Потрошение Куффиньяла

Хэммет Дэшилл

— Заберите ее, — сказал я, отступая в сторону.

Девушка сердито зыркнула на меня глазами, потом засмеялась.

— Хорошо, Игнатий, — сказала она по-английски. — Я пойду домой.

С этими словами она повернулась и зашагала назад по аллее. Гигант последовал за ней.

Довольный, что остался один, я быстро добрался до пляжа. Под ногами захрустела галька. Я сделал несколько шагов в сторону, чтобы уйти с предательской гальки, и со всей скоростью, на которую был способен, пошел прямо на звук пулемета. Тот выпустил подряд

несколько очередей. Потом захлопали ружья. Три легких взрыва — ручные гранаты, подсказали мне уши и память.

Грозовое небо над крышей дома передо мной и слева вдруг озарилось розовым светом, и грохот мощного взрыва долбанул меня по барабанным перепонкам. Вокруг посыпались невидимые осколки. Должно быть, рванул сейф ювелира, подумал я.

Я осторожно пробирался вперед. Пулемет замолчал. Ружья и пистолеты стреляли безостановочно. Взорвалась еще одна граната. Послышался дикий мужской крик.

Рискуя быть услышанным, я снова приблизился к воде. До сих пор я не разглядел в заливе ни одного судна. А ведь днем здесь были и яхты и лодки. Я довольно долго прошлепал по мелководью, но так и не обнаружил ни одной лодки. Конечно, их могло разметать штормом, но я почему-то так не думал. Громадина утеса защищала берег с запада, так что ветер здесь почти не ощущался.

Продолжая идти вдоль берега, я вдруг наткнулся на лодку. Впереди на волнах покачивалась темная тень. Ни огонька, ни движения. Но других лодок вокруг не было. И это уже было серьезно.

Я осторожно приближался.

Вдруг между мной и ближайшим домом шевельнулась тень. Я замер на месте. Футах в двадцати от меня остановилась и тень.

Значит, меня тоже заметили. Мой палец застыл на спусковом крючке пистолета.

— Подойдите сюда, — велел я. — Ближе. Сейчас посмотрим, кто вы такой.

После некоторого колебания тень приблизилась. Я не мог позволить себе риск включить фонарик, однако сумел разглядеть довольно красивое юношеское лицо с окровавленной щекой.

— О, здравствуйте, — прозвучал мелодичный баритон. — Я узнал вас, вы были на свадьбе.

— Да.

— Вы не видели принцессу Жуковскую? Вы с нею знакомы?

— Она отправилась домой с Игнатием минут десять назад.

— Отлично!

Он утер щеку окровавленным платком и указал в сторону лодки.

— Это яхта Хендриксона. Они захватили ее, а остальные отвязали и их унесло в море.

— Значит, они собираются удрать на ней.

— Да, — согласился юноша, — если только... Может, попытаемся напасть на них?

— Вы хотите отбить у них яхту?

— А почему бы и нет? Вряд ли их там много — ведь на берегу у них целая армия. Вы вооружены. У меня тоже есть пистолет.

— Хорошо, — произнес я, — но нужно сперва разведать, какие силы нам противостоят.

— Очень разумно, — сказал он и отступил к ближайшему дому.

Прижимаясь ближе к стенам домов, мы начали осторожно пробираться к яхте.

Теперь ее было уже лучше видно. Суденышко

длиной футов в сорок пять, повернутое кормой к берегу, покачивалось у небольшого причала. Над кормой что-то торчало и время от времени слышались шаги по деревянной палубе. Внезапно над непонятным предметом на корме возникли чья-то голова и плечи.

Глаза русского лучше видели в темноте, чем мои.

— Он в маске, — прошептал юноша мне на ухо. — На голове что-то вроде чулка.

Человек в маске не двигался. Мы тоже боялись шелохнуться.

— Попадете в него отсюда? — спросил юноша.

— Возможно, хотя темнота и дождь не слишком способствуют меткой стрельбе. Лучше подобраться как можно ближе и открыть огонь, когда он заметит нас.

— Очень разумно, — вновь подтвердил юноша.

Нас заметили в ту же секунду. Человек на корме что-то крикнул. Юноша прыгнул вперед. Я успел сбить его подножкой, поскольку вдруг опознал незнакомый предмет. Русский рухнул на гальку. Я кубарем покатился за ним.

Крупнокалиберный пулемет на корме яхты начал изрыгать свинец, и пули засвистели у нас над головами.

— Атака отменяется! — шепнул я. — Поползли отсюда!

Я сам подал пример и начал перекатываться под укрытие дома, которое мы только что покинули.

Пулеметчик продолжал прочесывать пляж длинными очередями, но стрелял наудачу — яркие вспышки явно мешали ему рассмотреть, где находится противник.

Завернув за угол дома, мы присели.

— Вы спасли мне жизнь, — спокойно заметил русский паренек.

— Да. Интересно, это пулемет, который был на улице, или...

Ответ я получил в тот же миг. С улицы послышалось уже знакомое стрекотание. Два пулемета стреляли одновременно.

— Понятно, их два, — заключил я. — Какова расстановка сил?

— По-моему, их человек десять — двенадцать, — сказал он, — хотя в темноте сосчитать трудно. Все, кого я видел, были в масках, как и тот, на борту яхты. Сперва они, похоже, перерезали телефонный кабель и отключили свет, а потом взорвали мост. Мы напали на них возле банка, но они водрузили перед ним пулемет и мы не смогли приблизиться.

— Где все жители?

— Разбежались кто куда и попрятались, если генералу Плешкову не удалось снова собрать их.

Я нахмурился и напряг мозги. Что могут противопоставить мирные жители и ушедшие на покой капиталисты пулеметам и гранатам? Нет, кто бы ими не командовал, толку от такого ополчения не будет.

— Оставайтесь здесь и следите за яхтой, — сказал я. — Я постараюсь разведать, что происходит и, если наскребу несколько крепких парней, попробую захватить яхту с другой стороны. Налетчики наверняка воспользуются яхтой для отступления. Это как пить дать. Попытаемся помешать им.

— Отлично! — сказал юноша. — Я думаю, вы найдете многих местных жителей возле церкви. Идите сейчас прямо в гору, пока не увидите железную ограду, а там возьмите вправо.