Потомки Каррингтонов
Шрифт:
Я проснулся, глотая ртом воздух. Мне не нужно было смотреть на часы, чтобы знать время своего пробуждения. 6:17. Даже когда Фиби спит рядом со мной, меня преследует это время. Всё ещё со сбитым, после изменившегося ночного кошмара, дыханием, я обнял Фиби за талию и несколько минут позволил себе насладиться её близостью. Я вновь впитывал её черты, пока меня обволакивало её тёплое дыхание.
Фиби, в отличие от меня, спала спокойным сном. Она легла рядом со мной на спину, и её голова оказалась на моей руке. Правую руку она положила себе на живот и продолжила сопеть дальше, не выпуская мою
От моего ангела было трудно оторваться, но я всё же пересилил себя и, высвободившись из её объятий, пошёл в ванную смывать с себя муку, а после этого кормить Флеур и готовить завтрак. Кстати, Флеур… вчера после прихода Фиби она ни разу не попадалась мне на глаза, и признаться четно, я о ней забыл. Хреновый я хозяин.
В шкафу я взял чёрную майку на лямках, трусы и джинсы и со всем этим барахлом под мышкой, пошёл в ванную, решая до поры до времени не смотреть на свой ожог.
Принять душ мне оказалось очень сложно из-за своей однорукости, но я кое-как справился и, одевшись, вышел на кухню.
– Флеур, завтрак подан, - тихо проговорил я, зная, что кошка с обострённым слухом точно услышит, а Фиби всё равно не услышит.
Я насыпал в кошачью миску корм и Флеур, наконец, выйдя из мрака коридора, подошла к своей миске. Удостоверившись, что с одной моей любимицей всё в порядке, я начал готовить завтрак для другой.
Я решил сделать тосты с нашим любимым чаем и вчерашним пирогом. Поставив чайник, я достал из кухонного шкафчика тосты и запихнул их в тостер.
Доев свой завтрак, Флеур подошла ко мне и, замурлыкав, начала тереться о мою ногу.
– Где ты пропадала вчера весь день?
– Спросил я у своей кошки.
Моя квартира была не настолько большой, чтобы в ней можно было потеряться, хотя вчера Флеур могла пройти прямо у меня перед носом, и я бы её не заметил.
Кошка что-то промурлыкала в ответ.
Не успел тостер приготовить на наш завтрак тосты, как на кухню вышла Фиби. Волосы на её голове были растрёпаны, делая её ещё милее и смешнее прежнего. Протерев глаза, она улыбнулась мне.
– Доброе утро.
Я протянул ей руки, и Фиби подошла ко мне, прижавшись к моей груди. Я не прикасался к ней от силы двадцать минут, а уже успел соскучиться по этому ощущению.
– Я разбудил тебя?
Мои руки покоились на её пояснице, когда она подняла на меня голову.
– Нет, я сама проснулась. У тебя настолько большая кровать, что там невозможно спать одной, - зевнула она.
– Наверное, потому, что эта кровать предназначена не для спанья, - я игриво вздёрнул бровь и Фиби засмеялась.
Она перевела взгляд на Флеур, стоящую у наших ног.
– Ты не говорил, что у тебя есть кошка.
–
Фиби присела на корточки и погладила Флеур по всей шерстке, но та не приняв ласку, демонстративно развернулась и ушла.
Поджав губы, Фиби встала.
– Она ревнует тебя ко мне.
Я усмехнулся и подошёл к только что пикнувшему тостеру, чтобы достать наш горячий завтрак.
– Думаешь?
– Спросил я, раскладывая тосты на тарелку.
Я достал из холодильника малиновый джем и поставил всё это на стол.
– Не думаю, а знаю. Я бы тоже ревновала… окажись на месте кошки.
Я отвернулся от Фиби к окну, чтобы скрыть улыбку, вызванную её словами. А мне вот кажется, она ревновала бы меня, даже будучи на своём месте.
– Ладно, пойду пока умоюсь. Не ешь без меня.
– Окей.
Пока Фиби умывалась, я налил нам чай, поставил на стол шарлотку и намазал на тосты джем. Фиби вернулась уже расчёсанная и умытая, но по-прежнему не накрашенная и в моей рубашке. Честно говоря, мне нравилось, как она сидела на ней.
Сев напротив меня, она первым делом отхлебнула чай с ромашками, от которого ещё поднимался пар.
– Как твоя рука?
– Поинтересовалась Фиби, взволнованно нахмурившись.
Она волновалась обо мне и заботилась… черт, мне пора прекращать так много о ней думать, хотя какое кому дело до моих мыслей?
– Болит немного, но, в общем терпимо.
– Покажи её.
Я протянул ей руку над столом, и мне самому стало не по себе от множества волдырей, покрывающих всю мою правую ладонь. Фиби скривилась и вскочила со стула.
– Я совсем забыла сделать тебе повязку. Где у тебя бинты?
– Должны быть там, где был и спрей от ожогов.
Фиби подошла к кухонному ящику и достала оттуда бинты, тот спрей и ножницы. Она немного не дотягивалась до верхней полки ящика, на которой всё это лежало, поэтому ей приходилось вставать на носочки. Моя рубашка на ней из-за этого поднималась, открывая мне вид на её белые кружевные трусики. Я заметил, она любит кружева, да и мне они на ней нравятся.
Достав всё необходимое, Фиби подошла ко мне и, взяв мою руку, обработала её спреем, после чего перевязала бинтами. От неё исходил лёгкий аромат цветов, как тот, который я вдыхал на лугу в своём сне, однако меня очень отвлекал вырез моей не застёгнутой на все пуговицы рубашки, через который я видел голую грудь Фиби. Когда она двигалась, колыхалась и её грудь, заставляющая меня хотеть лезть на стенку. Я не мог позволить себе распускать руку и приставать к Фиби сейчас, ведь хочу показать себя примерным парнем, но, черт, такими темпами я долго не продержусь.
– Вот и всё!
– Провозгласила она и вернулась к попиванию чая.
– Спасибо, - улыбнулся я, оценивая неплохую работу Фиби.
– Раен, мне нужно съездить в наш с Беном дом и забрать свои вещи, - сказала Фиби, в упор смотря на тост и не поднимая на меня глаз.
– Ты покидала дом в спешке?
– Именно. После того телефонного разговора я дождалась, пока Бенджи уедет и тогда быстро сбежала. Он ещё даже не знает, что я ушла от него… - то, как грустно она это говорила, заставляло меня думать, что она до сих пор любит этого придурка.