Потомственная ведьма [Inherit the Witch]

Ведьма взяла сухие рябиновые листья и стала сыпать их на деревянный пол так, чтобы получился ровный магический круг Заклинание должно быть исполнено в точности! Вся надежда была только на него.

Девочка смотрела словно зачарованная.

Наконец круг был готов. Ведьма глубоко вздохнула. Много лет назад она решила навсегда отказаться от общения с остальными ведьмами, но сейчас у нее не было другого выхода. Слишком велика была опасность. Ведьма опустилась на колени в центр круга, закрыла глаза и постаралась очистить

свое сознание.

Девочке стало страшно. Мать с детства учила ее не доверять никому на свете. Она строго–настрого запретила ей раскрывать свою тайну всякому, кто верит в реальность магии. Только несведущие смертные могли знать о существовании матери с дочерью. Лишь среди простых людей они могли чувствовать себя в безопасности.

Ведьма заговорила, взывая о помощи к богине:

— О Мать Земля, укрой и защити меня! В горький час я обращаюсь к тебе за утешением. Помоги мне в беде!

Она широко распахнула глаза и почувствовала, как магия хлынула в круг. В воздухе над ее головой проплыла картинка — зыбкая, словно мираж, — дом. Высокий и красивый дом в викторианском стиле. Ведьма пристально уставилась на него, стараясь запечатлеть в своей памяти. Магический голос зазвучал в ее ушах. Он шептал о других ведьмах — сильных и могущественных сестрах. Они связаны с этим домом и помогут ей. Но стоит ли доверять им?

Девочка тоже смотрела на призрачный дом, зачарованная его красотой. Больше всего на свете ей хотелось взбежать по ступенькам и поселиться в нем. Она знала, что в доме живут ведьмы, — просто знала, и все. Но смогут ли они с мамой чувствовать себя в безопасности в этом доме?

И смогут ли они вообще где–нибудь чувствовать себя в безопасности?

— Пейдж, окрой дверь! — заорала Пайпер Холлиуэл, торопливо хватая первую попавшуюся под руку одежду. Дверной колокольчик прозвонил уже дважды. — Пейдж, ты слышишь?!

Из комнаты сводной сестры не донеслось ни звука. Пайпер лихорадочно схватила свитер и только начала натягивать его через голову, раздраженно путаясь в мокрых после душа волосах, как колокольчик прозвонил в третий раз.

— Иду! — заорала она, хотя прекрасно понимала, что ее никто не услышит. Особняк Холлиуэлов был слишком огромен, чтобы стоящий снаружи мог услышать ее вопли со второго этажа. — Куда все запропастились? — прошипела Пайпер, распахивая дверь своей спальни. Обычно утром понедельника никого из пушки не добудишься, а тут даже ее драгоценный муж, Хранитель Лео, куда–то смылся еще до того, как она проснулась. Пайпер в спешке выскочила на лестницу, и тут из двери своей спальни показалась заспанная и всклокоченная Пейдж.

— Что стряслось? — сонно спросила она.

— Кто–то трезвонит у дверей и не собирается уходить! — пожаловалась Пайпер.

— А времени–то сколько?

Пайпер скосила глаза на стенные часы:

— Половина восьмого!

В самом деле, для посетителей немного рановато! Пейдж широко зевнула и скрылась за своей дверью. Пайпер со вздохом проводила ее взглядом и начала спускаться по лестнице. Что делать, Пейдж никогда не была жаворонком! Зато их третья сестра, Фиби, стала в последнее время настоящей ранней пташкой. «Даже слишком ранней!» — недовольно подумала Пайпер. Каждое утро перед работой Фиби теперь отправлялась на пробежку, а поскольку трудилась она колумнисткой

в газете «Зеркало залива», то выходить из дому ей приходилось в половине седьмого утра. Так что в последнее время сестры встречались только по вечерам, и Пайпер успела немного соскучиться по общим семейным завтракам.

Когда она добралась до нижней площадки лестницы, звон колокольчика оборвался. Пайпер распахнула тяжелую деревянную дверь и зажмурилась от яркого утреннего солнца. Две фигурки удалялись по дорожке от дома — незнакомая темноволосая женщина и светленькая девочка.

— Привет! — окликнула их Пайпер. — Я могу вам чем–то помочь?

Женщина обернулась, и ее миловидное лицо просветлело от облегчения. Она притянула к себе девочку — теперь Пайпер видела, что маленькой просительнице лет двенадцать–тринадцать. Они опрометью кинулись обратно к крыльцу.

— Вы одна из Зачарованных? — громко спросила женщина. — Пожалуйста, скажите, что я не ошиблась!

Пайпер оцепенела. Она не ожидала такого вопроса, тем более от совершенно незнакомой женщины!

— Смотря для кого! — уклончиво ответила она, делая осторожный шажок в сторону приоткрытой двери.

— Мне нужна ваша помощь! — взволнованно сообщила женщина. — С моей дочерью случилось ужасное несчастье!

Теперь, когда посетительницы подошли ближе, Пайпер разглядела, что девочка горько плачет. Все лицо ее было покрыто красными пятнами, глаза опухли от слез. Однако плачущий ребенок тоже мог оказаться демоном! Силы зла постоянно преследовали Пайпер и ее сестер, поэтому она привыкла осторожно относиться ко всем посетителям, как бы безобидно они ни выглядели.

— Почему вы решили, что я могу вам помочь? — В ее голосе прозвучала суровость.

— Но вы ведь одна из Зачарованных? — растерянно пролепетала женщина. — Вы с сестрами самые могущественные ведьмы…

Пайпер постаралась сделать каменное лицо.

— Ведьмы? — медленно повторила она. — Кто сказал, что мы ведьмы?

— Я сотворила заклинание! — пояснила женщина. — И попросила помощи! Вот меня и послали к вам.

Пайпер изумленно приподняла брови:

— Заклинание? Так вы ведьма?

Женщина поспешно кивнула.

— Меня зовут Джулиана О'Фарелл, а это моя дочь, Лили, — представилась она. — Мы с ней обе ведьмы!

— Докажите! — прищурилась Пайпер.

Сдвинув брови, Джулиана подозрительно уставилась на Пайпер:

— Вы хотите, чтобы я применила магию прямо здесь, на улице?

— По–вашему, я могу запросто пускать в дом незнакомых? — вопросом на вопрос ответила Пайпер. Она держалась по–прежнему сурово, но в глубине души уже начала подозревать — женщина говорит правду. Демоны порой могут принимать человеческое обличье, но обычно в их присутствии у Пайпер словно иголочки пробегали по телу. Нынешние же посетительницы не вызывали у нее ничего, кроме сочувствия.

Джулиана закусила губу, подозрительно косясь на Пайпер. И тут Лили тихонько всхлипнула. Видя, что дочь вот–вот снова расплачется, Джулиана решилась. Она быстро огляделась и отломила ветку от густого кустарника, растущего перед домом. Потом повернулась спиной к улице, загораживаясь от взглядов случайных прохожих, пристально поглядела на ветку — и тонкий прутик мгновенно вспыхнул в ее руке. Женщина торопливо задула пламя и подняла глаза на Пайпер.

— Я воспламенительница, — пояснила она. — В этом моя главная сила.