Поток – 2
Шрифт:
— Ну что, дорогие мои, сняли шкуру, теперь приступаем к неприятному… Нутровка, так это называется.
— А что делать надо? — решил уточнить я.
— Надо извлечь кишечник и другие органы, так как вредная микрофлора может подпортить мясо. Задние ноги разведите в стороны, дальше руби кости, вскрывай грудную клетку и ниже — тазовые кости. Да перевяжите пищевод и аккуратнее с желчным пузырем.
— Буду обращаться с ним, как с ребенком…, — пообещал я бабуле, беря в руки первый тяжелый нож и приготовленный молоток.
Все аккуратно сделал с помощью Андрея.
Закончив эту неприятную работу, уселся на бабушкин стул. Отдыхал и смотрел, как они вдвоем с братом мыли внутренности туши водой, а потом проводили осмотр на предмет, опухолей, язв, черной крови и прочих патологий, как выразилась наша бабушка.
Наслаждаться отдыхом мне не дали большие черные мухи, которые налетели внезапно. Пришлось вставать, несколько мух убить, а потом сделать для них отвлекающий маневр, оттащив внутренности и шкуру дальше в огороды.
Из всего этого я оставил только печень и сердце, которое я люблю. Да еще бабуля велела язык из головы вырезать, который любит она. Трудная была работа. Голову после этого тоже отнес подальше, к шкуре.
Все это мы проделали довольно быстро, и часа не прошло. Дальше начался процесс, который, как оказалось, в принципе не сильно отличается от разделки туш других животных, с которыми я имел дело в этом новом мире.
Но не совсем так, как оказалось. Сначала разрубил тушу поперек на две части в том месте, где указала бабушка. Взял для этого топор, пленку сразу испортил, так что пришлось найти толстую доску и помыть ее.
А дальше просто делал то, что говорили бабуля с братом. Рубил и отрезал мясо от костей, отрезал и рубил…, и так очень долго. Брат только успевал принимать и укладывать на пленке разные части, из которых знаю только лопаточную часть, шею, и вырезку.
Дальше мне опять уступили стул, и я отдыхал, опершись спиной о ствол абрикосового дерева, глядя в синее и чистое небо, без облаков. А по небу изредка проплывали паутинки, иногда цепляясь за верхние ветки. В это время Андрей с бабушкой раскладывали мясо в пакеты, потом в два тазика, и переносили их в салон микроавтобуса.
— Вот попробуйте мне сказать, что я не права, когда просила морозильную камеру… — Бабуля сидела в салоне микроавтобуса, а мы с братом впереди, и с умилением рассматривала наше новое приобретение — морозильную камеру. С низким энергопотреблением. Специально выбирали.
— Принимаем это как аксиому, или как утверждение, не требующее доказательства, — ввернул Андрей.
— Во-первых — ты женщина, и уже поэтому всегда права. Во-вторых — лучше пообещай, что выделишь мне мясо в виде стейков, я их пожарю сегодня на ужин на мангале.
— Хорошо, мой дорогой, только ты сам рубить будешь, и только три штуки… И еще, я тоже пожарю три куска в духовке, для подстраховки. А то неизвестно, как там у тебя получится на мангале.
— Получится, бабушка, я его успею замариновать.
— Дело не в маринаде, а в мясе, внучек…
— Я знаю один секрет, бабушка…
Андрей краем уха слушал наши препинания, а сам смотрел вперед, на дорогу. Прошли шлагбаум и пошли не быстро по грунтовой дороге к усадьбе, чтобы меньше поднимать пыль.
К лошадям сегодня не заезжали, поскольку решили завтра посвятить нашему селу весь световой день.
Большинство хозяев собак считают, что они предчувствуют возвращение домой членов семей, в которых живут. Еще говорят, что собаки ощущают близость встречи с хозяином больше, чем за десять минут. Так ли это? Нельзя сказать точно, но бабушка говорит, что наши щенки встают и начинают бегать у ворот и суетиться именно минут за десять до нашего прибытия.
И сейчас, щенки встретили нас громкими попытками лаять с другой стороны ворот. Вошел через калитку, и не могу конечно сказать, что свалили, но бросались и прыгали от радости отчаянно. Они за три недели еще подросли, ноги у них теперь не заплетались, а бегали и прыгали уверенно.
Пока бабушка с Андреем раскладывали мясо по морозильным камерам, я мыл машину, инструмент, тазики. Собаки вскоре прибежали ко мне, так как мясо им не дали. С этим у бабушки строго, получат еду во время ужина.
Вечером и собаки, и кот вообще ошалели от нетерпения — такие ароматы разносились от мангала и от кухни. Я вызвал бабушку на социалистическое соревнование — кто лучше приготовит стейк. Я мариновал мясо, а она использовала только лук, и специи. Судить вызвался Андрей, он же пойдет выбирать вино к мясу, а мы в свою очередь оценим его выбор.
Бабуля конечно приготовит на сковородке стейки отлично, опыт есть. Но и я не лыком шит, или как еще грубо говорят — «не пальцем делан». Использую некоторые приемы, о которых они не предполагают. Дождался, когда угли стали «седыми», и когда ладонь над ними можно держать около пяти секунд. Уложил стейки на решетку с ручкой, и стал жарить, но накрывая мангал крышкой. Здесь в хозяйстве оказалась такая — по форме как у гриля. Так и жарил, иногда открывая, и переворачивая решетку.
— У-у-у…, ты меня удивил, Олежек! — Бабушка за столом первым попробовала мой стейк. — Мясо мягкое и хорошо прожарено. Не ожидала от тебя…
— Тут ему помогли два обстоятельства, — заметил Андрей, который все видел. — Первое — то, что мангал стационарный, из кирпича, и хорошо держит температуру от углей. Второе — он применил крышку, как на гриле, мясо жарилось и «томилось» одновременно.
Андрей присудил ничью. Мы пили великолепное красное сухое вино, очень не спеша ели и разговаривали о планах на завтра. Бабушка только пригубила вино, поэтому мы ей много не наливаем. И стейки из своей тарелки в основном скормила собакам, рыжему Рэму и серому Дику. Хитрому Мицику перепало в первую очередь. Сначала им положили по мискам немного сырого мяса, а потом они добавляли жареного. Все это очень мелко резали. Наелись они сегодня, что называется, «от пуза».