Потомок бога
Шрифт:
— Но мы-то знает, что со мной всё в порядке. Поэтому не переживай, а то сердце не выдержит, и ты не увидишь конец этого увлекательного сериала, — проговорил я и услышал отборный мат, прозвучавший где-то на заднем фоне. — Кто там у тебя так шикарно матерится?
— Рабочие. Крышу перекрывают, да ещё кое-чего латают. Ты же помнишь, что мы решили отремонтировать дом? А то ты боялся, что тебе штукатурка на голову упадёт.
— Помню-помню. Судя по цветистым выражениям, работяг ты нанял опытных, — сказал я и следом добавил: — Ладно, у меня мало времени. Вечером позвоню.
— Ещё секундочку.
— Ничего. Всё будет хорошо. Процесс идёт, — ответил я, мигом смекнув, что за словами старого охотника скрывается вопрос о состоянии Александра.
— Замечательно. Удачи, — произнёс смертный и сбросил вызов.
А я подумал, что через два года Александру придётся как-то выкручиваться из очень сложной ситуации. Он же в одночасье из крутого мага превратится в обычного. А если я к тому времени на ком-нибудь женюсь, обрасту грозной репутацией и заведу кучу врагов, то его ждут совсем непростые времена, учитывая, что прежде он был лохом. Даже немного жаль его, как и самого Громова. Возможно, стоит как-то помочь этой семейке после окончания нашего договора?
Внезапно мои мысли прогнал Апофис, выбравшийся из поясной сумки. Он глянул на меня синими глазами-бусинками и принялся летать по комнате.
— Обед, — сказал я ему и положил на подоконник кусок жареного мяса, захваченного в столовой.
Дракончик спикировал на него и принялся пожирать, жадно урча.
— Сколько же тебе нужно жрать? Жаль, что я совсем не специалист по драконам. Ну, ничего, я когда-нибудь так откормлю тебя, что ты поглотишь этот мир. Не даром же твоё имя Апофис.
Поглядев на дракончика, я вместе с едой отправил его в свою тумбочку. А то вдруг кто-то из моих соседей вернётся с тренировки раньше времени. Хотя этого и не должно произойти.
Сам же я отправился в душ. Пробыл там четверть часа, а когда вернулся, Апофиса в тумбочке уже не оказалось.
Глава 25
— Апофис, Апофис, — зашептал я, обыскивая комнату.
Но его нигде не было. Куда же он делся?
— Апофис, — снова позвал я, вызывая мысленный образ дракончика.
Некоторые существа откликались на такой зов. Может, и дракон Хаоса способен на это?
Внезапно из пятна мрака под потолком вылетел Апофис, держа в зубах небольшую коричневую ящерицу. Я видел таких в Пустоши. Дракончик уселся на стол и вопросительно глянул на меня. Дескать, чего звал?
— Офигеть! — удивлённо выдохнул я, уронив челюсть на пол. — Так ты, значит, не только улавливаешь мой мысленный сигнал, но ещё и умеешь перемещаться по мраку? Ты же явно был в Пустоши.
Дракончик ещё пару мгновений посмотрел на меня, а потом принялся поедать добычу. Кажется, он ничего не понял из моей речи. Видимо, пока он способен понимать лишь какие-то базовые приказы.
Я принялся экспериментировать, мысленно посылая ему простенькие команды. Но он только поворачивал ко мне голову, когда я представлял его образ, и больше ничего не делал.
— Ага, ясно, — проронил я, задумчиво потирая подбородок. — Ну хоть в любой момент смогу позвать тебя. И на том спасибо. Вот только бы научить тебя появляться в моей поясной сумке. Там ведь тоже темно.
Вот
— Вот и хорошо, — довольно сказал я, когда Апофис после моего мысленного зова метнулся в тень в углу комнаты и уже через миг зашевелился в поясной сумке.
На этой ноте мой эксперимент завершился, поскольку дракончик устал и заснул.
Я же занялся своими делами. Вытащил три заряженные ловушки, решив одну оставить для подзарядки амулета жрицы, а две продать.
Капитан Морозов сказал, что в главном корпусе есть человек, занимающийся артефактами. Вот ему-то я и продам ловушки. Мне ведь всё равно к нему идти. Он должен отдать деньги, причитающиеся за те артефакты, которые мы с баронессой передали графу Седову: «светлячок» и два блокатора магии.
Да, пусть артефакты и не попали в академию, но деньги мне должны выдать тут. Такая здесь система.
Я вышел из комнаты и покинул общежитие. Пересёк двор и двинулся к главному корпусу, напоминающему дворец. У входа, возле самых ступеней, обнаружилась троица юных первокурсников с надменными физиономиями «элиты». Все слегка вспотевшие и в дорогих спортивных костюмах. Они явно только-только вернулись с тренировки.
— … Его сиятельство граф Багряный всем приказал явиться на мероприятие, — пробурчал один из них, недовольно хмуря брови. — И ладно бы просто отдать дань памяти Горскому, так нет же. Ещё будут награждать баронессу Огневу и этого плебея Громова. А я должен своё время тратить на них, словно мне больше заняться нечем. А потом, господа, представляете, у Громова ещё будут интервью брать. По телевизору его покажут. Хм, учитывая его поведение, наверное, в программе «В мире животных». Ха-ха! Он же как бешеный пёс, на всех кидается. Да ещё и сам, наверное, подогревает слухи о себе. Не может же он быть таким крутым.
— Говорят, они с баронессой победили жрицу богини Маммоны, — вставил другой и скептически поморщился.
— Да привирают они. Между собой договорились и всем лапшу на уши вешают. А граф Седов и поверил. Огнева уже давно пытается набить себе репутацию, вот и врёт, — презрительно проговорил первый аристократ и скользнул по мне пренебрежительным взглядом.
Никто из этой троицы даже не вздрогнул при виде моей персоны. Кажется, они не знают меня в лицо.
— Господа, тысяча извинений, что вторгаюсь в ваш высокоинтеллектуальный разговор, но мне тоже есть что сказать о Громове, — многозначительно произнёс я, подойдя к дворянам.
— И что же? — высокомерно выдал самый разговорчивый кадет, вздёрнув подбородок, словно увидел перед собой говорящее дерьмо.
— Громов во сто крат хуже бешеного пса. Абсолютный безумец. Отморозок. Он совсем не думает о последствиях. Ему человека убить — что муху прихлопнуть, — осуждающе произнёс я, покрутив головой. — А знаете, как он выглядит? Вот так.
Я большими пальцами медленно указал на себя, с удовольствием наблюдая, как быстро бледнеет вся троица аристократов.
Однако надо отдать должное смертным, они быстро взяли себя в руки. Их этому учили с самого детства. Ведь передо мной стояли представители могущественных семей, раз они оказались в «элите».