ПОТОК
Шрифт:
Впрочем, сейчас ему некогда было долго радоваться.
Спеша вернуться на корабль и отыскать капитана Кейза, он пробежал по дороге, где минуту назад отступал от Потока, миновал «Тень» и труп воина элиты и свернул за угол. Впереди, будто из воздуха, материализовались инфекционные формы. Плазменная граната сверкнула в темноте и испепелила тварей. Эхо все еще разносило звук взрыва, когда человек свернул в узкий коридор и вышел к еще одному озеру, на берегах которого шло жаркое сражение. Примерно в пятидесяти метрах от спартанца сошлись ковенанты и Поток, обменивавшиеся выстрелами, сцеплявшиеся в рукопашной схватке. Две метко брошенные гранаты вполовину
– Здесь гравитационный лифт! – сказала Кортана. – Он все еще действует. Это наш билет на корабль.
На словах все было просто, но, когда Мастер-Шеф взглянул на возвышенность, где находился лифт, стену возле его правого плеча опалил сгусток плазмы. Человек отскочил назад, пригнулся и подождал, пока стрельба стихнет, а затем вновь сорвался с места. Впереди он увидел группу ковенантов, изо всех сил пытавшихся не пустить Поток на вершину холма и не дать ему воспользоваться гравитационным лифтом. Понимая, что это их последняя битва, чужаки сражались с невиданной ожесточенностью. На мгновение спартанец даже почувствовал к ним что-то вроде уважения.
Выскочив на открытое место, он метнул две гранаты в самую гущу схватки, дождался, пока отгремят взрывы, и открыл огонь из штурмовой винтовки. Воин элиты стрелял в ночное небо, заваливаясь на спину; боевая форма, точно дубинкой, размахивала оторванной рукой шакала; инфекционные формы облепили ворчуна, утаскивая его на дно водоема. Происходящее казалось полным безумием, картиной, достойной самого ада, и у человека не было иного выхода, кроме как убивать все, что шевелится.
Когда последние тела улеглись на землю, спартанец смог подняться по крутому склону и взойти на гравитационный лифт. Вокруг «Мьольнира» затрещали статические разряды. Чудом уцелевший ковенант попытался помешать планам спартанца, и в воздухе с шипением пронесся сгусток плазмы. А через мгновение Шеф исчез, взмыв к зависшему над ними крейсеру.
Кейз? Джейкоб Кейз. Да, именно так. Или нет?
Он уже не мог вспомнить – от его сознания не осталось ничего, кроме навигационных протоколов, планов оборонительных сооружений и решимости защищать эти знания любой ценой.
Весь его разум заполнял раздражающий гул. Кейз смутно припоминал, что уже слышал его, но понятия не имел, что же это такое.
На него наседало нечто голодное.
Металл зазвенел под сапогами Маккей, спрыгнувшей с последней лестничной площадки на решетку внизу. Решетка задрожала от удара. Торопливый спуск с вершины плато отнял у них почти пятнадцать минут. Вначале она воспользовалась все еще работающим лифтом, на котором поднимались ее солдаты во время штурма базы, тогда еще находившейся в руках ковенантов. Затем выскочила на круглую площадку, откуда вниз уходила винтовая лестница, идущая вдоль стены подобно насечке в стволе винтовки. По ней лейтенант и спустилась до самого дна.
– Приветствую, мэм, – произнес рядовой, возникая из темноты у Маккей за спиной. – С вами хотел поговорить сержант Листер.
– Благодарю, – кивнула лейтенант и направилась к противоположной стороне решетки, где так называемая оборонительная группа выстроилась вокруг ящиков с оборудованием, спущенных сверху. По углам небольшой площадки были установлены переносные фонари, отбрасывавшие длинные тени на стены вокруг. Люди расступились, увидев приближение Маккей.
– Смирно! – рявкнул, вскакивая, сержант, сидевший до того на корточках.
Все замерли. Лейтенант заметила, что долгие часы непрерывного
– Вольно. Как наши дела? Кого-нибудь видели?
– Никак нет, мэм, – ответил Листер, – пока не видели. Но взгляните сюда.
Флотский инженер направил луч ручного фонарика на решетку, и лейтенант присела, чтобы лучше рассмотреть. Ступени, кончавшиеся на противоположном конце решетки, вновь возникали под ней и уходили во тьму.
– Обратите внимание на металл, – подсказал сержант. – И на то, что навалено на ступенях.
Присмотревшись, Маккей поняла, что толстые прутья заграждения изогнуты, а на лестнице внизу во множестве лежит оружие. Насколько лейтенант могла видеть, все оно принадлежало ковенантам, а значит, было плазменным. Складывалось впечатление, что, не успев еще наложить щупальца на газовые резаки, Поток разрядил в тщетных попытках пробить решетку несколько сотен винтовок и пистолетов. Будь у тварей чуть больше времени, скажем, день или два, и их усилия могли бы увенчаться успехом.
– Надо отдать должное этим ублюдкам,- мрачно произнесла Маккей. – Они никогда не сдаются. Что ж, значит, и нам придется взять с них пример. Предлагаю самим разрезать решетку, спуститься вниз и обезопасить наш черный ход.
– Будет исполнено, мэм, – сказал Листер, но со стороны стоявших вокруг десантников не раздалось привычных бравых выкриков. Внизу было темно, там поджидали кошмары.
Оказавшись на борту «Столпа осени», 'Замамей и Яяп попали в условия куда лучшие и в то же время худшие, чем ожидали. В полном соответствии с предсказанием ворчуна командующий офицер – крайне загруженный делами коммандос 'Онтомей – был несказанно рад увидеть их и, не теряя времени, поставил 'Замамея во главе отряда из двадцати шакалов, а Яяпа сделал старшим унтер-офицером.
Вдобавок к этому на посту хватало припасов и метана, так что основные жизненные нужды оказались удовлетворены. На этом хорошие новости кончались.
Куда хуже было то, что 'Замамей, ныне скрывающийся под именем Гуки 'Умамея, жил в постоянном страхе, что ему встретится элита, знавший либо его, либо погибшего коммандос, и раскроет его тайну. Или слухи окажутся правдивыми и пророки действительно умеют получать информацию просто из воздуха. Эти опасения заставляли воина вести себя тихо, держаться подальше от чужих глаз и переложить большую часть своей командирской ответственности на плечи Яяпа.
Это было бы неприятной, хотя и терпимой обязанностью для крошечного солдата, имей они дело с другими ворчунами, но все осложнялось тем фактом, что шакалы считали себя выше таких «газососов», как он, и не слишком обрадовались, узнав, что подобное существо будет ими командовать.
В довесок ко всем бедам, свалившимся на голову Яяпа, выяснилось, что Поток уже установил координаты «Столпа осени». Хотя твари и не смогли бы пробраться на корабль при помощи подземных туннелей, пронизавших глубины мира-кольца, корпус судна зиял пробоинами, полученными при аварийной посадке. Кроме того, внутрь позволяли войти и пустые шлюзы, где раньше стояли спасательные шлюпки. А один раз твари прорвались за оцепление благодаря собственному патрулю ковенантов, который угодил в западню, обратился в боевые формы и вернулся назад. Этот трюк разгадали, но не раньше, чем несколько «зараженных» солдат проникли на корабль. Некоторые из этих тварей все еще блуждали где-то в глубинах человеческого крейсера.