Поток
Шрифт:
Вот такая особенность была у человека, за это Кирилл и ценил своего сотрудника.
– Значит, говоришь, Вася наш клиент, – задумчиво постукивал пальцами по подлокотнику кресла Кирилл, – однако, я и не сомневался, – бодро закончил он, – давай подведём итог.
Мужчины одновременно склонились к экрану, на котором отображался весь список кандидатов.
Два месяца назад Кирилл приступил к поиску кандидатов для выполнения задания. Поначалу он не имел представления, кто будут эти люди. Но один, случайно подслушанный разговор, серьёзно скорректировал его планы.
Он ждал своей очереди в институтском буфете. Сзади стояли две барышни и щебетали о своём о девичьем. Кирилл специально
– Да, доктор так и сказал. Кратковременная клиническая смерть что-то там активизировала в его мозгу. Чуть дольше и пошёл бы обратный процесс. А тут вишь как, из дебилов в гении. А я на фоне братца уже не котируюсь. Впору хоть…
Кирилл не стал дослушивать страдания, вытащил смартфон и загуглил «клиническая смерть».
Батя-интернет дал не слишком много информации, да и была она весьма разрозненной и противоречивой. Кирилл стал искать знакомых специалистов. Потом специалистов знакомых знакомым. И даже зарегистрировался на каком-то медицинском форуме. Сбежал оттуда через три дня, чтобы сохранить остатки психического здоровья. Методом невероятных раскопок, он выяснил, таки да, клиническая смерть влияет на структуру мозга и на какие-то скрытые зоны особенно. Но вот как именно, никто не брался ответить однозначно. Но Кирилл для себя уже всё решил. Будем искать переживших клиническую смерть.
И вот список из двадцати семи человек, добытый не совсем, да что там, совсем не законным образом, у него в руках. Согласятся ли они на его предложение? Захотят ли потрать полгода своей жизни на его идеи? У всех же дом, работа.
Стоп. Не у всех! Вот на этом мы и сыграем, решил Киреев. И список сократился до десяти кандидатов. Помощники собрали всю возможную информацию о претендентах и акцентировали несколько общих моментов – все были относительно здоровы и не имели привязанности в виде семьи-детей, а самое важное, все нуждались в работе. На этом Кирилл и сыграл.
Он разместил в нескольких газетах объявление о приёме на работу. Кирилл лично проследил, чтобы газеты попали в руки и на глаза каждому избранному. Кому-то пришлось подкидывать объявление несколько раз. Чтобы избавиться от любопытствующих, наверняка найдутся и такие, был придуман ещё один пункт отбора – вахта института. Людей из списка охрана отправляла в кабинет к психологу, остальных – на собеседование к другому работодателю.
Список. Кирилл перечитывал его снизу-вверх и сверху вниз. Он перекатывал имена участников во рту, как карамельки. Он произносил их вслух. Столько работы проделано. Не впустую ли? Прав ли он окажется?
– Однако.
– Стоп, – сказал Альберт, показывая рукой на монитор наблюдения.
Кирилл повернул голову и увидел, Василий открыл глаза, смотрит в одну точку.
–Я пошёл.
– Не пуха, шеф! –услышал Киреев, закрывая за собой двери.
–Здравствуйте, Василий. Меня зовут Кирилл. Не пугайтесь, с вами всё хорошо. Я сейчас всё объясню.
Чарков чуть прищурив глаза смотрел на молодого человека, сидящего перед ним в бежевом кожаном кресле. Кресло подвинули так, чтобы при разговоре видеть лицо Василия и ему не пришлось крутить головой. Сам молодой человек выглядел очень эффектно. Высокий, насколько можно было судить, худощавый. Тёмные волосы стильно и коротко подстрижены, вот только чёлка слегка длинновата. Взгляд Василия задержался на глазах Киреева – правый ярко зелёный, левый – тёмно-серый. Интересно. Его не портит этот дефект. Голос у него немного низкий и в нём чувствуется улыбка, хотя парень на вид очень серьёзен. Чарков прислушался к тому, что говорит его визави. Что-то про возможности и
–Кирилл, не знаю вашего отчества, я не всё улавливаю, что вы сейчас говорите, извините. Я должен спросить, – Чарков замялся, огляделся вокруг, да, бежать некуда. Вдохнул поглубже и зажмурил глаза:
– Вы это видите? – левой рукой ткнул на часть дивана справа от него. Кирилл посмотрел на это место. Долгих три секунды он пытался понять, что именно он должен увидеть, а потом…
Мелкие ледяные иголки впились в позвоночник. Холодный шар образовался в затылке. Он видел. Мягкое сидение кожаного дивана было слегка вдавлено, будто на нём кто-то сидел рядом с Васей, когда Вася подвинулся, «это» подвинулось тоже.
– Видите? – переспросил Чарков, – Каждый раз, когда вспоминаю про тут случай, – Чарков замолк, продышался, – «это» появляется рядом – Чувствовалось, слова даются с трудом, – Если стою – ощущаю холод справа, если сижу – то вот так, – он показал на вдавленную часть дивана.
Киреев молчал. Василия же что-то заинтересовало на стене, он замер, уставившись в одну точку. Кирилл понимал, что Васе вспоминать тот случай неприятно.
Произошло это несколько лет назад. Вася купил маме к восьмому марта бутылку вина и шоколадку. Он редко делал матери подарки, поэтому домой шёл гордый и счастливый. Мать же из-за бутылки вина устроила скандал, в результате которого Вася ушёл из дома со злосчастным вином и в одиночку выпил его сидя на детской площадке. Очнулся он в больнице через неделю. За это время он дважды перенёс клиническую смерть, и врачи с трудом вернули его к жизни. Приходившая мать орала, что это её он хотел отравить. Вася говорить не мог, по его щекам текли слёзы, но мать ничего не замечала. Кое-как врачи её разубедили в этом. Помог чек из магазина, где Вася приобрёл напиток. Там нашли целую партию этой отравы. Отношения с мамой почти наладились, но Вася стал замечать за собой странности.
– Вы живёте с мамой?
– Вы меня возьмёте?
Вопросы прозвучали одновременно.
–Да, а что? – робко поинтересовался Вася
– Если вам придётся уехать в длительную командировку, проблем не возникнет?
Василий искренне задумался. Что скажет мать? Что он опять её бросает? Сердце сжалось и гулко ухнуло где-то в горле.
–Нет, – как можно увереннее произнёс он.
– Альберт Арсеньевич, – в никуда сказал Кирилл, – оформляйте сотрудника.
Пожал руку Васе, сказал: «До завтра», и вышел из кабинета.
Глава 3.
Герман забежал в кафе и стряхнул с шапочки небольшой сугробик. Откуда у них в городе в начале ноября такой снег? Конечно, завтра всё растает, но сегодня передвигаться по улицам невозможно. Он нашёл глазами красную футболку брата и подошёл к столику. Гешка, конечно же, болтал по телефону. Бармен в белоснежной футболке и длинном коричневом фартуке тут же поднёс бело – золотую фарфоровую чашку с горячим шоколадом, спасибо братцу, позаботился. Герман любил эту кофейню, в том числе и за красивую посуду. Это Гешке всё равно из чего пить его любимый чёрный с чабрецом чай. Зато эклеры в «Сливки и К*» они любят одинаковые и заказывают их в огромном количестве со всеми возможными начинками. Вот и сейчас Герман опустошал тарелочку с пирожными под суровым взглядом братца. Быстро закончив разговор, Геша схватил последний эклер с тарелки.