машину, и фургон, быстро набирая скорость, умчался по пустынной дороге.
9
Андрей всё ещё метался между рынком и остановкой, растерянно посматривая на часы и на телефон. Ему казалось, что все уже знают о его проблеме. Андрей старался не паниковать, но мало того, что он не был оптимистом, так ещё и сердце так разболелось, что впору было вызывать врача. А это означало лишь одно – с отцом Олегом случилась настоящая беда.
Лишь один раз у Андрея так сильно болело сердце, когда внезапно умер отец, и это он почувствовал за тысячу километров от родительского дома, будучи в отпуске на далёких островах. И вот сейчас то же самое. Он себя подбадривал мыслью, что если что-нибудь случилось бы здесь, на рынке, то все давно об этом уже знали. А тогда что и где? Он начал вспоминать молитвы, которым его учил отец Олег, но всё путалось в голове: «Помилуй… прости… сохрани… Боже…». Он ругал себя за то, что до сих пор не выучил эти молитвы, хотя, как-то раз, даже со слезами на глазах, обещал выучить их матушке, когда у него совсем разладилась личная жизнь. Но всё быстро устроилось, и он забыл о своём обещании. Даже простые мысли о молитве его немного успокоили, и тут раздался звонок телефона. От неожиданности Андрей вздрогнул, но очень обрадовался этому звонку и особенно тому, что звонила матушка, хотя пять минут назад именно этого звонка он боялся больше всего.