Потоки судьбы
Шрифт:
— Путь через казармы на первый этаж разрушен, но мы можем пройти в третьи казармы и там спуститься во внутренний двор, а потом пройти через склады к подвалам.
— А как мы спустимся во двор? Там же добрых десять метров!
— По веревке. — сказал Сабитер
Мне не очень-то нравился этот план, но выбора похоже не было. Мы вышли из диспетчерской и я направился прямо к Борею, который уже заряжал длинноствольную флюм-винтовку.
— Через минуту будем атаковать. — сказал он, проверяя запасные батареи.
— Хорошо. Если выбьете их из восточного крыла, то закрепитесь
— Зачем? — удивился Борей.
— Попробуем включить охранную статую, чтобы эти ублюдки не уничтожили связующий камень, — ответил я, вскрывая один из ящиков. — Черт возьми, здесь что, нигде нет веревки?
— На складе есть обвязочный трос.
Забежав на склад, я сразу увидел здоровую катушку с толстым тросом. Намотав на себя где-то метров пятнадцать, я перерубил веревку и кинулся обратно в казарму. Подойдя к Сабитеру, я заметил как он достал из кармана пару желтых таблеток и закинул в рот, после чего кивнул мне и мы двинулись в путь. Пройдя во вторую казарму, большая часть которой была разрушена мощнейшим взрывом, мы увидели, как Шаиф с несколькими слугами заботятся о раненых солдатах. Кивнув Шаифу, мы прошли в полуразрушенный коридор и миновав арсенал вошли в третью казарму. Сабитер открыл одно из окон и глянул вниз.
— Я пойду первым и подстрахую вас. — сказал он, привязывая протянутую мной веревку к одной из колон в центре помещения.
Проверив узел, Сабитер схватился за веревку и буквально выпрыгнул в окно. Я глянул вниз и увидел, что он уже стоит на земле и выжидательно смотрит на меня. Вот ведь акробат хренов!
Я взялся за веревку и перевалился через подоконник, после чего стал аккуратно спускаться. Тут со стороны казарм прогремело несколько мощных взрывов и я чуть было не сорвался, но успел крепко обхватить веревку ногами. Спустившись вниз и переведя дух, я кивнул Сабитеру и мы бросились в сторону складов. Стрельба в замке стала гораздо более интенсивнее — даглугальцы пошли в контратаку.
По пути я вспоминал информацию о связующих камнях — это не просто артефакт для слияния коменданта и алькасара, а самый настоящий флюм-конструкт, созданный силами многих магов и при помощи сознания (если его можно так назвать) алькасара. С помощью камня можно было общаться с замком, но если камень будет уничтожен, то даже коменданту будет проблематично общение с алькасаром. На создание нового камня могут уйти месяцы, если не годы. Разумеется, это будет очень затратно и совмещено с множеством проблем, но все таки, зачем налетчикам уничтожать камень? В чем смысл? Простое желание насолить комендантам?
— Если камень будет уничтожен, то как быстро мы сможем его восстановить с нашими текущими ресурсами? — спросил я, когда мы прошли склады и побежали по коридору в сторону подвалов.
— Около пяти месяцев, но учитывая какие повреждения понес Даглугаль, то может быть и дольше. Если Даглугаль вообще позволит его создать. — ответил Сабитер на бегу.
— Что это значит?
— Когда алькасар получает такие серьезные повреждения,
Резко затормозив перед поворотом, я взял оружие на изготовку и проверил что за углом все чисто. Немного переведя дух, я посмотрел на Сабитера.
— То есть, их конечной целью является именно уничтожение камня?
— Судя по всему, да. Если они добьются своего, то мы вряд ли сможем вернуть контроль над Даглугалем и он медленно погибнет, прихватив с собой всех жителей. Нам останется только эвакуироваться.
От услышанного я похолодел. Страшно даже представить, как будет выглядеть разозленный и израненный алькасар, с которым еще и невозможно общаться.
Так и не встретив никакого сопротивления по пути, мы спустились в основные подвальные хранилища, среди которых были продовольственные склады и несколько законсервированных помещений для хранения устаревшего оборудования.
— Мы редко используем эти подземелья, — говорил Сабитер, пока мы спускались по винтовой лестнице в один из основных нижних коридоров. — А то хранилище в которое спускаемся мы, не использовалось уже лет тридцать. Когда-то, его использовали для изготовления вяленого трутулака, но потом стало более популярно мясо этха, так что помещение законсервировали, а солонину начали закупать у торговцев по более выгодной цене чем при производстве.
— Не уверен что хотел бы попробовать вяленого трутулака. — прошептал я, спустившись на самый низ и открыв дверь, ведущий в темный каменный коридор.
— Оно довольно вкусное, да и запах приятный.
Я зажег закрепленный на бронежилете фонарь (внизу, почему-то, не было вообще никакого освещения) и отправился вглубь коридора. Если я правильно помнил карту, дальше должно быть четыре хранилища и нам нужно в крайнее правое. Или левое? В конце концов, мы подошли к хранилищам и я замешкался, пытаясь вспомнить с какой стороны находится запад, но Сабитер молча протиснулся мимо меня и вошел в правую дальнюю дверь, а я последовал за ним.
Комната оказалась небольшой, примерно пять на пять метров, со стенами из серого камня, при этом совершенно пустой. Было довольно темно, но я сумел высветить потолочные балки с висящими на них крюками, что вызвало у меня какие-то неприятные ассоциации. Сабитер подошел к дальней стене и дотронулся до нее рукой.
— Чувствую статую, — тихо произнес Сабитер. — Дайте мне минуту чтобы сосредоточится.
Он стал медленно закручивать флюм вокруг себя. Я думал, что здесь будет не так много потоков, но зря волновался — концентрация флюма была вполне приемлемой, словно в десяти метрах от нас и не было напряженного магического боя. Тем не менее, возмущение потоков я чувствовал, словно текущая река волновалась из-за упавшего в нее камня. Это чувство было довольно странным и занимательным. Я так мало знаю о флюме…