Поток
Шрифт:
Показывая паспорт и проходя через рамки несколько раз Вася, наконец –то добрался до нужного кабинета и приготовился ждать. Его пригласили буквально через несколько секунд.
Кабинет производил ошеломляющее впечатление. Даже не верилось, что в таком месте могут ему, Василию, предложить работу. Всё такое светлое, лёгкое и необыкновенный цветок, название которого Вася забыл. Но больше всего потряс белоснежный ковёр с высоким ворсом. Или это был палас? Он никогда не различал их.
– Серьёзно? Белый ковёр в таком проходном месте?
–Не
Вася смутился. Он даже не заметил, что высказал свои мысли вслух.
–На это и рассчитано, человек становится более открытым, ему трудно сдержать эмоции.
Чарков в изумлении уставился на говорящего – мужчина неопределённого возраста и дорогого оформления улыбался.
–Нет, мысли я не читаю. Но вы же не первый посетитель.
Вася присел на предложенное кресло, протёр очки и вспотевшей ладонью пригладил вихор на макушке.
– Меня зовут Альберт Арсеньевич. Василий, – Альберт Арсеньевич бросил взгляд на лежащий рядом лист бумаги, – Семёнович, да, Василий Семёнович, расскажите о себе. Где учились, работали и прочие интересные моменты. Как у вас дела со здоровьем обстоят?
Вася напрягся. Чего это они здоровьем интересуются?
– Обстоят дела мои хорошо, – неуверенно начал Василий, – не жалуюсь. Вот только зрение слегка подводит. А в остальном – хоть в космос отправляйте.
Собеседник молчал и Васе пришлось продолжить без наводящих вопросов.
За стеной, в гораздо более скромном кабинете, сидел молодой человек и внимательно следил за проходящим собеседованием на экране компьютера. Его интересовало всё – что и как говорит Чарков, как себя чувствует и ведёт. А самое главное – скажет он правду или нет. Кирилл Киреев, именно так звали молодого человека, знал о собеседнике Альберта Арсеньевича всё. Всё, что можно найти в официальных и не очень источниках информации. И сейчас с удовольствием слушал искренний, пусть путаный и сбивчивый, рассказ Чаркова о себе.
– Профессию то я выбирал по душе, – вещал ничего не подозревающий Василий, – всегда мечтал заботиться о чистоте нашей планеты. – От высокопарных слов самому стало не удобно и Вася искоса глянул на слушателя. Тот не улыбался, слушал внимательно и заинтересовано.
– А по факту – занимались одними бумажками! Одну инструкцию напиши, другую выучи, третью разошли адресатам. Тоска! – Вася выплеснул с этой фразой весь запал и сдулся. Ссутулился, протёр очки, пригладил вихор. Похоже, испугался, что позволил себе такие яркие эмоции.
–Не, ну им, наверное, виднее. Как оно правильно. Но я ушёл. Не моё.
«А у Васи то в душе огонь» – думал Кирилл за стенкой, – «Кто же так его придавил? Неужто мать? Ладно, достанем, исправим»
– Расскажите про свою клиническую смерть, – неожиданно выдал Альберт Арсеньевич.
«Болван!» – мысленно заорал Киреев, наблюдая как Чарков плавно падает в обморок.
Альберт
– А должен был, – спокойно произнёс Кирилл, – ты же психолог.
– Зато мы выяснили…
– Ни черта мы не выяснили, – перебил Кирилл. – Кроме того, что эта тема для него крайне болезненная.
Их беседа проходила в кабинете наблюдения. Василий лежал на диване и крепко спал. Так, по крайней мере, обещал вызванный доктор, после некоторых манипуляций с Чарковым. Кирилл не спускал глаз с монитора, пытаясь убедиться, что пострадавший от несвоевременного вопроса дышит.
–Алик, у тебя была задача разговорить клиента и прощупать глубину его проблемы. Как с братьями Манн, – немного ехидно, показалось Альберту, добавил Кирилл.
Альберт Арсеньевич покраснел. Ему было стыдно, так он прокололся с этими мальчишками. Побеседовал с одним, пригласил второго. Начал разговор. И только минут через десять понял, что это тот же парнишка. Вот ушлые ребятки. Георг и Герман. Близнецы Манн. Кирилл тогда только посмеялся и утешил тем, что сам бы никогда не догадался о подмене.
Отбор в команду шёл вторую неделю. Два месяца предварительной работы позволили вычленить основную группу кандидатов. Теперь они проходили собеседование с психологом под наблюдением руководителя проекта. Кирилл мог собой гордиться – из десяти претендентов – семь попали прямо в цель. Столько и планировал взять в работу.
Одна дама вызывала небольшие сомнения, всё-таки пятьдесят шесть лет, а физические нагрузки предстоят достаточно серьёзные. Зато по остальным показателям дамочка подходила идеально.
–Что в целом думаешь о Чаркове? – продолжил Кирилл.
– Спившийся интеллигент. С устоявшимися морально-нравственными принципами. Уровень образования – глубокий. Психологически задавлен и легко подчиняется даже малейшему воздействию.
–Мать?
–Думаю, да. Других серьёзных привязанностей не обнаружил.
Альберт сел на своего любимого конька. Что-что, а составлять психологический портрет собеседника он умел идеально. А уж тут была и предварительная работа с биографией, так что Алик вполне уверенно мог сказать, что знает Васю как самого себя.
Психолог был реально «человеком без возраста». Каждый видел в нём отражения себя и своих желаний. Юная девушка – симпатичного парня, оказывающего ей знаки внимания. Дама в годах – галантного мужчину средних лет. Молодые парни в Алике признавали знакомого из клуба, а солидные дядечки легко соглашались, что встречались с Альбертом Арсеньевичем на научных конференциях. При этом внешность Альберта не менялась – всегда стильная стрижка, хорошо сидящий костюм или джинсы и джемпер, дорогой аромат, неизменная улыбка и замшевые баснословно дорогие туфли. А вот тембр голоса, манера речи, слова – всё менялось от ситуации.