Шрифт:
Посвящаю жене Таисии Ивановне
и моей любимой дочери
Людмиле Шманевой
ВАЛЕРИЙ
ПОТЕРЯВШИЕСЯ
в
РОССИИ
Роман-размышление
В поисках выхода из нравственного тупика
Орёл - 2013
Эта книга о любви и об интеллигенции, вынужденной с трудом выживать в бурные, противоречивые и смутные времена перестройки, когда в пылу борьбы власть забывала о народе.
В книге рассказывается о судьбах молодых людей, которые в по-исках своего места в новых условиях вынуждены были покидать Рос-сию.
Размышления о личности русского человека, о нравственном со-стоянии общества и о месте России в сообществе цивилизованных стран будут, несомненно, интересны читателю.
В книге много диалогов и много действия, что делает чтение лег-ким и занимательным, несмотря на серьезность обозначенной темы.
Глава 1
– Жир кита из семи букв.
Виталий Юрьевич отложил в сторону ручку, сдвинул на кончик носа очки и, наклонив по бычьи голову, глянул исподлобья на жену. Он хотел было ответить, но Ольга Алексеевна уже забыла про 'жир кита' и быстро спросила:
– А это что за монстр такой с бычьей головой? Восемь букв.
– Наверно, минотавр. Если ты помнишь древнегрече-скую мифологию, царь острова Крит Минос отправлял на съедение чудовищу с туловищем человека и головой быка юношей и девушек, которых афиняне посылали в качестве дани.
– Не помню. Расскажи, - Ольга Алексеевна живо по-вернулась к мужу.
– Перечитай 'Мифы Древней Греции'. Тесей или Те-зей, царь Афин, убил Минотавра, а помогла ему Ариадна, дочь Миноса, которая дала Тесею меч и клубок. С помо-щью этого клубка Тесей выбрался
Виталий Юрьевич усмехнулся:
– Странно ты разгадываешь кроссворды. Не ответишь на один вопрос, тут же лезешь на другую клетку.
– А если я не знаю!
– Так ты подумай, открой энциклопедию, посмотри.
– Как умею, так и разгадываю, - беззлобно огрызну-лась Ольга Алексеевна.
– Да это на здоровье, - согласился Виталий Юрьевич.
– Просто я этого не понимаю. Кстати, 'жир кита' из семи букв - ворвань. Только ворвань - это не китовый, а всякий жир млекопитающих и рыб, то есть дельфинов, тюленей и так далее.
– Никогда не слышала!
– Век живи - век учись!
– засмеялся Виталий Юрье-вич. Чуть помолчал и сказал:
– А знаешь, это слово у меня почему-то ассоциируется с прошлым, словно оно из тех веков, когда в реках и морях полно было рыбы, а в лесах зверья. И из рек можно было смело пить воду, как из родников. Представляешь, чистая, прозрачная вода, и дно на два метра видно. Да что там да-леко ходить. Помню, после войны мы, мальчишки, на реч-ке пропадали, купались, рыбу сетками ловили. Знаешь, в противнях пробивали гвоздем дырки, к краям привязывали бечевки с палкой-поплавком наверху. Минут через два-дцать вытаскиваешь тихонько свою самодельную снасть, вода стекает, а там полно ершей, окуней и песка-рей...Мужики как в бане с мылом мылись, а бабы белье полоскали, выбивая его валиками на чистых камнях...
Лицо Виталия Юрьевича, обычно жесткое и озабо-ченное, приобрело мечтательное выражение. Нахмуренные брови разошлись, и сразу разгладилась упрямая вертикаль-ная морщинка над переносицей, глаза подобрели, и даже усы и аккуратная докторская бородка потеряли обычную солидность.
– Ты-то этого не помнишь, ты тогда еще совсем ма-лявкой была.
– Ну, конечно, молодая, - усмехнулась Ольга Алексе-евна. Она давно бросила свой кроссворд и сидела так, по-ложив ладони рук на колени, и слушала мужа.
'Все еще красавица', - отметил про себя Виталий Юрьевич. 'И годы ее не берут. Какая-нибудь немка давно бы скукожилась от такой жизни, а наши только хорошеют. Вот где загадка природы!'.
Ольга Алексеевна и впрямь была хороша. Правильные черты лица, гордая посадка головы, к которой очень шли гладко зачесанные волосы, чуть тронутые сединой, прямая спина - все это складывалось в ту стать, которая выделяет из толпы и волнует мужчин. Виталий Юрьевич молча лю-бовался женой, и мягкая улыбка плавала на губах и моло-дила его. Но скоро лицо его стало прежним, жестким и озабоченным, будто он примерил новую маску, но она ему не подошла, и он поспешил освободиться от нее.
– Скажи мне еще двадцать лет назад, что придется во-ду за деньги покупать, не поверил бы... А теперь в реках и рыбы не стало.
– Откуда же ей быть, если в реки химические отходы сбрасывают! Сестра Тая пишет, в Азовском море уже осет-ра не осталось.
– Ну, это другое, это результат браконьерства.
– Так у них работы нет, - сказала Ольга Алексеевна.
– Зачем нормальному человеку воровать, если он сыт?
– Знаешь, оправдать можно все, - возразил Виталий Юрьевич.
– Но ты посмотри, как мы ведем себя на своей земле! Мы же не хозяева, мы - захватчики. Браконьеры свой промысел давно поставили на промышленный уро-вень. Турция, в чьих водах вообще нет осетров, имеет на мировом рынке почти на тридцать процентов больше этой продукции, чем Россия... Варварски вырубаются леса, уничтожаются редкие породы зверей, лосось до нереста не доходит: его бьют ради икры. А выбросы в атмосферу? Дышать человеку стало нечем... Я так полагаю, что чело-век позапрошлого века сейчас не выжил бы... Невольно в скорый апокалипсис поверишь!