Потомок Хранителя

Ефимова Мария Всеволодовна

— Ну что? — произнес один из них, когда друзья подошли к воротам. — Все обошли?

— Да! — небрежно бросил Адер.

— А почему вы в шлемах? — спросила девушка — стражница, чуть наклоняясь вперед, чтобы заглянуть в прорезь забрала Селены.

— Так по уставу, — строго сказала Селена.

Хару понял, что этот ответ будет взят на подозрение и поспешил довить:

— Пока мы обходили территорию, нам встретился управляющий тюрьмой. А вы знаете, он не любит, когда мы не соблюдаем устав!

Эти слова были сказаны наугад, и блестящий ответ Хару мог бы с треском провалиться, но ведьмаку повезло. Глаза стражника округлились, и он с испугом прошептал:

— Вы о Хецаки?!

— Он самый! —

охотно подтвердил Адер. — Смотрите, как бы он и сюда не нагрянул с проверкой!

Двое стажей стали лихорадочно натягивать обмундирование. В довершение всего они натянули на и без того потные головы свои шлемы и осторожно приоткрыли забрала.

— Спасибо, что предупредили! — поблагодарила девушка и вдруг спохватилась, меняясь в голосе. — Постойте — ка, что — то я не узнаю вас по голосам! Грэб? Романта? Это вы? Нет — они повыше будут. Вы что, новенькие? Кто сегодня в патруле? Поднимите забрала и поговорим по душам! И зачем вы притащили этого? — стражница кивнула на Морана, который продолжал играть свою роль и бездвижным мешком висел на руках Селены и Хару.

Селена сделала вид, будто не услышала первого вопроса.

— Хецаки приказал нам бросить его в кипящее озеро, — пояснила она, — а то этот пленный совсем плох в последние дни, и в кузнице от него никого проку.

Глаза стражей вновь испуганно округлились. Кажется, одно имя командующего наводило на ведьмаков дрожь.

— Хецаки! — ахнул страж, позабыв обо всем на свете, — в таком случае, проходите скорее, нельзя заставлять его ждать.

Стражники раскрыли перед беглецами ворота и жестами начали подгонять их. Хару даже заулыбался за железной створкой забрала. Забавная вышла ситуация. Друзья вступили в длинный каменный коридор без потолка и быстро скрылись в темноте. Проход не был освещен, но в темноте ясно угадывался силуэт боковых стен. Где — то далеко впереди горел свет. Хару поддерживал за локоть Морана и вглядывался в темноту, стараясь приметить все окружающие детали. От близости опасности, граничащей с эйфорией успеха, у него участилось дыхание, а от усталости не осталось и следа.

Ирен облегченно вздохнула.

— Я уж думала, что они нас не отпустят, — призналась она.

— Точно! — отозвался Адер. — Интересно, почему они так боятся этого Хецаки?

— Тише! — шикнул Моран, поднимая голову. — Мало ли кто нас может услышать!

Голубое свечение впереди приближалось, и вскоре Хару смог узнать его. Это была еще одна магическая завеса, идентичная той, через которую его привели сюда. Завеса заходила рябью, словно ощутив приближение посторонних. Внутри нее заметались маленькие искорки, больше походившие на живых светлячков. Стоящие рядом стражники мгновенно активизировались. Заметив движение в неярком свете завесы, один из стражей выпрямился и крикнул в темноту:

— Кто идет? Покажитесь на свет.

Селена послушно вывела друзей вперед и встала на освещенный участок дороги.

— Что вам нужно? — обратился к отряду второй страж.

— Хецаки приказал нам бросить заключенного в кипящее озеро, — повторила Селена уже заученную историю. — Откройте завесу.

Страж нервно сглотнул, но не тронулся с места.

— Хецаки лично мне приказал никого не впускать, — недоуменным голосом возразил он, — пройдите через тюремное крыло!

Но Селена не собиралась отступать так легко.

— Значит, ты отказываешься слушать его приказы?! — нервным тоном заголосила она. — Что ж, я передам ему. Как, кстати, тебя зовут?

