Потерянный

Филатов Даннил

Все тридцать пуль из магазина угодили прямо в грудь одаренному, но лишь вклочья изорвали форму, тогда он снова предпринял попытку разоружить противника, потянув пистолет- пулемет на себя, ногой ударяя в коленное сочленения доспеха. Десантник упал, ослабив хватку, чем Брайер и воспользовался. Он ударил прикладом наотмашь прямо по шлему, затем сильным ударом колена сбил защиту с головы и увидел звериный оскал солдата.

— Поганый предатель! — процедил сквозь зубы десантник, выхватил из поясного крепления нож и бросился в атаку.

Нильсон ушел в сторону,

затем еще раз, но в третий раз ему не повезло, лезвие вошло прямо в артерию. Вошло бы. Если бы не Дар. Со звоном клинок откололся от рукояти, а Брайер перехватил руку десантника, потянул на себя и со всей силы врезался своим лбом прямо ему в лицо, а затем еще раз. Боец потерял сознание.

Сменив магазин оружия Нильсон тут же открыл огонь. Без тени сомнения он убивал ОПЗМовцев, они были ему никем, их сложно было назвать товарищами. Да, возможно, это циничное отношение, как к ресурсу, как к пешкам, но сколько бы миссий он не пережил, заслужить уважение ему так и не удалось, а потому Брайер просто платил сейчас той же монетой.

Когда последний ОПЗМовец из ударной группы упал, к нему подбежал Томас. Он склонился над шлемом, перевернул его, затем снял защитное покрытие и вставил туда штекер, тянущийся у него из вены одной из рук.

— Анализ радиопереговоров…, — шептал он, — загрузка карт, шифрование, позывные… Я на их частоте!

Нильсон включил гарнитуру, врываясь в радиопереговоры. Голоса наперечет производили доклады, запрашивали подкрепление.

— ПОЛКОВНИК ВЕСТ ПРЕДАТЕЛЬ! — слышалось громогласное объявление, — КАК ПРИНЯЛИ?! ВЕСТ ПРЕДАТЕЛЬ!

Быстрой настройкой Брайер оказался на командной частоте.

— «Беркут», говорит «Дрофа», у нас шестьсот сорок девять, как приняли?

— Принял, — после небольшой паузы отозвался «Беркут», являвшийся командным центром операции, — отправляю запрос на реализацию пункта шестьдесят семь, ожидайте.

— Что за пункт? — переспросил Томас.

Нильсон лишь пожал плечами. Похоже в детали плана относительно него его самого не посветили. Оно и понятно.

— Подтверждение получено, «Дрофа», отправляю ударную группу.

— Принял, «Беркут».

— Ничего хорошего, — заключил Брайер.

— Черт! — выругался Томас, — «Дрофа», я «Филин», как слышно?

— «Дрофа» на связи.

— Полковник Вест замечен в квадрате Медведь- 04. Ведем бой, требуется подкрепление. Запрашиваю «Стрекозу»!

— У «Стрекозы» другие приоритеты, «Филин».

— С…, — Томас поморщился, — «Дрофа», в секторе также замечен генерал Файн, без «Стрекозы» нам не справиться!

— Принял. Направляю «Стрекозу» к вам. Держитесь.

Томас отключился от шлема и выпрямился во весь рост перед Нильсоном.

— Скоро она будет здесь, — произнес он, снимая обоймы с пояса и вставляя в пулемет.

— Они тоже, — хмуро произнес Нильсон, — есть план?

— Все еще в разработке. С ОПЗМовцами я еще смогу справиться, а что до Линды…все затеи рискованные.

— Будем рисковать, — кивнул Брайер.

— Легко тебе говорить, рисковать не тебе, — усмехнулся Файн.

—

А кому? — удивленно поднял бровь Нильсон.

— Ей.

Одаренный и киборг вернулись в окоп, ожидая прибытия ударной группы и «Стрекозы». Нильсон не знал, что творится в голове у Файна и чем он руководствуется, но судя по его прошлым попыткам хочется верить, что исключительно благими намерениями. Вместе с тем все гораздо проще: теперь дорога назад была отрезана навсегда и если повстанцы не помогут, останется только умереть.

И лучше бы от ее рук, чем от Титова.

Глядя в бинокль Нильсон разглядел группу бронетранспортеров, на полной скорости несущуюся в их сторону. На его счастье, они были обычными, удивительно, что командование пожалело гвардейцев в этот раз. Оставалось надеяться, что их осталось мало, и им отдали другой приоритет, но прежде чем транспортеры приблизились достаточно прямо перед позицией приземлилось пять бойцов в новой броне: широкие черные пластины закрывали грудь, шлем был усилен дополнительным забралом, за которым скрывалось бронестекло, под перчатками, закрытые слоем брони, размещались среднекалиберные пулеметы.

Не теряя эффекта неожиданности, бойцы выставили вперед руки и начали расстреливать повстанцев, разрывая плоть на куски, Нильсон едва успел оттолкнуть Томаса в сторону и закрыть его собой.

Гвардейцы спрыгнули в окоп, продолжая вести огонь, оставшихся в живых они добивали клинками, интегрированными в перчатку. Нильсон видел их раньше, это личная охрана генерального директора, а раз они здесь, то он вмешался.

Один из гвардейцев схватил Нильсона за волосы, притянул к себе и приставив прямо к лицу дуло пулемета выпустил часть боезапаса. Голова повстанца дергалась назад из- за энергии удара, но свинцу никак не удавалось пробить кожу.

Второй резким ударом попытался вонзить клинок под ребра, но потерпел неудачу, однако сила удара выбила все дыхание из легких, а сами ребра уж как минимум сжались.

Солдаты принялись избивать его кидая друг к другу как мяч, Нильсон не мог ничего противопоставить усиленным экзоскелетам, а между тем почувствовал нарастающий холод, что могло означать только одно.

Один из гвардейцев снял с трупа повстанца гранату, что- то сказал своим товарищам, одним ударом его поставили на колени и раскрыли рот, легким движением ОПЗМовец сорвал чеку, но граната тут же разорвалась у него в руке.

Нильсона отбросило взрывом, гвардейцы также утратили равновесие, через мгновение дым рассеялся, и Брайер заметил, как с другой стороны ведет слаженный огонь целый взвод повстанцев. Тут же в окоп залетел заряд из подствольного гранатомета, убив одного из телохранителей генерального директора, несколько повстанцев ворвались в окоп, бросая себе под ноги продолговатые гранаты, по телу Нильсона прошел легкий заряд тока, когда те разорвались.

Один из бойцов подхватил Брайера и потащил на себя, но тот и сам без труда смог подняться, тогда солдат передал ему винтовку. Краем глаза Нильсон заметил на жилете шеврон «Вайлд».