Несчастного стражника затрясло, будто в лихорадке. С его лба скатилась капелька пота и, повиснув на кончике носа, задрожала в унисон с ведьмаком.

— Хорошо, хорошо! Проходите. — пролепетал он. — Только не говорите ничего Хецаки!

Селена сделала благоволительный

жест и важно прошагала в открытый проход. Оказавшись внутри, друзья поспешили убраться подальше от входа. Мгновение спустя за их спинами вновь расцвела яркая завеса.

Хару потуже завязал ремни на шлеме, стараясь этим жестом унять дрожь в пальцах. Он с опаской поглядывал на стражников у стен и старался не думать о том, что случится, если вдруг все они бросятся оцеплять беглецов. Стоило посмотреть вперед, туда, где исчезал хвост тоннеля, и начинало казаться, что линия стражей постепенно сужается, сходясь на горизонте. Друзья словно бы сами заводили себя в капкан. Хару тяжело сглотнул, чтобы унять тошноту, и вздернул повыше голову, призывая себя не поддаваться панике. Чтобы отвлечься, он стал наслаждаться прохладой здешнего воздуха, температура которого, несомненно, была отрегулирована магией.

Друзья быстро продвигались вглубь коридора, не встречая сопротивления. Темно — бардовый отсвет факелов, наложивший свой отпечаток на все вокруг, застилал глаза красной пеленой. Порой Хару казалось, что это его собственное зрение затуманивается от крови, прилившей к глазам. Леденящий ужас не отпускал его. Безмолвные стражники предавали этому месту еще более мрачный вид. Их длинные тени искаженными зигзагами путались под ногами беглецов.

Ирен теснилась ближе к друзьям. Адер заметно нервничал и спотыкался, а затем украдкой посматривал на стражей, ожидая чего — то невообразимо кошмарного. Хару не видел лица своих друзей из — за шлемов, и не мог приободрить их словом или взглядом, но в душе разделял их страх разоблачения. Даже находчивая и уверенная в себе Селена источала теперь едва заметное напряжение. Она быстро шагала вперед, изредка останавливаясь, чтобы свериться с картой. Из всей команды только Моран не выказывал страха. Уронив голову на грудь, он послушно плелся туда, куда его вели.

Сделав поворот в одно из ответвлений коридора, Селена остановила отряд перед очередными воротами. На этот раз стражники без вопросов пропустили беглецов, и тут же захлопнули двери за их спинами.

В первое мгновение кузница ослепила друзей. Свет ярких печей, оглушительные крики надсмотрщиков и стоны пленных, которых подгоняли плетьми — все это обрушилось на друзей единым бурлящим потоком звуков и образов.

У стен кузни возвышались раскаленные печи, заполненные котлами, внутри которых бурлила жидкая сталь. Снопы искр срывались с бортиков котлов и разлетались веером по земле, словно поземка снежинок. Рядом с каждой печью стояли точильные и дубильные станки, а так же наковальни, на которых рабочие отбивали раскрасневшиеся куски стали, вызывая бесконечный металлический перезвон. Некоторые рабочие вливали огненную субстанцию в заранее приготовленные формы, другие поддували мехами огонь в печах и добавляли угля. Особо мастеровитые пленные производили замеры готовой продукции и раздавали указания по доработке изделий и устранению недостатков. Никто даже мельком не обратил внимания на оцепеневших друзей.

Осмотревшись, Селена двинулась вперед, подталкивая медленно шедшего Морана. Она невозмутимо вела отряд сквозь кузницу, стремясь поскорее пройти ее насквозь.

Хару заметил, что большую часть работников составляли гномы, которые, как известно, являлись лучшими в кузнечном и оружейном деле. Стражи особо зорко следили за такими пленными, но одновременно и делали им послабления, разрешая устанавливать свои собственные методы изготовления брони и оружия.

Никто из ведьмаков не обращал внимания на вошедшую процессию. Каждый был занят своими делами. Одни расхаживали взад и вперед наблюдая за кипящей работой, другие сидели на ящиках или больших перевернутых чанах и курили трубки, от чего и без того душная кузница наполнялась дымом.